Игус
Шрифт:
"Виконт вышел к нашим позициям один, без оружия и с совершенно безумным взглядом!" — будут шептаться на приемах его сверстники, многие из которых и боя-то никогда в жизни не видели.
"После той битвы в нем появился какой-то надлом! Это уже совсем не тот человек, которого мы знали!" — припечатают его заключением дамы.
И все они будут правы.
Да, им не довелось стоять с мушкетерами-ополченцами за спиной, глядя на несущихся Ангелов Империи. Им не пришлось ползти по собственной блевотине и чужим кишкам, скидывая каждый лишний
Позор рода.
Молчание в лицо и шепотки за спиной.
Презрение настолько плотное, что можно будет резать его ножем.
"Бросится на клинок?" — мелькнула серой спинкой другая мысль. Простая и очень привлекательная. Имеющая множество положительных сторон. Начиная от богатейших традиций в среде имперского дворянства в этом вопросе, заканчивая отсутствием необходимости волноваться о будущем. Джулиано даже посмотрел по сторонам, ища среди брошенного оружия подходящее для этой цели.
И тут его позвали.
— Виконт! — услышал он откуда-то слева. С трудом повернувшись и сфокусировав взгляд на трех всадниках. — Виконт да Вэнни, вы меня слышите?
Позор
— Виконт да Вэнни, вы меня слышите?
Так и есть. Три всадника. Животные стояли очень спокойно, будто их не пугали мертвецы вокруг. Столь же спокойны были люди, восседавшие на их спинах.
"Какой-то абсурд! Вокруг битва, а эти стоят, будто на параде!"
С трудом разлепив губы, виконт хрипло ответил:
— Да... Я вас слышу...
— Где ваши солдаты, виконт? Где ваш полк?
"Он что — издевается?" — подумал да Вэнни. — "Он что — не видит, где мои солдаты? Так посмотрите по сторонам! Вот они — мои солдаты!"
Капитан смотрел на лицо человека, обратившегося к нему с вопросом, и не мог вспомнить кто это такой. Очень знакомый, он точно его раньше видел, но вспомнить не мог, хоть убей! Крупный мужчина с безбородым, ничего не выражающим, лицом и какими-то мертвыми глазами.
— А вы кто такой, демоны вас дери!?
— По голове, видать, попало, — высказал догадку один из спутников спрашивающего. — Память отшибло.
Виконт зло зыркнул на него, но тот совершенно не смутился, хотя был, судя по одежде и совершенно простецкому лицу, не благородного сословия. Дружинник, большую часть жизни служащий своему господину. И, видимо, находящийся у него на хорошем счету, раз не боится так вольно говорить.
— Я маркиз[1] Фрейланг, командующий правым флангом армии герцогства. Ваш командир. Где ваши солдаты?
Голос маркиза был ровен, сух и никак не показывал отношение его обладателя к предмету разговора. Он был бы уместен в гостинной дворянского дома, где как раз в моде такая отрешенность и безразличность, но посреди поля боя, где в одном месте уже все кончилось, а в других —
— Маркиз Фрейланг, — тупо повторил виконт. — Маркиз Фрейланг.
Виконт его вспомнил. Дальняя родня герцогов Фрейвелинг, какая-то боковая ветвь — он не был силен в геральдике. Теперь, надо полагать, претендент на герцогский трон. Какая ирония! Или маркизат не наследует герцогу, если род того прервался?
— Разбиты, — выдохнул да Вэнни.
"Вот и начались последствия!"
— Вы далеко от позиций вашего полка. — не унимался Фрейланг. — Почему?
— Да бежал он, милорд! — опять подал голос спутник маркиза. — Вон и шлем потерял и оружие!
— Вы бежали, виконт? — да Вэнни и Фрейланг со спутниками находились всего в нескольких сотнях шагов от ближайшей стычки, но маркиз задавал вопросы с таким спокойствием, будто встретил своего собеседника на тихой проселочной дороге.
И эта очередная неуместность, ощущение того, что задающий вопросы видит его насквозь, а главное — собственное понимание ситуации, вдруг взорвало виконта, как бочонок с порохом.
— Да! — заорал он в ответ. Из глаз брызнули слезы стыда и ярости. — Да, демоны вас всех дери! Я бежал! А вы бы смогли устоять, когда вас атакует тяжелая кавалерия? Легко вам судить!..
— Не приходилось, синьор. — эмоциональный всплеск виконта Фрейланга совершенно не тронул. Он продолжал сидеть на коне, разглядывая своего собеседника. Лицо его по прежнему ничего не выражало и было неясно: осуждает он виконта за постыдное бегство или жалеет его. — Но вы ведь не ранены?
— Нет, чтоб вас разорвало, маркиз! Я цел! А требовалось сдохнуть во славу нашего императора, который не смог удержать трон?
— Этот выбор — личное дело каждого дворянина. — Фрейланг все же спрыгнул с коня и приблизился к виконту. — Я вас не осуждаю. Но я хотел бы, чтобы вы встали и отправились собирать своих солдат. Офицеров и дворян и так немного, а ополченцы сами не соберутся.
— Какой в этом смысл?..
— Битва еще не проиграна, виконт. Никакая битва не проиграна, пока вы не опустили оружие.
"Звучит, как цитата!" — мелькнула мысль. А Фрейланг продолжил:
— Маттео!
— Да, милорд? — откликнулся разговорчивый дружинник.
— Отдашь свою лошадь виконту. Ему надо собрать своих солдат. Сам поедешь с Козимо.
Воин без разговоров спрыгнул на землю, подвел каурую кобылу к да Вэнни и даже помог ему подняться с земли и взобраться в седло. Хлопнул по седельным кобурам.
— Тут пара пистолей, виконт. Снаряженных.
Джулиано бездумно кивнул, глядя на то, как Фрейланг взлетел в седло, как Козимо тронул своего коня, а Маттео, схватившись за стремя, бежит рядом.
Никто из них даже не обернулся на виконта. Никто, вероятно, даже не усомнился в том, что он отправится собирать остатки своего полка, а не, например, пустится галопом к той самой роще. Это раздражало невероятно!