Игра
Шрифт:
— Добр? Разве он вас не ограбил?
Сабрина не могла не заметить сардонических ноток в голосе виконта и тут же попыталась соскочить с его колен. Но Джек обхватил ее обеими руками за талию. И как ни странно, Сабрина не испытала никакого желания сопротивляться. Она повернула голову и, глядя на догорающий в камине огонь, сказала, тщательно взвешивая каждое слово:
— Да, он действительно меня ограбил. Но при этом не выглядел подонком. Вел себя как настоящий джентльмен. Был очень учтив, казался даже…
— Вы не можете забыть того поцелуя? —
Кровь, бросившаяся ей в лицо, привела Джека в замешательство. Он был искренне удивлен. Неужели эта вздорная девчонка влюблена в Черного Джека? Вернее, в его двойника?! Хотя может ли мужчина с точностью сказать, о чем думает женщина?
Ну и дела! Он мог овладеть этой девицей еще тогда, на дороге, и избавить себя от многих проблем последних дней! Джеку стало совершенно очевидно, что он сразу произвел на Сабрину большое впечатление. Но обстоятельства сложились так, что он не может теперь открыть ей свое имя и признаться, кем на самом деле был тот грабитель!
Эти мысли привели Джека в веселое настроение. Он неожиданно рассмеялся, чем в очередной раз удивил Сабрину, процедившую сквозь зубы:
— Мне кажется, сэр, что сейчас нам не до веселья!
Она вновь попыталась встать с колен Дарлингтона. На этот раз виконт не сделал ничего, чтобы ее удержать. Похоже, веселье захватило его без остатка. Джек даже запрокинул назад голову, чтобы смех звучал громче.
Сабрина и раньше считала виконта интересным и даже красивым. Но сейчас, когда его лицо светилось радостью, а столь привычная саркастическая усмешка сменилась добродушной улыбкой, он выглядел гораздо моложе и не казался таким опасным. И могло ли быть, что ни одна женщина до сих пор не пленила его сердце?
Эти мысли прервал жесточайший приступ кашля, вызванного взглядом несколько протрезвевшего Джека.
Но тут он снова расхохотался.
— Милорд, — раздраженно одернула виконта Сабрина, — своим дурацким смехом вы разбудите весь дом. Ведите себя прилично!
Напоминание о том, что он находится в чужом доме, несколько охладило Дарлингтона. Он сокрушенно покачал головой, вытер ладонью выступившие от безудержного смеха слезы и смущенно потупил взор.
— Простите, ради Бога! Жизнь дарит мне так мало поводов для смеха и веселья. — Дарлингтон добродушно улыбнулся Сабрине и протянул руку: — Меньше всего я хотел бы, чтобы нам сейчас помешали. Ведь вы для меня — бесценный подарок судьбы, который я не хочу ни с кем делить!
Сердце Сабрины сильно забилось, но она тут же постаралась взять себя в руки. Тем более что никогда серьезно не относилась к мужским комплиментам, призванным скрыть пустоту там, где должны находиться искренность и настоящие чувства. Свое неожиданное волнение она мысленно приписала нервному напряжению минувшего вечера. Кроме того, Сабрину действительно возмутил наглый хохот виконта.
И все же ей почему-то очень
Но гордость взяла свое. Как посмел этот виконт смеяться над ней? И что он вообще себе позволяет?!
Поэтому вместо того, чтобы дотронуться до его щеки, Сабрина кивнула на тлеющий в камине огонь и холодно сказала:
— Уже очень поздно, милорд. А потом, я очень устала. Давайте пожелаем друг другу спокойной ночи и разойдемся.
— Спокойной ночи? О чем вы говорите?! Гляньте в окно, уже светает! И как нам быть с Черным Джеком? Или вы решили предоставить этого бандита вполне заслуженной им участи?
— Что вы имеете в виду? — спросила Сабрина с новой надеждой в голосе. — Неужели все-таки собираетесь мне помочь?
— Думаю, что смогу это сделать. При условии, если… Последнее слово Дарлингтон произнес протяжно и очень многозначительно.
Не пытаясь понять подтекст сказанного, Сабрина молитвенно сложила ладони и повернулась к Джеку:
— Я никогда не сомневалась, что такой благородный и лишенный предрассудков джентльмен, как вы, не посчитает зазорным для себя освобождение томящегося в темнице и ожидающего смертного приговора узника.
— Признаться, я не хотел бы сейчас оказаться на его месте!
Джек откинулся на спинку кресла и, перекинув одну ногу в шелковом чулке через подлокотник, усмехнулся:
— Судьба этого молодчика меня не очень трогает. Но вам, очевидно, его жизнь дорога. Интересно, насколько?
Сабрина, не задумываясь, сняла с шеи ожерелье, собрала в пригоршню крупные жемчужины и протянула Джеку:
— Вот, это за свободу Черного Джека! Виконт бросил на жемчуг яростный взгляд.
— Почему вы уверены, что этим можно меня соблазнить? — Дарлингтон сдвинул брови и вопросительно смотрел на Сабрину.
Ничуть не смутившись, она насмешливо улыбнулась:
— Ходят слухи, милорд, что ваши карманы пусты. Дарлингтон пожал плечами и ответил знакомым Сабрине тоном скучающего аристократа:
— Мир полон глупых слухов, Сабрина.
— Несомненно! Тем не менее только этим и можно объяснить присвоение вами моего выигрыша!
Несмотря на резкий тон девушки, улыбка не сходила с лица Джека.
— Если вы думаете, что я сделал это из корысти, то плохо меня знаете, дорогая.
— Может быть, но…
— Довольно этих «но» ! — оборвал Сабрину виконт, и его брови сложились в букву «V». Он выпрямился в кресле. — Хотел бы я знать, почему вы сами не заложили свои драгоценности, если так нуждались в деньгах?
Черт бы побрал этого виконта! Он совершенно ясно видит полное отсутствие логики в ее мыслях! Поэтому незачем и отвечать на этот вопрос! В его глазах — предостережение. Но в них горит и огонь, который зажгла она… А это чего-то да стоит!
— Ожерелье мне подарил отец, — сказала Сабрина, отводя взгляд. — Я надеялась сохранить его. Но теперь не вижу иного выхода, кроме как пожертвовать этим родительским подарком!