Чтение онлайн

– Соедини меня с ним, – сказала Вилли, удивляясь, какое дело могло возникнуть у Государственного департамента к ней.

– У нас проблема, адвокат, – представившись, сказал Гобсон.

Вилли отметила про себя "у нас" и стала внимательно его слушать.

– Как нам известно, вы представляете интересы Софии Болдуин в процессе против Шейха аль-Рахмана.

– Совершенно верно, – сухо согласилась она. – Можно узнать, что интересует вас?

Последовала долгая пауза.

– Если быть кратким, адвокат, наш интерес вызван национальной политикой. Дело в том, что в

прошлом Шейх аль-Рахман оказывал нашему департаменту неоценимые услуги. А в настоящий момент он помогает нашему правительству в решении очень щекотливых вопросов на Среднем Востоке...

– Почему вы говорите мне об этом? – спросила Вилли.

– Потому что мы хотели бы, адвокат, – и это просьба неофициальная, – чтобы вы отказались от ведения дела.

– Отказаться? – повторила она. – Вы предлагаете моему клиенту отказаться от развода только потому, что вы хотите успешно продолжить переговоры на Среднем Востоке?

– Занимайтесь вашими разводами столько, сколько пожелаете, – ответил Гобсон. – Только при одном условии – не беспокойте мистера аль-Рахмана. Мы очень неблагосклонно отнеслись к вашей попытке заморозить его капиталы в нашей стране. Я надеюсь, что вы как патриот поймете, что я имею в виду пользу дела...

Вилли больше не могла сдерживать своего негодования.

– Я так же, как и вы, являюсь патриотом, мистер Гобсон. Но то, что вы мне говорите, звучит как угроза. А что, если я не откажусь?

Снова наступила пауза.

– Я думал, вы правильно поймете меня, адвокат. Как раз сегодня утром мистер аль-Рахман назначен атташе Саудовской Аравии по экономическим вопросам в нашей стране. Мы должны с уважением относиться к дипломатии. Кроме того, ваше прошение о замораживании его счетов будет отклонено. И вообще, его дипломатическая неприкосновенность защитит его от любого юридического вмешательства с вашей стороны. Примите мои слова к сведению, адвокат, и не поднимайте шума. Это будет лучшим решением для вас и вашего клиента.

Вилли едва могла сдержать свой гнев и отчаяние. Вопреки всей ее тщательной подготовке, Шейх аль-Рахман нашел способ ускользнуть от расставленных ею сетей.

Как быть, думала она. Теперь, если она сядет за стол переговоров с Филипом Баннистером, он будет иметь перед ней все преимущества, оставляя ей роль просителя, вынужденного довольствоваться крохами, которые он любезно ей бросит. Даже если она и выиграет этот процесс в суде, она ничего не сможет отвоевать для Софии из того, что по праву принадлежало той.

Голова у нее сильно разболелась, но она старалась не обращать на это внимание. Ей как никогда было необходимо собрать сейчас все свои силы, чтобы справиться с неудачей и сформулировать новую стратегию. Но как сделать это, если правительство Соединенных Штатов было лично заинтересовано защитить Шейха от всех юридических средств, которыми располагала Вилли.

Она открыла толстую папку с информацией, которую собрал Кьюсак, изучая бизнес Шейха аль-Рахмана в Соединенных Штатах. Она стала внимательно просматривать список компаний, с которыми в прошлом Шейх имел дело, не зная точно, что она ищет, но надеясь найти что-нибудь любопытное.

Вдруг ее

внимание привлекло одно название – "Фонтана Интерпрайзиз". Значит, Шейх имел дела с Сэмом Фонтана. Чувствуя, что могло объединить этих двух мужчин, она стала думать о возможностях, которые только что казались ей безвозвратно утраченными.

Она сразу же позвонила Софии.

– Упоминал ли ваш муж когда-нибудь имя Фонтана? – спросила она.

– Это приятель Шейха, – сразу же ответила София. – Они давно знакомы. Когда "Фонтана Интерпрайзиз" собиралась строить в Саудовской Аравии две гостиницы, Шейх стал их партнером. Пару раз Фонтана бывал у нас в Джеддахе, и Шейх часто навещает его, когда бывает в Соединенных Штатах. Почему вы спрашиваете об этом?

Вилли была не готова рассказывать Софии о постигшей их неудаче. Сейчас у нее оставалась лишь слабая надежда. В течение многих лет она знала теневую сторону бизнеса Сэма и презирала его за это. Но если все юридические средства оказались бессильны, она попробует зайти с другого конца. Ее надеждой был Джедд Фонтана.

Однако, заказав его штаб-квартиру в Монтана, Вилли услышала, что Джедд сейчас находится в Доминиканской республике, где возглавляет строительство нового курорта. Выяснив его номер телефона, она спустя пару часов, услышала в трубке его бархатный голос.

– В чем дело, Вилли? – спросил он с искренним беспокойством. – Ты никогда раньше не звонила мне. Какие у тебя проблемы?

– Мне нужно поговорить с тобой, Джедд. Но это не телефонный разговор. Когда ты предполагаешь вернуться в Штаты?

– Недели через две. Господи, Вилли! Я начинаю беспокоиться. Не можешь ли ты хоть намекнуть мне, что случилось?

Она колебалась.

– У меня нет особых проблем, – наконец сказала она. – Но мне очень важно увидеть тебя. Если я прилечу завтра утром...

– Только не утром – у меня встреча на весь день с министром по туризму. Давай лучше вечером, и я буду целиком в твоем распоряжении.

Вечер... Потом ночь... Она снова должна будет разделить с ним постель, если они встретятся вечером, подумала она.

– Я прилечу послезавтра рано утром, – сказала она. Наступила пауза. Он прочел ее мысли.

– Как тебе будет угодно, – сказал он. – Я сделаю все, что смогу, для тебя.

Сможет ли он помочь ей, подумала Вилли, повесив трубку. То, о чем она собиралась просить его, касалось не только бизнеса Сэма, Но и личных интересов Джедда. А это значило подвергнуть его серьезному испытанию. Может быть, это шанс, посланный судьбой для того, чтобы проверить его чувства к ней?

Самолет приземлился в аэропорту недалеко от Пуэрто-Плато в северной части Доминиканской республики. Благодаря американскому паспорту, Вилли беспрепятственно прошла таможню. Ясное солнце, легкий ветерок и приятная музыка, доносившаяся отовсюду, приветливо встретили ее.

Она покидала Нью-Йорк в промозглый апрельский день, моросил дождь со снегом. А сейчас, распахнув пальто навстречу ласковому теплому ветерку, она почувствовала, как напряженность, ставшая частью ее повседневной жизни, начала покидать ее.