ичпи
Шрифт:
Клэр по-прежнему не отрывала взгляд от стола.
– Миссис Роулингс, я задал вопрос, выполняли ли вы вашу работу. Да или нет?
Клэр посмотрела окружному прокурору в глаза.
– Да, я делала то, что мне было сказано.
– И если мои записи верны, вы и мистер Энтони Роулингс поженились девять месяцев назад после того, как вы начали работать, верно?
– Да, мы уже это обсудили.
– Да, обсудили. Я просто пытаюсь понять. Учитывая долг в 215 тысяч долларов, проживание и одежду на срок в девять месяцев, я посчитал, что мистер Роулингс платил вам около 1000 долларов
Клэр уставилась на обвинителя. Джейн и Пол вскочили с места:
– Это неуместно!
Мистер Эвергрин принёс свои извинения и продолжил допрос. Он задал вопросы по поводу заявления Клэр о том, что она содержалась в неволе. Затем он показал её фотографии с Энтони, на которых они занималась разными совместными делами: ужины, фонды по сбору средств и вечеринки. Клэр подумала, что у него есть фотография практически каждого случая, когда она покидала дом, во время первых шести месяцев, проведённых в неволе.
– Вы не понимаете. Мне позволялось выходить из дома только…
– Миссис Роулингс, у вас еще будет возможность рассказать о ваших причинах преувеличения правды, когда вас будут допрашивать ваши адвокаты. Сейчас моё время. Я буду задавать вопросы.
Его тон был снисходительным. Он продолжил задавать вопросы о предполагаемом физическом насилии. Есть ли у неё какие-либо заключения врачей? Сообщала ли она о насилии? Говорила ли она мистеру Роулингсу о том, что ей не нравится?
Эти слова снова заставили Джейн и Пола вскочить со своих мест. Клэр почувствовала, что ей плохо. Голова раскалывалась, а сахар в крови упал до критической отметки. Она склонилась к Джейн:
– Не могли бы мы прерваться на обед?
Пока Пол ходил за бутербродами, Джейн и Клэр переговорили с глазу на глаз. Клэр уже передала им всю информацию. Она объяснила, каким образом Тони контролировал её: ей не позволялось жаловаться, она не могла покинуть свою комнату в течение долгого времени, и ей никогда не разрешалось выезжать из поместья без его разрешения, даже после того, как они поженились. Но мистер Эвергрин переиначил все так, что она выглядела, будто была проституткой. Он повернул все так, как будто она с самого начала была с Энтони из-за денег. Джейн заверила её, что вслед за обвинением у защиты будет возможность задать больше вопросов. Это будет их время объяснять суду присяжных, как всё было на самом деле. Даже Джейн озаботили фотографии, на которых Клэр и Энтони были запечатлены на публике. На них Клэр не выглядела женщиной, которую удерживают против её воли. У Джейн на ноутбуке имелись фотографии, отправленные мистером Эвергрином во время предварительного слушания. Она остановилась на снимке, где они вдвоём сидели в ресторане на Манхэттене. Клэр вспомнила тот вечер. Тони заключил большую финансовую сделку. Она помнила, как тем вечером ненавидела его, но человек на фотографии не излучал ненависти. Та Клэр с фотографии была идеальной спутницей, изысканно одетая, красивая, довольная и внимательная. Осознание того, что она слишком хорошо усвоила свои уроки, лишь добавило боли её раскалывающейся голове.
Более-менее утолив голод, они возобновили допрос.
– Миссис Роулингс,
– Да.
– Теперь не могли вы нам рассказать о том, кто позаботился о свадьбе? И была ли она прекрасна?
– Тони заплатил за свадьбу и нанял организаторов, которые занимались всем. Вы-то должны знать, вы же присутствовали на ней.
– Вы имеете хоть малейшее представление о том, во сколько обошлась ваша свадьба?
– Нет.
– Что ж, к вашему сведению, она обошлась в более чем 350 тысяч долларов. Только одно ваше платье стоило более 70 тысяч долларов.
Клэр, на самом деле, не имела об этом ни малейшего представления.
– И эти цифры не включают в себя затраты на кольца и медовый месяц. Миссис Роулингс, не могли бы вы рассказать нам, куда вы ездили в ваш медовый месяц.
– Мы улетели на Фиджи, на частный остров.
– Стоимость такого медового месяца, миссис Роулингс, - вам известна его стоимость?
– Нет. Это никогда не обсуждалось со мной. Мне плевать на деньги!
Клэр внезапно почувствовала себя уставшей.
– Когда вас задержали, вы были за рулём очень дорогой машины, оформленной на вас, и на вас было множество ювелирных изделий из драгоценных металлов и дорогая одежда. Вы по-прежнему заявляете, что вам плевать на деньги?
– Я была за рулём той машины, потому что нашла от неё ключи. Одежда и ювелирные украшения были на мне, потому что всё это заставил меня надеть Тони. В то утро я даже не выбирала себе одежду.
Мистер Эвергрин снова подошёл к своему ноутбуку.
– Опять же возвращаясь к вашей свадьбе. Знали ли вы, что между вами и мистером Роулингсом не заключено брачного договора?
– Да. Он сказал, что нам он не нужен. Если я когда-то попытаюсь от него уйти, будут неприятные последствия.
– Миссис Роулингс, я задаю вопросы. Вы знали о том, что его юридический советник настаивал, чтобы он заключил брачный договор?
– Да, он сказал мне, что решение было принято им единолично.
– Вы осознавали или осознаете сейчас, что без брачного договора, если вы с мистером Роулингсом соберётесь разводиться, вы можете претендовать на половину его состояния?
– Я и мысли такой не допускала.
– И полагаю, не допускали ни единой мысли о том, что со смертью мистера Роулингса вы можете получить всё его состояние в единоличном порядке?
– Честно говоря, нет.
Затем он показал Клэр фотографию многоквартирного дома в Атланте.
– Вы узнаёте это здание?
– Да.
– Я и предполагал, что узнаете. Это квартира, в которой вы проживали до того, как вы переехали в дом мистера Роулингса. Насколько большой была ваша квартира?
Клэр не вспоминала о своей квартире почти два года.
– У меня была однокомнатная квартира с кухней-столовой.
– А теперь, миссис Роулингс, вы узнаёте данную резиденцию?
Он показывал ей фотографию особняка, сделанную с высоты. На ней были запечатлены просторные крылья дома, бассейн, подъездная дорога, различные патио, и все это окружали огромные просторы земли.