Игра стоит свеч

Пролог

Все было готово к обряду. Свечи аккуратно разложены по кругу, свет погашен. Я ждала Робби, пока она принесёт ручки с листочками, чтобы начать новую жизнь. Я хотела забыть сегодняшний день раз и навсегда.

Её бабушка была настоящей ведьмой, и вещи, которыми мы обложили себя, принадлежали

ей.

Знаю, что брать чужое запрещено, но, как сказала Робби, это не опасно, если рядом есть она. И я поверила.

Мои родители относятся к потусторонним вещам поверхностно, утверждая, что это лишь детские сказки.

В семье я была, как говорится, третьим колесом в двухколесной телеге.

Если было что-то нужно, то приходили ко мне. А так я просто существовала. Я была младше всех, поэтому многое мне приходилось узнавать самой.

Хотя самым лучшим другом, несмотря на возраст, я считала Картера Чейза. Он был моей гаванью. И кто бы мог подумать, что даже спустя столько времени мы будем продолжать общаться?

– Наконец, ты вернулась, - стонет Ава, вытягивая к Робби руки.

Ава выглядела младше своих лет, но мудрая не по годам. Что бы вы у неё не спросили, она найдёт ответ.

Её непослушные волосы всегда были в беспорядке. Каштановые локоны так сильно кудрявились, что девушка даже боялась появляться на глазах у окружающих. Таким образом, она редко куда-либо выходит, предпочитая жизнь затворника.

Робби раздает всем по листочку с ручкой и одаривает каждого полуулыбкой, напоминающей, что это лишь шутка ради удовольствия.

– Мы просто поиграем, - говорит она тихо, усаживаясь напротив Бритт.

Та улыбнулась ей и кивнула. Я начинала нервничать, хотя не чувствовала страха. Наоборот, мне хотелось продолжения.

Я взяла ручку и усмехнулась, вспоминая правила нашего импровизированного шабаша.

Одевшись во все чёрное, мы и правда походили на настоящих чародеев. Нам бы каждой по метле с заострённым колпаком, цены бы нам не было.

– Бритт, напомни-ка правила, - шепчу подруге около себя. Бритт вздыхает.

– Каждый пишет на листочке имена тех, кто ему нравится, затем мы бросаем их в огонь и сжигаем, пока бумаги не превратятся в пепел.

– Ты думаешь, это сработает?
– спрашиваю её, сомнительно поглядывая на Робби.

Тем временем она разжигала костёр в котле, проверяя, все ли на месте. Губ Бритт касается лёгкая улыбка и она отрицательно качает головой.

– Даже если Роб говорит, что ничего не будет, последствия все равно всплывут. В скором времени.

От её слов по коже пошли мурашки. Я начинала не на шутку нервничать, окрашивая будущее яркими красками. Когда в голову уже пробирались сомнения, Бритт схватила мою ладонь и крепко сжала.

– Не думай. Просто напиши свои желания на листке и сожги, - она подмигивает

и берет ручку, - просто давай закончим это поскорее и вернёмся к обыденным делам.

Я усмехаюсь. Ава стонет возле меня, затем мысленно стреляет в нас с Бритт грозовые молнии. От её взгляда мне становится не по себе. Она машет пальцем перед нашими лицами.

– Что бы вы не думали, но с магией не играют. Или все по правде, или никак.

Робби включает магический шар и закрывает глаза, настраиваясь на нужную волну. Она просит нас взяться за руки и закрыть глаза.

– Итак, вы готовы начать свои жизни с чистого листа?
– спрашивает Робби на полном серьёзе.

Я подавляю смех и соглашаюсь, отчасти веря, что это все по-настоящему. Втроем мы написали свои пожелания и качества настоящего идеала того, кто нам нравится, и по очереди бросили клочки бумаги в кипящий котел, от которого зависело наше будущее, во всех смыслах.

Робби улыбнулась и пожала нам руки. После нашего обряда моё сердце забилось чаще, а ощущение свободы не покидало до самого возвращения домой. Мои мысли были только о результате. О том, что будет завтра.

Прийдя домой, я сразу спустилась к себе в комнату, надеясь заняться своими домашними делами. Но все оказалось не так. Моя комната находилась в гараже, так как это было единственное тихое место в доме. Меня здесь никто не трогал, и я ощущала себя в своём мире.

Удивленная, подхожу к комоду и прислоняюсь боком, в защитном жесте скрещивая руки.

– Что ты здесь делаешь?
– спрашиваю рассеянно. Папа встаёт с моей кровати и откашливается, заводя руки за спину.

– И тебе добрый вечер, принцесса, - его улыбка холоднее льда.

Он подходит ко мне ближе, я замираю. Выражение его лица было чересчур спокойным. Меня это насторожило.

Если он пытается снова свести меня с кем-то, то я наотрез откажусь. В детстве, когда мы разговаривали об этом, это было смешно. Но сейчас это выглядело полным бредом.

Папа, будучи выше меня на две головы, положил на мои плечи свои руки и вдохнул, грозно смотря в глаза.

– У меня небольшие дела в Сан-Франциско, поэтому мне нужно, чтобы ты была в безопасности. Для этого ты отправишься к своей матери в Нотервиль.

Я разинула рот, расширив глаза. Он это серьёзно? Я качаю головой.

– Нет, ты не имеешь права, - мой голос повышается и горло начинает хрипеть. Папа хмурится.

– Это всего лишь на неделю, - успокаивает он, сжимая руки.

Я видела, как ему нелегко это произносить. Закрываю глаза, но это не помогает.

Снова открываю веки, молча прося его остаться здесь. Но он вздыхает, означая, что ничего нельзя изменить.

– Здесь вся моя жизнь, пап, - говорю ему, опуская глаза. Он дышит ежесекундно, его умиротворение исчезает.