Игры сердца
Шрифт:
Майк перестал тереть за ушами Лейлы, взял конфискованное мной пиво и сделал глоток.
Затем он вернул его мне и вернулся к поглаживанию за ушами Лейлы, которая на протяжении всех его движений, следила за ними не моргая, не отрывая морды от его бедра.
Я снова перевела взгляд на телевизор и не отвела его, даже когда услышала, как Майк пробормотал:
— Спасибо, Ангел, — сопроводив это пожатием руки.
— Без проблем, — пробормотала я в ответ.
— Пиво, Дасти, — произнесла Рис, я повернулась
— Спасибо, Риси, — ответила я и взяла ее.
Ее глаза обратились к Фину, промелькнула нерешительность, хотя она сама была полна решимости.
Она храбро преодолела свое смущение, решив сделать вид, что ничего не произошло, объявив:
— Фин, я принесу учебники и тетради после того, как помогу Ноу.
Фин ухмыльнулся ей и пробормотал:
— Как скажешь, детка.
Она улыбнулась в ответ.
Затем развернулась, ее густые, блестящие волосы развевались, и вприпрыжку пошла по коридору.
В мире подростков уже все было хорошо.
Я посмотрела на Фина и увидела, что он смотрит ей вслед, его губы подергивались от улыбки. Затем его взгляд вернулся к учебникам и тетрадям на кофейном столике.
Боже, я любила своего племянника.
Рука Майка еще раз сжала мою.
Лейла застонала и улеглась на пол.
Я поджала под себя ноги, сильнее прижавшись к своему мужчине, сделала глоток свежего пива и отключилась, уставившись в телевизор, пока ждала гамбургеры.
* * *
Я резко проснулась, почувствовав, как тело Майка больше не прижимается ко мне. Имея больше возможностей, мы экспериментировали с новыми позами для сна. Лично мне было все равно, как мы спим, лишь бы при этом обнимались. Поскольку каждая позиция, которую мы придумывали, включала объятия, совершенно очевидно, что Майк, скорее всего, думал то же самое.
Я просыпалась, когда Майк вставал по ночам, потому что его тело всегда было прижато к моему или мое к нему. И в первый раз Майк покинул кровать ночью, чтобы осмотреть дом. Это была воскресная ночь, первая ночь, когда я спала под его крышей, и его дети делали то же самое. Понятно, учитывая, что он любил нас всех, и изменения обстоятельств заставили бы его нервничать.
Но теперь я почувствовала, что что-то не так.
И я поняла, что была права, когда Майк снова прижался ко мне, схватил мою руку и сжал мои пальцы вокруг чего-то, что на ощупь было похоже на его телефон.
— Звони девять-один-один, сейчас же, — прошептал он мне на ухо тихим настойчивым голосом, и я почувствовала, как напряглась, а Майк вскочил с кровати как подстреленный.
Я перекатилась, глядя на его тень в темноте, чувствуя, как матрас задвигался, когда Лейла приподнялась и спрыгнула.
Потом я услышала звуки похожие по телевизору или в кино,
О Боже.
— Майк? — прошептала я.
— Девять-один-один, — тихо ответил он. — Сейчас же, Дасти.
Я случайно нажала кнопку на его телефоне, и, к счастью, загорелась клавиатура. Затем дрожащей рукой стала большим пальцем тыкать на цифры, как просил Майк.
— Ты останешься здесь, девочка. — Услышала я шепот Майка, и мои глаза метнулись к дверям, увидев в темноте, как одна створка двойных дверей открылась, потом закрылась, я поняла, что Майк оставил Лейлу со мной.
Поднесла телефон к уху и услышала:
— … первый, что в вас произошло?
— Это Дасти Холлидей. Я нахожусь на три-три-два-один-семь Кресент в Криквью. Мой парень сказал позвонить вам. Он лейтенант Майк Хейнс из полицейского управления Браунсбурга. Он просто вышел из комнаты с оружием. Он не объяснил почему, думаю, вам следует кого-нибудь к нам прислать.
— Повторите, пожалуйста, свое имя и адрес, — попросила она.
— Дасти Холлидей. Я в доме лейтенанта Майка Хейнса, три-три-два-один-семь Кресент.
— Пожалуйста, оставайтесь со мной на связи, Дасти. Я посылаю наряд полицейских. Вы что-нибудь слышите снаружи?
Я сидела в постели, дрожа, единственное, что слышала, было позвякивание жетонов Лейлы. Только видела, как она в темноте расхаживает от кровати Майка обратно к двери, затем снова и снова. Она хотела выбраться. Она волновалась. Она хотела, чтобы я оторвала свою задницу и открыла ей дверь, чтобы она могла прикрыть своего хозяина.
Вот дерьмо!
— Нет, — ответила я оператору. — Но я не одна в доме. Здесь двое детей Майка.
— Хорошо. Оставайтесь на линии, Дасти. Вызов поступил в диспетчерскую. Они пришлют наряд.
— Хорошо.
— Где вы находитесь?
— В спальне.
— Оставайтесь там, хорошо?
— Хорошо, — прошептала я, уставившись на дверь, желая пойти к детям, напряженно прислушиваясь, тяжело дыша.
Должно быть, я просидела так долго, потому что оператор позвал:
— Вы здесь, Дасти?
— Да.
— Мне пришло подтверждение, что подразделение уже в пути.
— Через сколько они приедут? — Спросила я.
— Они прибудут…
Я услышала, как открылась входная дверь и движение внизу. Звуки были приглушенными, неразборчивыми, но послышался глухой удар, а затем бормотание.
Инстинктивно я откинула одеяло и выскользнула из кровати, сердце бешено колотилось, я прошептала в трубку:
— Кто-то вошел в дом.
— Оставайтесь на месте, Дасти, подразделение уже в пути.
— У меня двое детей здесь в доме! — рявкнула я, бросаясь к дверям, Лейла следовала за мной по пятам.
— Дасти, оставайтесь в спальне, не выходите.