Чтение онлайн

— Давай, папочка, расскажи нам сказку! Нет, две сказки! За то, что не купили кукол!

Я последовал за ними, на ходу прикидывая, какую бы сказку почитать на этот раз. На стене Хлои я бегло пролистал библиотечное меню… может быть, «Голубя, севшего за руль» или «Пингвинов мистера Поппера»?

Надо сказать, что у меня с дочками были свои секреты. По выходным мы вместе отправлялись в городскую библиотеку и погружались в книги. По дороге мы слушали в наушниках Моцарта, а потом читали вслух Чарлза Диккенса. Суть была в том — если уж нужно искать какую-то суть, — что

можно сколько угодно ненавидеть людей, но на Моцарта, Диккенса или, скажем, Джоан Роулинг это не распространяется.

Пока я вспоминал про наши тайные поездки, в моих клипсах затрезвонил телефон — три коротких сигнала означали звонок из Агентства.

— Вот черт, — пробормотал я. — Только не сейчас.

— Папа! — Эйприл нахмурила брови. — Ты же говорил, что это нехорошее слово.

Предполагалось, что я никогда не ругаюсь.

Звонил Оуэн Макгилл, мой партнер по Агентству перемен и старый добрый друг, может быть, даже лучший из друзей, если не считать Лизбет.

— Ноги в руки и дуй сюда, Хэйз, — сказал Макгилл. — Экстренная ситуация в магазине игрушек в Баронвилле. — Речь шла о фешенебельном квартале в северной части Нью-Лейк-Сити, милях в двадцати отсюда. — Дело срочное. Несколько убийств.

— Что? Прямо сейчас? Знаешь, у меня самого была экстренная ситуация. На нас с Лизбет напали скунсы. И вообще, у меня семейные дела.

— Прости, приятель. Джакс Мур требует именно тебя. Он так и сказал: «Пусть этим займется Хэйз Бейкер!»

Я вздохнул.

— Ладно, ладно. Еду.

Прощайте, сказка перед сном, романтический ужин с женой и водка с лимоном. Ночка обещала быть горячей.

Я даже не успел переодеть смокинг и немедленно помчался узнавать, что такого важного Джакс Мур нашел в этом деле.

Подумаешь, несколько убийств.

Сверхскоростной экспресс-лифт мгновенно доставил меня в расположенный на крыше гараж, и я быстро сел в свою машину: каплевидный спортивный болид, в котором хватало места только для двоих. Впрочем, нажатием всего одной кнопки его можно было раздвинуть до размеров вэна, в котором помещалось еще четверо.

Скользящий люк мягко опустился над головой, и на приборной панели замигала надпись:

— Готов к старту, доктор Бейкер.

— Магазин игрушек, Баронвилл, максимальная скорость, — распорядился я.

Обычно я сам водил машину, но сейчас мне была нужна хотя бы небольшая передышка.

— Вас понял, доктор Бейкер, — ответил жесткий голос автопилота.

Машина почти мгновенно взвилась вверх и понеслась вперед, крепко вдавив меня в водительское кресло. Это был один из самых быстрых болидов, сверхлегкая модель, порхавшая в воздухе, как колибри, и разгонявшаяся до шестидесяти миль за две секунды. Средняя скорость этой «капельки» составляла триста миль в час даже на простой дороге.

— Воздушный коридор установлен. Расчетное время полета: четыре минуты двадцать три секунды, — произнес уже другой, женственный и теплый голос. — Хотите что-нибудь выпить? Немного развлечься? Могу предложить сенсорную стимуляцию.

Это была Элле,

мой электронный секретарь. Пилот вполне мог оставаться безымянным — у нас были чисто деловые отношения, — но Элле мне хотелось называть по имени.

— Предпочитаю Баха, — ответил я. — Как раз то, что мне сейчас нужно.

— Предлагаю Бранденбургский концерт номер шесть, аллегро. Соответствует параметрам полета.

— Отлично.

— Хотите мультисенсорный трэк?

— Да, что-нибудь полегче.

У Элле не было тела, только пара тонких механических рук, но она действовала ими так проворно, что захватывало дух. Виртуальный шлем мигом очутился у меня на голове, и я погрузился в классическую музыку — еще одну замечательную вещь, созданную человеком. Ну не чудеса ли?

Честно говоря, люди делали и кое-что еще помимо этого. Нас, элитов, было слишком мало, чтобы выполнять все требуемые социальные функции, поэтому мы занимали только ключевые посты: в политике, медицине, армии, полиции, телекоммуникациях и медийной среде. На других местах у нас все еще работали люди — под полным контролем и после строгого отбора, — например, в музыкальных группах и оркестрах. Хотя чаще всего мы использовали их как чернорабочих, для очистки территории и уборки мусора.

Но я не сомневался, что на новый уровень классическую музыку вывела именно технология элитов. Я не просто слушал Баха: я впитывал и поглощал его целиком. Это было как плавное скольжение в прозрачном струящемся ручье, в чистейшем весеннем воздухе, пронизанном ароматом лилий.

Деревья на берегу сплетали над головой мощные стволы, протягивая к небу тонкие, красноватые на концах ветки, словно нежные пальцы, ласкавшие пену облаков.

Повсюду росли сочные спелые фрукты — стоило только протянуть руку, — а в реке плескались и резвились хрупкие водяные нимфы, словно приглашая меня присоединиться к их игре…

Великолепный концерт закончился мощным, потрясающим аккордом.

— Мы на месте, доктор Бейкер, — мягко сообщила Элле. — Магазин игрушек, Баронвилл.

Гм, а я бы предпочел еще немного Баха.

Оуэн Макгилл не преувеличил: ситуация была и впрямь экстренной. Одиннадцать убитых! Первое, что я увидел, был изуродованный труп мужчины в изысканном темно-голубом костюме в тонкую полоску. Его тело как-то неестественно изогнулось, утопая в луже собственной крови.

Мне приходилось видеть много неприятных сцен, но эта оказалась одной из худших. Особенно кошмарно выглядели забрызганные кровью игрушечные лошадки, которые продолжали прогуливаться вокруг миниатюрной конюшни. Они были буквально залиты кровью и резво постукивали копытцами по синтетическому мраморному полу, оставляя на нем маленькие красные следы.

Зрелище жутковатое, если не сказать больше.

Но это были только цветочки по сравнению с тем, что я увидел дальше.

Неподалеку лежал второй труп — полуодетая женщина в роскошном золотом костюме. Рядом с ним еще две жертвы, тоже женщины. Вокруг валялись фирменные сумочки «Тойз» в синих и розовых тонах.