Игры ночи
Шрифт:
Чуть скривив губы в насмешливой и понимающей улыбке, Рина легко мотнула головой, и отошла на несколько шагов в сторону.
Похоже, она переборщила сегодня с чужим обществом. Ей хотелось одиночества. И, пусть девушку настораживало то, что могло с собой принести уединение, она почти хотела этого.
– Сирина...
Она вздрогнула, услышав этот голос. Он напоминал ей стальное лезвие обернутое черным бархатом. Сила, несгибаемая сила, едва прикрытая элегантной мягкостью. Иллюзия нежности, скрывающая напор. Майкл...
Все отступала
Гомон голосов гуляющих студентов, далекий шум Праги, громкий и резкий смех Саманты - просто терялось.
Сирину обволакивало тишиной и безмолвием, в котором звучало лишь две вещи: его голос и ... мелодия..., надрывная, прерывистая песня скрипки, поддерживаемая аккордами гармони. Хоть и не откуда было взяться ей...
И медленное кружение снежинок на темно-алом...
Картинки сна замелькали у нее перед глазами, пусть и старалась девушка остановить этот водоворот образов. В конце концов, являясь взрослой и здравомыслящей особой, можно было позволить себе смело смотреть в глаза мужчине, ведь он не мог знать о ее фантазиях. Не мог, ведь?
Рина повернулась, едва успев подумать, откуда, собственно, ему известно ее полное имя, но так и не спросила об этом, вновь, поглощенная тьмой этих глаз. Вот только, сегодня там было и еще что-то... словно языки багрового пламени, мерцали, освещая тьму. Девушка моргнула, в безуспешной попытке прогнать это наваждение.
– Майкл.
– Ответила она, чуть наклоняя голову, чтобы отвести пряди волос, которые бросило на ее лицо порывом осеннего ветра.
– Михаэль,...
– Он протянул руку, без колебания, ловя непослушные локоны, и заводя их ей за спину.
– Ты будешь звать меня так, правда, милая?
– Его ладонь замерла на ее затылке, пальцы пробежались по шее, спускаясь к началу изгиба позвоночника. И застыли там. Рождая дрожь и томление... Да что там, жажду...
Всего лишь касание, а она уже готова сделать все, что он ни пожелает? Это возмутило Сирину. Вызвало раздражение своей нелогичностью и абсурдностью. Она не собиралась становиться безвольной рабыней бушующих гормонов. Не без боя, во всяком случае.
– Не думаю, что мы достаточно знакомы, для подобного общения.
– Моргнув, Сирина попыталась сделать шаг назад. Но, проиграла первую же битву с собой. С ним.
– О, нет, малыш. Мы знакомы достаточно.
– Улыбка, которая появилась на его губах, была ...пугающей.
Но не тем, что обещала ужасы, а тем, что давала четко понять - он знает. Как бы ни было это абсурдно, нелогично и, просто, нереально - он знает...
Сирина встряхнула головой, сгоняя это странное ощущение. И пожалела об этом, непроизвольно ощущая трение своей кожи о его ладонь. И ей понравилось это ощущение. Она знала его...?
– Какого дьявола?
– Девушка и сама не заметила, что задала этот вопрос, понимая допущенную оплошность только тогда, когда он засмеялся, глядя на ее, столь неприкрытую, растерянность.
– Какой интересный, и точно сформулированный
– Михаэль медленно водил большим пальцем по коже ее шеи, рисуя сложный и непонятный узор.
– А что для тебя дьявол, малыш?
***
– Рина?
– Николай подошел к ним, окидывая Михаэля настороженным взглядом.
А Сирина вздрогнула, понимая, что уже начал называть его так, в своих мыслях. Подчинилась.
"Но", - попыталась она убедить саму себя, - "просто это имя, и в самом деле, гораздо больше подходит ему, нежели Майкл".
Оно было таким же, как и его обладатель. Притягивающее. Пропитанное силой.
Ник сделал еще шаг, внимательно всматриваясь в ее лицо.
– Все в порядке, Рина?
– Его подозрительный взгляд переметнулся на мужчину, а потом, прошелся по его руке, следуя туда, где лежала ладонь Михаэля, скрытая ее волосами.
– Проблем нет?
Но, девушка не успела ответить, с удивлением слыша отзвук уже знакомого, недовольного, урчащего звука. Но откуда? Здесь, уж точно, никакого оборудования не было и в помине.
– У нас нет проблем...Ник, правильно?
– Михаэль контролировал свою ярость, не желая раньше времени, отпускать силу.
Николай кивнул, признавая верность произнесения своего имени.
Сделав шаг немного в сторону и к Рине, Михаэль оказался чуть перед ней, словно становясь на пути у мужчины, но при этом, так и продолжал ласкать ее шею пальцем.
И его движения, будто специально, стали еще более дразнящими, более томными, заставляя маленькие искорки разбегаться по всему телу девушки, от этих неспешных, тягучих и мучительных касаний.
Сирина закусила губу. Она хотела бы что-то ответить на вопросительный взгляд Ника, который, не очень поверив Михаэлю, уперся своими глазами в нее. Но, ... боялась, что если откроет рот, то просто застонет от того удовольствия, которое рождали в ее теле, движения пальцев стоящего рядом мужчины...
Боже мой!
И это он гладил ее шею... Она не хотела думать, что может испытать, доведись его руке опуститься куда-нибудь еще... в район сердца, например... или куда-нибудь, пониже...
– О, не волнуйся, малыш, тебе понравится.
– Его шепот защекотал ее ухо, дразня хрипотцой. Но, он все так же, продолжал смотреть на чеха.
Черт побери!
Сирина не заметила, как с молитв перешла на чертыхания. Не до раздумий о богословии, как-то было. Он что, мысли ее читает? Или, у нее на лице все написано? В таком случае, она должна была бы испытывать стыд.
Однако, совесть и скромность задремали, убаюканные его обжигающей лаской.
– Кхм, - девушка честно попыталась прочистить горло, чтобы хоть как-то ответить на вопрос Николая. Облизнула пересохшие губы, улавливая, как урчание вокруг нее, меняет тональность, переходя из напряженного, в ...довольное?
– Полагаю, что да, Ник.
– Сирина и сама не знала, что вынудило ее подтвердить слова Михаэля.