Чтение онлайн

— Здравствуй, Олег.

— Здравствуй, Милосердная, — с поклоном ответил я.

— Вижу, дела у тебя идут потихоньку. О, Сокдор, и ты тут! Я тебя не заметила… Гм… Неудобно получилось…

— Матушка, ты знаешь этого… это…, - епископ силился подобрать мне определение, но так и не смог этого сделать.

— Конечно, знаю. Это Герой, неплохой парень, совершивший, правда, несколько серьёзных ошибок, за которые ему вскоре придётся расплачиваться, но кто из нас их не совершает, верно? Кроме того, он привёл ко мне одну очень светлую душу, которая стала

моей преданной последовательницей.

— И ты не прогонишь его? В нём ясно чувствуется демоническое!

— Нет, конечно. Во-первых, мы не у меня дома. Во-вторых, за что его прогонять? В каждом из нас есть как светлое, так и тёмное. Своё тёмное он пока что держит в узде.

— Тогда… Я зря тебя потревожил. Прости меня, — епископ склонил голову.

— Ой, перестань! И вовсе не зря! Я рада была повидать своих знакомых.

— Как там, кстати… они? — спросил я.

— Хорошо. В пути. До дома им ещё недели две топать. Я присматриваю за ними, но пока что моё непосредственное вмешательство не потребовалось. А вот как обстоят дела у Гларма, я не знаю. Он отправился в края, где моя сила невелика, и найти его там мне очень сложно… Но не переживай, я уверена, с ним всё в порядке.

Она улыбнулась и коснулась пальцами моей щеки. Стало полегче, беспокойство за берсеркера улеглось, но надолго ли?

— Ладно, с этим выродком вы хорошие друзья, но я требую, чтобы эту тёмную эльфийку наказали по всей строгости! — влез в разговор лорд Сокдор.

Адиллара смерила его взглядом прищуренных глаз и ответила:

— А ты не в праве чего-то от меня требовать, Сокдор. Ты чёрствый, грубый человек, который зовёт меня всякий раз, как не может сам справиться с какой-либо трудностью, и тут же забывает про меня. Словно я нанималась в твои прислужницы. У тебя нет уважения к богам, лорд. Да, с девочкой обошлись излишне жёстко, — тут богиня бросила на меня неодобрительный взгляд, — но в этом есть и её вина, и твоя. Лучше надо было её воспитывать.

— Она моя единственная дочь! Не тебе указывать, как мне воспитывать моих детей!

— Вот об этом я и говорю. Но, раз уж ты требуешь справедливости… Дзинсая — спутница и… м-м… слуга этого героя. Вот пусть он и назначит ей наказание. Только сделает это не здесь и тогда, когда сам посчитает нужным.

— Ох, что тут… происхо-о-одит? — чародей Сокдора пришёл в себя и, потирая ушибленную голову, сел, осматриваясь.

— О, ничего, почтеннейший! — ответила богиня. — Я уже ухожу, а со мной и мой епископ. И остальные тоже, правда, Сокдор?

— Я требую… чтобы за страдания моей дочери ответили!

Адиллара тяжело вздохнула и подошла вплотную к лорду. И, хоть она и была ниже его ростом, но ощущение возникло такое, что именно она смотрит на него сверху вниз.

— Все свои требования можешь адресовать одному лицу — тому, которое ты каждое утро видишь в зеркале.

Лорд начал возмущаться, что-то кричать, но ни епископ, ни, тем более, богиня, его уже не слушали, а удалились прочь. Следом пошли и мы.

— Вам лучше поторопиться,

не то отец может послать за вами отряд «Клинков», нашу элиту, — сказал мне у выхода фехтовальщик-Арлест, наконец я запомнил его имя.

— Хорошо. Я бы хотел поговорить с твоим учителем, — ответил я.

— Я как раз сейчас отправляюсь к нему. Где он живёт, вам любой подскажет. Там и увидимся, — ответил парень. — А пока, мы проводим вас до выхода.

И они с сестрой пошли в коридор, пока их отец не начал кидать предметами со своего стола, а чародей пытался его успокоить.

По коридору брат с сестрой шли рядышком, справа от меня. Дзинсая двигалась слева, а Амалия позади, с разинутым ртом осматривая убранство имения, картины и прочие украшательства. Шли в молчании, пока оно не начало меня напрягать.

— Лизанн, а почему ты ещё не выбрала класс? — спросил я.

— Я-а… Хочу уметь колдовать. Только отец этого не одобряет. Заставляет меня изучать танцы, музыку, пение, фехтование… Чтобы я стала хорошей женой. Я… хочу уметь колдовать, чтобы… защититься… защитить себя от…

Снова воцарилось неловкое молчание.

— Это сложно? — вдруг спросила девушка.

— Что именно?

— Научиться магии.

— В некоторой степени. Прежде всего, тебе надо научиться чувствовать ману, уметь её перенаправлять и контролировать. А потом и преобразовывать один её вид в другой, нужный в данный момент…

Я пустился в объяснения, частично словами Алюэт и Яшеды, частично своими собственными, опираясь на свой опыт.

— Только против того, что применила Дзинсая, магия может быть бесполезна. А вот, крепкая воля и сильный дух — вполне.

Дзи вдруг резко остановилась, сделала пару шагов и встала напротив Лизанн. Та съёжилась, побледнела, а на её глазах выступили слёзы. Арлест попытался задвинуть сестру себе за спину, но Дзинсая не дала ему это сделать и спросила, глядя на девушку в упор:

— Хочешь уметь так же?

Я перевёл её вопрос. Некоторое время Лизанн что-то мямлила, заикалась, издавала прочие звуки, никак не похожие на речь, но потом зажмурилась, взяла себя в руки и ответила коротко, словно рубанула с плеча или кинулась в омут с головой:

— Да!

— Тогда ты должна стать сильнее. Внутренне. А для этого, в первую очередь, перестань распылять свою силу на ерунду и глупости. Твой род древний? Ты сама это говорила. Вот, черпай силу из него. И перестань его позорить, — сказала Дзинсая и вернулась на своё место слева от меня.

«Хозяин, как с тобой интересно! Я так рада, что я с вами!» — передала мне мысль Амалия.

Дальше шли в тишине. Дети лорда довели нас до ворот имения, мы попрощались и пошли обратно в город искать гостиницу или постоялый двор — об этом стоило озаботиться в первую очередь. Лизанн что-то обдумывала с очень серьёзным видом и у самого выхода вдруг кинулась догонять нас.

— Подожди! А… ты знаешь, как? Как мне стать сильнее? — спросила она у Дзи. Та посмотрела на девушку, потом на её брата и ответила: