Игрок
Шрифт:
Вот оно как. Этот маг не так прост, как выглядит. Прислужников у него много, они будут меняться до бесконечности, пока я не потеряю силы. А сам он даже не вспотеет.
"Понижение магии, - командует внутренний бог.
– Врежь им, парень!"
Молодец, невидимка. Как удачно, что вы все тут собрались, такой тесной компанией. У каждого мага есть уязвимая точка - его магия. Без неё он, как без рук.
Отбиваю очередную атаку, выхватываю из мешка горсть эльфийской пыльцы, раскрываю ладонь, и выкрикиваю заклинание.
Герцог Урбино тревожно морщит гладкий лоб, но Верховный маг успокаивающе поводит руками. Выступает вперёд, отодвигает с пути помощников в белых одеждах. Его уровень остался... да он почти не понизился. Видно, и впрямь этот парень - любимец Чёрной богини.
Негромкое заклинание, простое движение рук, и подо мной проваливается земля. Если бы не моя быстрая реакция дикого эльфа, я бы провалился по самую шею. Таблички перед глазами меняются с невероятной скоростью. Они выпрыгивают в углу зрения, пропадают, вспыхивают. Одна, мигая красным, повисает поверх остальных: "Всем игрокам! Опасность! Опасность!.."
Не успеваю прочесть, как поверх этой таблички выпрыгивает другая: "Новое задание. Спасение государства Урбино. Награда - спасение государства Урбино. Награда - не определена..." Что за чёрт. Бессмыслица.
Земля под ногами вздрагивает и замирает. Верховный маг окутывается мерцающим облаком, худые пальцы шевелятся в сложном жесте. По площади прокатывается испуганный крик. Толпа качается, отступает назад.
Алтарный камень исчезает. На его месте вырастает фигура огромного каменного человека. Угловатые валуны, ничем не скреплённые - между ними можно просунуть руку - громоздятся вверх, лепят человека высотой с дерево. Каменный великан покачивается, неуклюже шагает ко мне, взмахивает рукой. Бац! Из мостовой летят осколки, и там, где я только что стоял, образуется здоровенная вмятина. Бац, бац! Ладно, получай, каменюка.
Огонь, и сразу - лёд. Великан раскаляется докрасна, его окутывает облако свистящего пара. Оглушительный треск, грохот - и каменный истукан взрывается, разлетается на тысячу осколков.
Верховный маг шевелит губами, в грохоте взрыва и крике толпы с трудом разбираю, что он говорит:
– -Изыди, исчадие тьмы, порождение бездны.
Мерцающая дымка вокруг него внезапно густеет, наливается синевой, падает ему на плечи. Теперь это мантия, будто сотканная из ночного неба, с искрами звёзд. Верховный маг одним движением срывает мантию с плеч, неуловимо быстро раскручивает и бросает в меня.
Тёмная, как ночь, материя взлетает в воздух и разворачивается. На мгновение повисает, и плавно опускается, преображаясь на лету. Мантия раскрывает крылья, вытягивает шею, выпускает когти... и вот уже сверху на меня пикирует, разинув зубастую
Один удар сумрачного крыла - и плечо пронзает болью. Рука немеет, будто чужая. Бросаю наугад пару заклинаний - одно за другим, как гранаты - не помогает. Тварь, сотканная из мрака, спокойно пропускает сквозь себя огонь и лёд. Ай да Верховный маг, видно, сам не прочь побаловаться с тварями из бездны. С кем поведёшься...
Мой внутренний бог хмыкает. Если бы я не был так занят, удивился бы странному эху в черепе при каждом звуке его голоса, и чувству, что голова вот-вот треснет по швам, как перезрелый плод. "Порождение бездны...
– с весёлой злостью рычит мой бог, и вдруг запевает оперным тенором, так что у меня едва не разлетается черепушка: - О, баядера, о, прекрасный цветок!"
Вспыхивает перед глазами картинка на старом пергаменте - листок из книги на древнем языке. Простые грубые слова, архаичный слог, на котором теперь говорят только трухлявые вывески и драконы. Давно утратившие первоначальный смысл, ставшие набором невнятных слов, бессмысленными проклятьями. Бог весть, почему в моих руках они обрели первоначальную силу. Не время рассуждать.
Выкрикиваю слова, что висят передо мной, выжженные на пергаменте. Картинка с нарисованной тварью вспыхивает призрачным огнём, и дракон надо мной, уже изготовившийся к атаке, тоже корчится вместе с ней. "Легче, легче, парень, - весело командует мой внутренний голос.
– Нежнее".
Повинуясь слову заклятия, сумрачная тварь трепещет, складывает крылья и падает возле моих ног. Загнутые когти вонзаются в камни разрушенного алтаря, разинутая пасть нежно шипит, выпускает клубы чёрного тумана. Красные глаза размером с блюдце блестят, когда сотканный из мрака дракон смотрит мне в лицо.
"Люби меня, как я тебя, и более того!" - фальцетом выпевает мой внутренний бог и смеётся.
Толпа дружно ахает. Верховный маг зло вскрикивает, его невозмутимость испаряется, как дым. Он срывает с пояса верёвку, комкает и бросает в меня. Верёвка шлёпает мне в грудь, обращается сороконожкой, вцепляется тысячью коготков, подбирается к горлу. Пытаюсь сорвать металлическую тварь - бесполезно. Хищно щёлкают игольчато-острые жвала, вот-вот перегрызут глотку. Чёрт, засада! Так глупо помереть...
Щёлк, щёлк. Клацают челюсти. Хрустит сминаемый металл. Кто-то визжит.
Со звоном к ногам падают огрызки того, что осталось от сороконожки. Размазанной тенью мелькает и исчезает в моём походном мешке питомец-червяк. Мне кажется, или он здорово изменился?
С трудом перевожу дух, и тычу пальцем в застывшего от изумления Верховного мага:
– -Взять!
Сумрачный дракон прыгает в воздух. Со свистом расправляются крылья чернее ночи. Одним прыжком порождение мрака достигает своего создателя, сбивает его с ног. Верховный маг издаёт придушенный вопль, и его накрывает тёмная шевелящаяся масса.