Чтение онлайн

— И чем же я вам лично помогать буду? — Николай переключился в режим откровенного сарказма.

— Я думаю, что до завершения всех работ по завоеванию мирового господства нам не стоит светить как источники финансирования проектов, так и наше сотрудничество вообще.

— Что не надо делать?

— Ну, не надо, чтобы об этом все знали. Вам граф Голенищев-Кутузов презент наш передал?

— Это вы про эсмеральд?

— Изумрудов и на Урале немало, так что если вы — не лично, а через доверенных людей — горстку изумрудов толкнете, скажем, амстердамским ювелирам… задорого…

— Что сделаю?

—

Ну, продадите. У аргентинских епископов с золотом отношения… странные, они предпочитают, скажем, более компактные формы хранения денег. Я вам для финансирования работ по железной дороге хотел бы передать горсть как раз изумрудов… по моим оценкам, примерно на полмиллиона рублей. Но сам я их продавать не хотел бы, мне только нападений на мою яхту и не хватало…

— Я понял. То есть у вас с собой изумрудов на полмиллиона?!

— Нет, что вы! Я столько изумрудов хочу лишь поменять на деньги для того, чтобы у посольства были средства на содержание… и на оплату всего, то для железной дороги потребуется.

— Хм… я вам в этом помогу. А… а когда… а вы мне можете показать ваше судно в плавании? В небольшом, не более чем на день.

— Завтра устроит? В восемь утра, к восьми вечера вернемся обратно в Санкт-Петербург.

— Завтра? Вы пойдете от вашего… посольства?

— Давайте так договоримся: в восемь я вас буду ждать у Дворцового причала. То есть перед мостом, он же с рассветом реку перекрывает?

— Хорошо, я принимаю ваше приглашение.

На причале, когда к нему подошла яхта, толпилась уже приличная кучка народу. Я ее оглядел и сообщим Николаю, что на борт готов взять не более шести человек:

— Ваше величество, по ряду причин, в которых вы сами разберетесь, когда мы будем уже в море, больше людей я взять просто не могу. И внутрь корабля я их не пущу — а о причинах этого я вам лишь скажу. Так что советую взять лишь тех, кто не успел еще позавтракать… у меня нет ни малейшего желания еще и палубу после вашего визита мыть, да и вам будет неприятно.

Николай лишь хмыкнул и распорядился, так что на борт поднялись лишь четверо из «и сопровождающих его лиц». После чего яхта неторопливо отошла от причала и устремилась к морю. А когда она вышла на простор, «неторопливо полетела» к Кронштадту.

— Действительно, — повернулся ко мне Николай, — ход у корабля вашего весьма неплох.

— И если мы обо всем договоримся… Примерно половину каждого года ветра и течения благоприятствуют судовождению между Балтикой и Ла-Платой, большое грузовое судно с двумя сотнями тысяч пудов груза легко совершит рейс в один конец менее чем за два месяца. И вы в России такие суда выстроить сможете.

— По вашим проектам?

— По вашим, я лишь расскажу, как их нужно будет проектировать.

— Будет, вероятно, очень интересно: я даже подумать не мог, что можно строить суда, на которых сотню тысяч пудов груза погрузить возможно.

— Это несложно, и мне кажется, что основными судами на этом маршруте будут суда, перевозящие уже по три сотне тысяч пудов.

— А строить их нужно будет из ваших уругвайских деревьев? Поскольку сдается мне, что даже дуб для столь больших судов…

— Их нужно будет строить из стали, как моя яхта выстроена: вы правы в том, что никакое

дерево не позволит хотя бы мачты потребные поставить. И реи нужные изготовить: здесь, как вы, вероятно заметили, это не просто палки струганные, а весьма сложные инженерные конструкции.

— Я заметил… а как же вы экипаж управлению всем этим обучить смогли?

— Это тоже не особо сложно, — я едва смог скрыть торжествующую улыбку.

— А что же вы матросов своих не выпускаете? Изнутри, поди, парусами-то управлять куда как сложнее…

— Матросов… Ваше величество, мы уже к Кронштадту подходим, так я предлагаю вашу свиту там высадить — и тогда я смогу вам, но исключительно вам одному показать, как управления сим кораблем происходит. Поверьте, вы узнаете многое, что позволит вам принимать самые лучшие решения и в управлении державой вашей.

— А вы меня не похитить решили?

— Уж не настолько я и идиот, да и свита ваша, если бы я похищение задумал, всяко помешать мне в злом умысле была бы не в состоянии. Я просто хотел бы вам показать истинные возможности «Девы Марии», на что потребуется часа четыре. Может, чуть больше — тут уж от погоды зависит.

— Ну хорошо. Эй, постойте, а как ваш корабль так ловко в причалу-то подходит, когда ни одного моряка на палубе нет? Окна-то не особо велики…

— Ну что, ссаживаем попутчиков?

Когда яхта все так же неторопливо отвалила от причала Кронштадского порта (оставив на берегу очень недовольных случившимся офицеров свиты), я пригласил Николая в рубку. Правда, экраны системы управления были погашены (незачем русских царей смущать «иностранными технологическими достижениями»):

— Вот это, ваше величество, зал управления яхтой. Собственно, именно отсюда все управление и ведется… ну, я так думаю.

— Думаете? А где же рулевой?

— Здесь. Вы пока присядьте в это кресло, и я попрошу вас пристегнуться: на высокой скорости яхту ну очень сильно мотает, посему эти ремни и называются «ремнями безопасности». Вот, тут вот так ремень застегивается… я тоже пристегиваюсь — потому что совсем не хочу головой проверять прочность пола или стекол. А теперь поподробнее поясняю: рулевой именно здесь и находится, а вообще весь экипаж яхты здесь размешается. Сейчас кроме нас двоих на яхте больше и нет никого… из людей. — Я перешел на испанский и отдал команду железяке, голосовую: — Экономичным ходом у Гогланду под парусами и мотором, приоритет отдавать скорости линейного хода.

— Вы что… — начал было император, но замолк: железяка мне ответила. Своим обычным спокойно-равнодушным тоном:

— Ожидаемая линейная скорость пятьдесят два километра в час, ожидаемое время в пути три часа двадцать минут…

— Это кто? — испуганно дернулся Николай, нервно оглядываясь. — Вы же сказали, что на судне никого вообще нет… или вы баб за людей не считаете?

— Женщин я людьми считаю, но людей на яхте кроме нас двоих действительно нет. А управляет яхтой дева Мария, она же мне и ответила, когда я попросил ее яхту в желаемое место направить. Она сказала, что скорость в пути ожидается… Дева Мария, уточни скорость в узлах, — поинтересовался я у железяки. — Вот, она говорит, что скорость будет двадцать восемь узлов и плыть нам три часа с небольшим.