Игры разума
Шрифт:
Я больше не могу танцевать. Свет крутится по танцполу. Как они установили вращающийся танцпол? Это просто невероятно. Весь мир вращается и вращается вокруг балкона, где мы сидим. Я пытаюсь набить ритм, но не нахожу пальцы на ноге, и я смеюсь.
«Ты знаешь, почему я не хочу быть с тобой?» Глаза Джеймса такие же стеклянные как и при нашей первой встрече.
«Потому что я слишком мала для тебя? Потому что ты дьявол, манипулирующий монстр и я знаю об этом?»
Он улыбается, и я узнаю эту улыбку. Она затрагивает мою
Я улыбаюсь. «Хорошо. Еще потому что я психопатка и убиваю людей?»
«Неа». Он улыбается. «Потому что мой отец хочет, чтобы мы были вместе».
«Серьезно?»
«Да. Он решил это, когда мы были на яхте. Хотел, чтобы ты влюбилась в меня и навсегда осталась в этой школе, он очень хотел удержать тебя».
Я смеюсь. «Разве он не волновался, что я могу убить тебя во сне или еще что-нибудь сделаю?»
«Не думаю, что он вообще об этом задумывался, и что его это волновало».
«Ох, бедный Джеймс». Я обнимаю его, касаюсь его шеи, щекочу. «Че ты паришься, если ему плевать? Твой отец – зло». Может все дело в деньгах? Он что не может жить без этих запасов? Или он действительно верит в его темную империю? Мне необходимо все знать. Я позволяла игнорировать это так долго, почему меня так это убивает. Зачем Джеймс работает на отца? Мне кажется, он замешан во всем, что предприняли против меня.
Он смотрит на мои губы, подтягивается поближе. Больше не хочу знать, что да почему, мне плевать. Об этом я подумаю завтра, но сейчас…Я закрываю глаза, жду, жду, когда его губы окажутся на моих.
Но вместо этого он кусает меня за нос и смеется. Я открываю глаза и смотрю на него.
«Мой отец сущий дьявол. Но я Кейн. Это моя обязанность заботиться. Я унаследовал это от матери».
«Ну и что ты осуществишь самые заветные папины желания? Ты собираешься соблазнять меня, Джеймс Кейн?»
Он притянул меня ближе. «Я держался далеко от тебя только потому, что отец хотел обратного. Я не могу позволить ему выиграть, или могу?»
«Не скажу»
«А что насчет экстрасенсов?»
«А, они? Я думаю, ‘я сын босса’, и единственный, кто любит тебя».
«Ты дьяволенок». Но он смотрит на меня совсем по-другому.
Я знаю, это неправильно.
Он Кейн.
Он не его отец, но он станет им.
Он почти такой же хороший лжец, как и я, я слишком пьяна, чтобы копаться во всем, что он сказал.
Что-то не так, неправильно все.
Но его руки проводят по шее, волосам, я как будь-то улетаю, он убивает меня, я больше не могу терпеть.
«Я хотел поцеловать тебя с той первой ночи в школе. Я хотел целовать тебя каждый день». Он притягивает меня еще ближе. Мы касаемся друг друга, по всему телу, это безумие, безумие, но сейчас я закрываю глаза и улетаю далеко далеко, его губы еще лучше, чем выпивка и музыка. От его губ я горю вся, мне так хорошо, что хочется
Мы выбегаем на улицу, кружимся, мне весело, беззаботно, не чувствую ног.
Ничего не чувствую, не контролирую себя.
Замечательно.
Я смеюсь.
Джеймс смотрит на меня, вдыхает запах моих волос. «Знаешь ли ты, какая же ты удивительная? Я думаю, я люблю тебя».
Я толкаю его к стене, хватаю его за рубашку, целую его еще сильнее, и отхожу от него. Он такой лжец. «Да не любишь ты меня, идиот. Никто не любит. Никто не должен».
«Неправда. Я люблю тебя. Я просто пытаюсь не любить. Это все только портит. Но ты все делаешь, чтобы было сложно, не так ли?»
Я смеюсь и делаю несколько шагов назад. Ничего вокруг, кроме машины на углу. Фургон для доставки покупок и заказов на дом.
Бесполезно.
Неправильно, здесь не должен стоять этот фургон, знаю, что не должен. Я поворачиваюсь к Джеймсу. «Что-то не так» Мне подсказывает это мое внутреннее чутье.
«Все нормально». Он обнимает меня, я хватаю его и опускаю его на землю.
Кто-то пытался ударить его по голове, мы во время упали на землю.
Я поднимаюсь на ноги и отстраняюсь насколько могу, слышу хлопок, кто-то стреляет, но это приглушенный звук.
Кричу ли я? Я должна кричать. Джеймс ранен, пытается встать. Кто-то подкидывает Джеймсу что-то в куртку, я не могу потерять Джеймса, не потеряю, не сейчас, когда нам так хорошо. Я цепляюсь за человека рядом и не отпускаю столько, сколько могу, кусаю за плечо.
Я не должна была пить. Эни была права. Это не та битва, которую я должна проиграть. Он кидает меня об кирпичную стену и мои легкие разбиты. Я теряю сознание и падаю на землю на подкошенных ногах. Я должна защитить Джеймса. Я должна убрать их от него.
Я убегаю (Я могу бежать, я знаю как убегать, я смогу) на другую улицу. Обернувшись назад, я увидела, что Джеймса бросили на земле, он поднялся на ноги, пытается бежать за мной, но он выпил даже больше чем я, а они не пьяны, они очень даже трезвые.
Я могу спастись, уверена, что могу. Один из них остановился и посмотрел на Джеймса. Имеется ли у него оружие? Наверно имеется. Не знаю. Не могу точно сказать.
Если я убегу сейчас, за мной побежит только один, и я смогу с ним справиться и скрыться.
Я поворачиваюсь и бью парня, который позади меня, бью по коленям того, кто смотрит на Джеймса. Он падает.
«БЕГИ!» Я кричу Джеймсу. «Я за тобой!»
Он ждет, пока я подымусь, потом убегает и я за ним.
И кто-то еще позади меня, руки перехватывают талию, и я падаю на землю. К моему рту что-то прикладывают, переворачивая на другую сторону. Передом мной все плывет, чем-то воняет, и кто-то еще держит меня за ноги. Я не могу выбраться, становится все темнее, потом свет, хлопанье дверью. Джеймс, где же Джеймс? Я не могу дышать, все труднее открывать глаза.