Чтение онлайн

Пенёк топтался на месте, растопырив сучки и путаясь в собственных корнях. Глазки-ягодки он зажмурил. Похоже было, что у корневика происходит внутренняя борьба.

— Что с тобой? — удивилась я.

Корняга открыл глаза. Кажется, одно из стремлений одержало верх. Вот только не знаю, какое именно.

— Ничего, — скрипнул он. — Ну-у… потом скажу. Ладно?

— Ладно, — согласилась я. — Поехали.

Четтанское утро уже вступило в свои права. В кронах дубов и кленов чирикали и щебетали птицы. Красные лучи пронизывали листву деревьев и падали на землю, рисуя

причудливый узор из пятен света и тени. Крошечные бабочки-однодневки порхали в тёплых лучах. Их крылышки сверкали, точно усыпанные алмазной пыльцой.

Но я не особенно засматривалась по сторонам. Тем более, что светлый лиственный лес не таил никаких диковин. Он был приветливым, здесь царили спокойствие и порядок, здесь хотелось остановиться и отдохнуть душой. Но я торопилась дальше.

До У-Наринны оставалось лишь несколько часов пути.

Вперёд, Ветер! Вперёд!

Местность то повышалась, то понижалась. Нам то и дело приходилось пересекать неглубокие овраги, склоны которых поросли орешником. Если не считать орешника по оврагам, лес стал почти сплошь дубовым. Другие деревья встречались всё реже и постепенно исчезли. Остались лишь могучие дубы-великаны с кряжистыми стволами и разлапистыми кронами, да подрастающие им на смену молодые стройные дубки.

Вскоре на нашей дороге стали попадаться камни. Камни были светлыми, и странно розовели в свете Четтана. Они торчали из опавшей листвы прошлого круга, как вымытые дождями черепа. Несколько раз я вздрагивала — мне казалось, что вот это наверняка человеческий череп. Но каждый очередной череп оказывался камнем с круглой макушкой.

Затем среди деревьев замаячили светлые каменные столбы. Сходство с костями осталось, только теперь камни напоминали части скелета чудовищного зверя. Причудливо изогнутые, в человеческий рост высотой, они словно бы росли из земли наравне с деревьями.

Мы въехали в Каменный лес.

Четтанский день шёл к полудню.

Овраги кончились. Теперь местность пошла в гору. Дубняк стал редеть, а каменных столбов становилось всё больше. Под копытами коня вместо желудей захрустел каменный щебень.

Подъём, поначалу пологий, делался всё круче. Дубы исчезли. Повсюду, куда ни глянь, возвышались каменные столбы разной высоты и формы. Камень преимущественно был тот же самый, светлый как кость, однако встречались тёмно-серые и даже чёрные монолиты. Я остановила коня у каменной колонны, похожей на вычурный подсвечник, и спешилась.

Дальше я пойду одна.

Я бережно достала из двумеха окованные серебром ножны и пристегнула к поясу. Ножны показались мне неожиданно тяжёлыми, тяжелей обыкновенного. Они легли на бедро так, словно внутри них был меч. Неужели я ощутила присутствие Опережающего? Здравствуй, магический меч! Здравствуй, древний клинок!

Далёкий звон металла ответил моим мыслям.

Я вспомнила, как пели стальную песнь клинки возрождённого Железного поля. И потянулась к железной шишечке, в которую Страж Руд превратил смертоносный шипастый цветок. Подарок Стража я непременно возьму с собой в У-Наринну.

И ещё один подарок может мне

пригодиться. Я взяла в руки овальную деревянную шкатулку, которую получила от корневиков. На торжественном празднестве по случаю свершившегося пророчества, когда выяснилось, что награды за Корнягу я не хочу, старейший пень преподнёс мне эту шкатулку. Со словами, что если открыть её в трудный момент, может стать легче. А если просто так — то шкатулка окажется пустой. Я проверила. Внутри действительно ничего не было. Ну, трудные моменты нас в У-Наринне ждут наверняка, так что будет случай проверить и обещание старейшины насчёт «станет легче».

Мои пальцы наткнулись на какие-то верёвочки. Я вытащила ту самую штуку, которой Одинец сбил вампира — костяное кольцо с верёвочками и шариками. Тьма! Так я толком и не поняла, что это такое. Возьму, пожалуй. Вдруг анхайру именно эта хреновина нужна позарез?

Цветок, шкатулку и кольцо с верёвочками я сложила в оружейную сумку. Туда же отправился дренгертский арбалет и стрелы к нему. Вторую сумку, заплечную, я свернула и положила в первую — для Одинца. Метательные ножи были при мне, хадасский кинжал — тоже. Всё? Всё. Я перекинула сумку через плечо.

Корняга грустно взирал со спины Ветра на мои сборы. Я протянула ему руку.

— До свидания, друг Корняга. Надеюсь, скоро встретимся. А если нет — не поминай лихом.

Пенёк коснулся корнями моей руки.

— Знаешь, Тури, — проскрипел он, — я ведь тоже, как Моран, только своё прозвище назвал. Не сердись, ладно? Ты ведь меня тогда другом не считала. Люди меня Корнягой кличут, да. А настоящее имя мне — Скри.

Корневик умолк. А у меня не нашлось слов. Я погладила его по корням. Доброе прикосновение понятно всем — человеку, пеньку, зверю. Безмолвная фраза: «Ты хороший, я с тобой дружу».

— Возвращайся, — негромко скрипнул пенёк. — Я тебе уже говорил когда-то, и повторяю: возвращайся. Я буду ждать вас. Удачи!

Я улыбнулась ему и свернула из пальцев дулю, как следует делать, когда тебе пожелали удачи.

— До свидания, друг Скри, — сказала я.

Корневик с некоторым усилием скрутил из корней ответную дулю. И ухмыльнулся щербатым дуплецом.

Я шагнула к Ветру, обняла его за шею и долго гладила лошадиную морду. У меня было странное предчувствие, что я больше не увижу вороного жеребца. Нет, я не чуяла его близкой смерти — но что-то подсказывало мне, что магический конь изменится. Такого Ветра, каким я его знаю, больше не будет. На прощание я поцеловала его в тёплый нос.

— Прощай, Ветер!

Жеребец звонко заржал.

Каменный лес откликнулся дробным, как перестук камешков, эхом.

Я сделала шаг вперёд, к У-Наринне.

Смутные дни! Вот и настал тот миг, когда счёт пути к У-Наринне пошёл на шаги.

На первый взгляд казалось, что столбы Каменного леса расположены в беспорядке. Но стоило мне двинуться вперёд, и я ощутила некий подспудный ритм в чередовании колонн. В голове сама собой возникла тихая шепчущая музыка. Одна и та же фраза повторялась снова и снова, как шорох набегающих на берег волн.