Игры ночи
Шрифт:
Такое уже было?
Мужчина шел, уже подходя к дверям зала, распахивая их, что-то, крепко сжимая в руке. Что-то крича. Девушка не хотела понимать этот звук.
Его действия - злили Сирину.
Она поспешила, разрывая воздух своим скольжением. Рина хотела знать, что здесь происходило. Потому что, то, что ей казалась - абсолютно не нравилось девушке.
Сирина не ошиблась, ее любимый был там. Он повернулся на звук открывающихся дверей, словно не знал, кто стоит за ними.
Но, так ведь не могло быть, не правда ли? Не могло же? Нет!
Рина начала ощущать накатывающий страх и ужас, она терялась, переставая понимать хоть что-то, кроме того, что это существо - угрожает Михаэлю, а тот, отчего-то, не делает ничего, чтобы защититься. Так не должно было быть.
Нет! Не должно.
Но так было.
Мастер просто стоял и смотрел, как этот человек приближается к нему, что-то направляя на ее любимого. Девушка не собиралась позволять этого.
О, нет! Михаэль был ее частью. Он был тем, кого она любила.
Тем, кто был для Рины всем ее миром.
И, у Сирины была сила, чтобы остановить это существо, как и ту, что находилась рядом с ними.
О, да! Она обладала всеми возможностями, чтобы защитить его!
Девушка ощущала, как поднимается ее тьма,... их тьма..., чувствовала, как волнами разлетается от нее, их общая сила...
И, только, когда, он заметил Сирину, врывающуюся в зал, когда услышал ее, надрывный крик. Увидел, вбегающих за девушкой, Макса и Грегора - только тогда, на лице Михаэля отразились эмоции. Но, вампир не успел помешать тому, что уже происходило.
Он учел все.
Мастер играл с человеком, но, не предусмотрел того, что Рина окажется здесь, вопреки его воле, не имея представления о том, что истинно происходит. Испытывая ужас от того, что ему, Михаэлю, угрожает опасность. Мастер пытался остановить силу, но... он опоздал.
Второй раз в жизни, допуская ошибку.
Михаэль, просто, не успел остановить ее. Не смог предупредить то, что никогда не хотел, чтобы Сирина сделала.
Ни у чеха, ни у низшей не было шансов, хоть что-то противопоставить их, объединенной с Риной, силе. Которую девушка, столь беспощадно, обратила против того, кто, как ей казалось, мог угрожать ее любимому... Никто бы не смог выстоять в таком...
Михаэль, через миг, был возле нее, закрывая собой, обнимая, прижимая ее голову к плечу, не давая смотреть. Не желая, чтобы Сирина осознала, что же она сделала.
Нет. Такое осознание было именно тем, чего действительно опасался Михаэль.
Но, утыкаясь лицом в его грудь, с наслаждением вдыхая запах любимого, Сирина не могла не продолжать испытывать странный, разрывающий внутренности, ужас.
Вот только, не угроза Михаэлю, теперь, рождала его...
Девушка подняла голову, вырываясь из крепких, не пускающих..., уже сковывающих ее, рук. Отчего-то, на шаг отступила, не понимая, почему напряженное, холодное лицо любимого, так пугает ее. Почему, таким страшным начинает казаться его черный, пристально следящий за ее движениями, взгляд.
Ее вселенная разрушалась.
Она слышала, как, с
С каждой секундой, в течение которой глаза Рины обводили измазанный кровью зал - ее разум переполнялся картинами другого мира. Того, который был до него..., до Михаэля.
Сирина отступила еще на шаг, упираясь глазами в бесформенное месиво мышц, и переломанных костей. Это она его в такое превратила...
Странные движения сотрясали ее грудь. Они не несли в себе смысла, лишь заставляя жадно глотать воздух, насыщенный солено-сладким запахом, от которого хотелось выть.
Стон, ужаса, осознания вырвался из закушенных до крови губ.
– Ник...
Это она сотворила такое с ним...
Зеленые глаза взметнулись, встречаясь с холодными и жесткими, черными.
– Сирина...- Его голос подавлял, укрывал, заставлял подчиниться... но она, лишь, еще отступила...
– Кто я?!
– Надрывно, яростно, зло закричала Сирина, сжимая в кулаки, покрытые каплями крови друга, руки. Ее крик звенел, отражаясь эхом от стен зала.- Что ты из меня сделал?!
Михаэль сделал шаг к ней.
– Это не должно волновать тебя, Сирина. Просто, покорись мне.
– Его глаза не пускали, но Рина смогла оторваться от них.
– Нет!
– Девушка не собиралась более, ему подчиняться. Не тогда, когда осознала, что было перед "ними". Что теперь, стояло между "них".
– НЕТ!!
Ее фигура задрожала, теряя очертания, она не хотела быть здесь. Не хотела более находиться рядом с ним.
Сирина была опустошена, шокирована, и переполнена болью от того, что сама натворила... ради него.
Ей хотелось исчезнуть, просто, раствориться в ночи.
И она покорилась этому порыву. Вырываясь из плена темных глаз. Отвергая его требование. Не подчиняясь тому, что звучало в настойчивом и... встревоженном "Сирина".
Уже не давая себе вернуться на яростный, наполненный растерянностью и его болью, рев.
***
– У меня есть серьезные подозрения, что замок может и не выстоять.
– Макс задумчиво рассматривал очертания здания в слабом свете уходящей луны.
Они уже пару часов торчали на улице, соблюдая приличное расстояние от этого дома, с полным правом опасаясь быть чересчур близко к Михаэлю.
Грегор только хмыкнул в ответ на такое замечание друга, и сам не отрываясь от созерцания.
– Нет, серьезно. В каком его веке построили? В двенадцатом, тринадцатом? Я не думаю, что его строители предусматривали ярость вампира. Тем более, Михаэля.
– Светловолосый вампир лениво перебирал цепочку, но так и не брал в пальцы звоночек.
Слишком много было в сегодняшней ночи такого, что выбивало из колеи. Чересчур многое рушило представление этих двух вампиров об устоявшемся устройстве мира. Даже обычные способы смирения с этой реальностью не давали четкости понимания происходящего.