Чтение онлайн

– А что вы сможете сказать мне о его последней болезни?

Великий мейстер развел руки жестом беспомощной печали.

– Однажды он явился ко мне и попросил некую книгу, крепкий и здоровый как всегда, хотя мне и показалось, что какая-то мысль глубоко тревожит его. А на следующее утро он уже корчился от боли и не мог подняться с постели.

Мейстер Колемон решил, что он застудил желудок. Погода была жаркой, и десница часто употреблял вино со льдом, что могло расстроить пищеварение. Лорд Джон продолжал слабеть, и я отправился к нему сам, но боги не даровали мне сил, чтобы спасти его.

–

Я слыхал, что вы отослали мейстера Колемона?

Утвердительный кивок великого мейстера совершился медленно и непреклонно как движение ледника.

– Да, так я поступил тогда и, боюсь, что леди Лиза никогда не простит мне этого. Возможно, я ошибался, но в то время я не видел лучшего выхода. Мейстер Колемон для меня словно сын, и я никогда не позволил бы себе усомниться в его способностях, но он был еще так молод! А молодые нередко не понимают всей хрупкости старого тела. Он очищал организм лорда Аррена слабительными настоями и перечным соком, и я побоялся, что такое лечение может убить больного.

– Может быть, лорд Аррен что-нибудь говорил в последние часы своей жизни?

Пицель нахмурил чело.

– На последней стадии лихорадки десница несколько раз произнес имя "Роберт", но кого он звал - короля или сына, я сказать не могу. Леди Лиза не позволяла мальчику входить к больному, чтобы он не заразился. Король пришел и несколько часов просидел возле постели, занимая лорда Джона разговором и надеясь шутками подбодрить его. Король просто был полон сострадания!

– И это все? Какими был" последние слова лорда Аррена?

– Увидев, что надежд больше нет, я дал деснице маковое молоко, чтобы избавить его от мук. Но перед тем, как закрыть глаза в последний раз, лорд Джон что-то шепнул королю и своей жене и благословил своего сына. "Крепкое семя", проговорил он. А потом его речь сделалась слишком неразборчивой, чтобы ее можно было понять. Смерть пришла лишь следующим утром, но лорд Джон находился в глубоком забытьи. Он более не открыл уст.

Нед еще раз глотнул молока, пытаясь подавить отвращение к приторному питью.

– А вы не находили в смерти лорда Аррена чего-нибудь неестественного?

– Неестественного?
– переспросил древний мейстер едва ли не шепотом. Нет, я бы так не сказал. Смерть всегда приносит с собою скорбь, но на свой собственный лад она - самое естественное событие из всех, приключающихся с человеком, лорд Эддард. Джон Аррен теперь упокоился с миром, избавившись от своих тягот.

– А как насчет болезни, которая унесла его?
– проговорил Нед. Приключалось ли нечто подобное с другими людьми?

– Почти сорок лет я был великим мейстером Семи Kоролевств, - проговорил Пицель, - Под нашим добрым королем Робертом, и под предшественником его Эйерисом Таргариеном, и отцом его Джейехерисом Вторым, помню даже несколько коротких месяцев правления отца Джейехериса - Эйегона Удачливого, милорд. Но скажу вам одно: каждый случай не похож на другие, и все они как один. Смерть лорда Джона была не страннее любой другой.

– Его жена полагает иначе.

Великий мейстер кивнул:

– Теперь я вспомнил, вдова Джона Аррена является сестрой вашей благородной жены, но простите старику прямолинейность; горе может повергнуть

в смятение даже могучий и дисциплинированный ум, каковым леди Лиза, увы, не обладает. После последних неудачных родов она видела врагов в каждой тени, а смерть лорда-мужа вывела ее из равновесия.

– Итак, вы вполне уверены в том, что Джон Аррен умер от внезапной хвори?

– Да, - ответил Пицель серьезным голосом.
– Что же еще могло явиться причиной этой смерти, как не болезнь, мой добрый лорд?

– Яд, - негромко предположил Нед.

Сонные глаза Пицеля разом открылись. Древний мейстер неуютно поежился на своем месте.

– Возмутительная мысль. У нас не Вольные Города, где подобные преступления нередки. Великий мейстер Эйтельмур писал, что все люди лелеют убийство в своём сердце, но и тогда отравитель не достоин даже пренебрежения. Он помолчал мгновение, погрузившись в думу.
– Ваше предположение вполне допустимо, милорд, однако я сомневаюсь. Распознать яды может каждый деревенский мейстер, а лорд Аррен не обнаруживал признаков отравления. Кроме того, десницу любили все. Только чудовище, воплотившееся в человеческую плоть, осмелилось бы отравить столь благородного лорда.

– Говорят, что яд - это оружие женщины.

Пицель задумчиво погладил бороду.

– Так говорят. Женщины, труса... и евнуха.
– Он прокашлялся и сплюнул на тростник густой ком мокроты. Вверху громко каркнул ворон.
– Лорд Варис был рожден рабом в Лисе, вы знаете это? Не доверяйте паукам, милорд.

Подобных слов можно было и не говорить. От присутствия Вариса по плоти всегда бежали мурашки.

– Я запомню ваши слова, мейстер. Благодарю вас за помощь. Похоже, я отнял у вас достаточно много времени.
– Лорд Эддард встал.

Великий мейстер Пицель с трудом, медленно поднялся из кресла и проводил Неда до двери.

– Надеюсь, я некоторым образом помог вашему уму избавиться от тяжести. Если я смогу помочь вам чем-нибудь еще, стоит лишь попросить.

– Еще одна вещь, - проговорил Нед.
– Мне хотелось бы посмотреть книгу, которую вы одолжили Джону перед его внезапной болезнью.

– Боюсь, что вы найдете ее неинтересной, - проговорил Пицель.
– Этот увесистый том великий мейстер Маллеон посвятил родословиям великих домов.

– И все же мне хотелось бы посмотреть его.

Старик открыл дверь.

– Ну, как угодно. Книга у меня где-то здесь. Когда я найду ее, то прикажу немедленно доставить прямо в ваши палаты.

– Вы в высшей степени любезны, - ответил Нед и, словно бы вдруг припомнив, проговорил: - Кстати, не. позволите ли вы мне задать самый последний вопрос? Вы упомянули, что король находился возле смертного одра лорда Аррена. Интересно, а сопутствовала ли ему королева?

– Вовсе нет, - покачал головой Пицель, - Она вместе с детьми как раз отъехала на Бобровый утес в обществе своего отца. Лорд Тайвин прибыл в город вместе со свитой на турнир в честь именин принца Джоффри и, вне сомнения, рассчитывал, что его сын Джеймс завоюет венец чемпиона, но ему пришлось перенести жестокое разочарование. Мне выпало отослать королеве слово о внезапной кончине лорда Аррена. Никогда не отсылал я птицу с более тяжелым сердцем.