Чтение онлайн

Катарина не знала, что сказать. Перед ее глазами стояли ужасные картины — густые, почти непроходимые леса вокруг замка Эскетон сожжены, трава на пышных лугах вытоптана.

Девушка резко повернула лошадь к Лэму.

— А что с Эскетоном?

Я не слышал о каких-либо схватках поблизости от вашего дома, Катарина. Большинство их ограничивалось Корком на востоке и Лимриком на западе, Трейли и Килмаллоком.

Лимрик! — воскликнула она. В Лимрике стоял королевский гарнизон, и он находился только в двадцати милях к северу от Эскетона, тоже в долине Шеннона. — О Боже, я должна поехать

домой!

Лэм окинул ее взглядом:

Это будет решать Бэрри, не так ли?

Она уставилась на него, не в силах отвести глаз. Казалось невероятным, что она находится на пути в Бэрримор и скоро будет там.

Да. Это будет решать Бэрри.

Они подъезжали к Бэрримору.

Руки Лэма, державшие поводья, были напряжены, отчею его лошадь беспокоилась. Его инстинкты подсказывали ему отбросить всякую предосторожность. Он мог даже сейчас похитить Катарину и ускакать обратно в Корк, на «Клинок морей». Как только он выйдет в море, никто не сможет ему помешать. А на острове Эйрик она будет целиком принадлежать ему. Еще никто не осмеливался атаковать его укрепленный остров, и у Катарины нет покровителя, который мог бы на это решиться.

Лэм понимал, что сейчас ему нужно действовать гораздо тоньше и гораздо умнее, чем раньше. Еще одно похищение было последним средством. Он предпочитал лишний раз не испытывать терпения королевы. Он невольно возбудил ее подозрения и теперь хотел их развеять.

Он играл в опасную игру. И чтобы выиграть, чтобы остаться в живых, он не должен терять расположения королевы. Росчерком пера его могли объявить изменником, лишить патента и назначить вознаграждение за его голову. Лэму вовсе не нравилась мысль, что Дрейк и Хокинс станут преследовать его на море. Ему не хотелось остаться без всякой поддержки, хотя он не был настолько глуп или настолько романтичен, чтобы считать, что у него и в самом деле есть своя страна, своя королева.

Однако какая ирония судьбы! Он захватил французский корабль — о политике и речи быть не могло-и предполагал, что советники Елизаветы вскоре это поймут и задумаются, в чем тут дело. Никто не мог знать о его истинных намерениях, во всяком случае, пока. А если бы кто-то оказался настолько умен, так у него не было никаких доказательств, только предположения.

Лэм знал, что он должен действовать терпеливо и осторожно. Если он хочет перехитрить остальных игроков и победить в этой игре, он должен быть умнее. Потому что если он решит жениться на Катарине — а он начинал находить предложение ее отца о браке все более интересным, — то должен взять на себя продолжение борьбы ее отца, а тогда он окажется в самой гуще заговора.

Нет, скорее всего второе похищение просто не потребуется. Лэм был почти уверен в том, что Бэрри не захочет взять в жены женщину без средств и без титула.

И все же его не покидали сомнения. Катарина была необыкновенной женщиной, и Бэрри мог потерять голову и позабыть о ее нынешнем положении. Он не позволит им пожениться, невзирая ни на что. Не позволит Хью Бэрри или любому другому мужчине завладеть Катариной. Ее судьба определилась давным-давно, когда он впервые ее увидел. Ее судьбой был он, Лэм О'Нил, что бы там ни случилось.

Из-за верхушек деревьев показался

замок Бэрри, расположенный на вершине небольшого холма. Лэм стиснул зубы, борясь с ревностью и чувством собственника, чего никогда до этого не испытывал. Он бросил взгляд на Катарину. Ее щеки разгорелись, глаза блестели. Он представил, как она бросается в объятия Бэрри, как Бэрри жадно целует ее и как она в нетерпении отвечает ему тем же. Лэм напомнил себе, что надо действовать уверенно, но не торопясь. Эту битву он не должен проиграть. Катарина прервала его мысли.

Слава Богу, здесь не было сражений, — неуверенно сказала она.

Они поднялись по дороге к внешним воротам замка и проехали по опущенному мосту. Железные ворота были заперты, но никто не появился, чтобы спросить, что им надо. Лэм подъехал к ним и дернул веревку колокола на сторожевой башне.

Колокол громко зазвонил, разорвав тишину ирландского пейзажа, разогнав сидевших на стене голубей.

Замок Бэрримор строился в средние века, как и многие другие, и основу крепости составляло квадратное каменное укрепление, хотя со временем к нему добавились другие постройки. Внутренняя стена была не каменной, а глиняной. Не было видно никакого намека на цивилизацию, как будто они совершили путешествие обратно во времени в мир рыцарей в латах и прекрасных дам в туниках. Замок казался покинутым, что усиливало впечатление, и Лэм готов был увидеть во внутреннем дворе тени давно умерших воинов.

Катарина посмотрела на О'Нила.

— Странно. Неужели никого нет?

— Как будто так, — отозвался Лэм, довольный тем, что Хью Бэрри не оказалось на месте. — Надо справиться в деревне, — добавил он, поворачивая свою лошадь. Катарина и Макгрегор последовали его примеру, и тут все трое увидели группу всадников, приближавшихся к замку с запада. Заметив людей у ворот Бэрримора, всадники пустили лошадей в галоп. Лэм взял поводья из рук Катарины и провел их лошадей через подъемный мост на дорогу, где в случае чего было проще развернуться и спастись бегством. Макгрегор держался рядом с Катариной с другой стороны. Он не выпускал пистолет из рук. Лэм расстегнул плащ, чтобы в случае нужды быстро выхватить оружие.

Кто они? — испуганно воскликнула Катарина. — Неужели вы собираетесь сражаться с дюжиной вооруженных людей?

Лэм не ответил, разглядывая несшихся к ним по дороге всадников. Он слышал, как Катарина ахнула. Она вцепилась в его руку, и у него упало сердце, потому что он мог догадаться, кто были эти люди. А это явно были ирландцы — они были одеты в национальные серые плащи, сидели на некрупных лошадях местной породы и у некоторых были запрещенные челки, стриженные низко, чтобы скрыть лицо.

Это ваш жених? — спросил он. Она кивнула, расплываясь в улыбке.

Лэм взглянул на ее избранника и сразу проникся к нему презрением. Он был гораздо моложе Лэма, примерно в возрасте Катарины, и, подобно ей, имел белую кожу и рыжие волосы. Хью Бэрри был привлекательным мужчиной, с грубоватыми, но приятными чертами лица и ярко-синими глазами. Лэм схватился за рукоять рапиры. Возможно, сегодня дикарь в нем все же возьмет верх.

Хью остановил лошадь так резко, что она присела на задние ноги.