Чтение онлайн

Сквозь густой туман замечаю шум вокруг себя. Шампанское в моей руке не особо помогает ускорить реакцию. Но как еще мне выжить на этой вечеринке?

С одной стороны я счастлива, что мама наконец-то смогла оставить смерть Патрика позади, так как мы потратили долгие месяцы, пытаясь понять причину его смерти. Но с другой стороны, я абсолютно не скучала по этим светским мероприятиям в виде вечеринок, ужинов и встреч.

Ненавижу все эти социальные обязанности, ведь они так ярко освещают тот факт, что я не принадлежу им. Возможно, я могла бы с кем-то познакомиться, приложи к этому чуть больше

усилий, но почему-то не было ни малейшего желания делать это. Даже когда была ребенком, ощущения непринадлежности этому месту не покидали меня. Иногда я смотрю на свою жизнь со стороны и удивляюсь, почему все это чувствуется так неправильно.

Все улыбаются, только я недовольно жмусь в своем углу, пытаясь стать невидимой. Именно поэтому я надела черное платье. Во мне тлела надежда, что это поможет раствориться в тени.

Мной все равно никто не интересовался. Для своей матери я была полной неудачницей, и, наверное, поэтому она больше восхищалась моей ну о-очень презентабельной сестрой. Моя семья на самом деле не ненавидела меня, но у меня сложилось впечатление, что им плевать на мою персону, отчего в какой-то момент я перестала хотеть оправдывать их ожидания. Хотя и не возмущалась по этому поводу, и не боролась с ними, чтобы что-то изменить, но для них это выглядело именно так. Мне было все равно, в правильном ли я платье, произнесла ли корректно бессмысленную фразу, или безукоризненно фальшиво улыбнулась. Слишком утомительно – постоянно терпеть неудачи.

Я не пойду по преступным стопам своего брата, чтобы руководить бизнесом отца и не собираюсь планировать прибыльную свадьбу, как моя сестра.

Я никогда особо не брала пример со своего брата, а после того, как он был убит, стала бы идиоткой, если бы равнялась на него. Мои родители стали мастерами сокрытия нелицеприятных фактов, поэтому все делали вид, что не знают, как мой отец зарабатывает на незаконных сделках с недвижимостью, и как нередко пользуется сомнительными методами убеждения, чтобы достичь желаемого.

К огромному недовольству моей матери, помимо темного цвета волос, унаследованного от отца, вместо светлых локонов, мой цвет кожи был бледен, как у покойника. К тому же бессонница отпечатала глубокие темные круги под моими зелеными глазами, которые не мог спрятать даже макияж. Однажды она сказала, что мне повезло родиться без веснушек потому что тогда это был бы настоящий кошмар.

Было бесполезно говорить ей, что мне нравились веснушки, и мне хотелось бы, чтобы они у меня были.

Помимо всего, я довольно тихий человек и не любитель светских бесед. Думаю, моя мать провела не одну бессонную ночь в размышлениях, что же ей со мной делать. Прошлым летом она даже хотела заставить меня пойти к психиатру. Но, на мой взгляд, со мной все было в порядке.

Осторожно передвигаясь, боясь столкнуться с кем-то из-за чрезмерной усталости, я подхожу к бару и прошу у них еще один бокал шампанского. Это уже четвертый, и я начинаю чувствовать приятную легкость не только на языке, но и в голове.

Обычно я не пью алкоголь, но на таких мероприятиях благодарна всему, что может помочь мне пережить их. Самочувствие улучшается, и даже усталость немного отходит на задний план.

Но чем больше приходит гостей, тем больше

я начинаю нервничать. Это всего лишь вопрос времени, когда моя мама схватит меня за руку и потащит как удостоенную наград дойную корову ко всем потенциальным кандидатам на вступление в брак. Ритуал, который был неловок для всех, кого вовлекут в него.

Даже не могу решить, какой вариант хуже: если ни один из мужчин не проявит ко мне интереса, или если кто-то действительно заинтересуется мной. В конце концов, большинство из них клевали или на обеспеченность моей семьи, или на связь с моим отцом.

Мама все еще приветствовала гостей, отец стоял рядом с ней. Его улыбка, казалось, была вытатуирована на его лице. Он выглядел так же, как я себя чувствовала.

По крайней мере, удалось вспомнить имена большинства гостей, а иногда и их роль: сосед, партнер по гольфу, бизнесмен, директор музея или пластический хирург.

Пока не спеша потягивала шампанское, в поле моего зрения появился незнакомец. Он по очереди пожал руки моим родителям, и я ничего не смогла с собой поделать, пристально уставившись на него. Почти убеждена, что не видела его раньше. Может усталость влияла на мое мышление, но он казался пугающим.

Все связанное с ним казалось темным. Волосы, глаза, костюм, даже рубашка.

По позвоночнику пробежал холодок, и нервно оглянувшись, осмотрелась по сторонам: не заметил ли кто-нибудь, как я задрожала в его присутствии.

Не знаю почему, но мой взгляд снова возвращается к нему. Прижимаюсь ближе к стене, чтобы еще больше скрыться в окружающем меня пространстве.

На этот раз я позволяю себе лучше разглядеть его: широкие плечи и идеально сидящий на нем костюм. То, как мужчина преподносит себя, как ведет, говорит, о его самоуверенности, богатстве, он никогда не знал бед, финансовых трудностей или отказов. Он родился в роскоши и рос таким же беззаботным, как и я. Жизнь может быть удивительно легкой, когда вас воспитывали в такой среде, где вас все защищали, и никто не осмелился бы сказать вам «нет».

Именно такое впечатление, в сочетании с очевидной непоколебимой уверенностью в собственной персоне, создавал о себе этот мужчина. Человек, получающий абсолютно все, что хотел. Даже не догадываюсь, откуда это знаю, но инстинкт подсказывает, я абсолютно права.

Его лицо выглядит, будто высеченным из камня, с сильными мужскими чертами и трехдневной щетиной. Он как белая ворона выделялся среди всех этих гладковыбритых мужчин.

Он примерно на пятнадцать сантиметров выше моего отца, что означает, что я буду едва доставать до его подбородка. Кровь приливает к щекам, когда спрашиваю себя, почему вообще думаю об этом.

Не то чтобы я постоянно отвергала мужчин — в колледже у меня даже были одна или две связи на одну ночь, но мне было трудно привлечь внимание и изобразить явную заинтересованность. То, что казалось привлекательным в других женщинах, я находила глупым. Никогда не умела закусывать нижнюю губу или накручивать прядь волос на палец. Несмотря на то, что я могла наблюдать за ним только издалека, сразу понимаю, что он играет далеко за пределами моей лиги. Вероятно, он бы стал идеальным мужем для моей сестры, не поймай она себе другого богатого наследника.