Чтение онлайн

Тил растерялся, снял шляпу и стал ее рассматривать. На внутренней ленте стояли инициалы "К.Т.". Шляпа принадлежала ему самому.

Лицо Тила отразило смутную догадку: до него как будто стал медленно доходить смысл происходящего.

Он подошел к окну, посмотрел на анфиладу комнат, по которым гнался за таинственным незнакомцем, и начал размахивать руками, будто регулируя уличное движение.

– Что ты делаешь?
– спросил Бейли.

– Посмотри-ка сюда.

Оба Бейли подошли и стали смотреть в ту сторону, куда напряженно вглядывался Тил. Через четыре комнаты они увидели стоявших к ним спиной три человеческие фигуры - две мужские и одну женскую. Тот, что

был повыше и похудее, нелепо размахивал руками.

Миссис Бейли вскрикнула и снова упала в обморок.

Через несколько минут, когда она очнулась и немного успокоилась, Бейли и Тил стали оценивать ситуацию.

– Тил, - сказал Бейли, - я не стану терять времени на то, чтобы упрекать тебя в случившемся. Обвинения бесполезны. Я уверен - ты сделал это не по злому умыслу, но ты ведь понимаешь, в каком положении мы оказались? Как отсюда выбраться? Похоже, что нам придется сидеть тут, пока с голоду не умрем: все комнаты ведут друг в друга, выхода наружу нет.

– Не преувеличивай, пожалуйста. Дела не так уж плохи. Ведь мне все же удалось выбраться из дому.

– Да, но ты не смог повторить это, несмотря на свои старания.

– Это правда, но были использованы не все комнаты - остался еще кабинет. Разве что оттуда попробовать?

– И верно. В начале осмотра мы его просто прошли, не стали там останавливаться. Думаешь, удастся выбраться через окно этого кабинета?

– Кто его знает. Особенно не стоит надеяться. С математических позиций, его окна должны были бы выходить в четыре эти комнаты, но это надо еще проверить - ведь шторы мы не открывали.

– Можно попробовать, хуже не будет. Дорогая, мне кажется, тебе лучше будет посидеть отдохнуть здесь...

– Оставаться одной в этом жутком месте? Ну нет!
– Говоря это, миссис Бейли немедленно поднялась с кушетки, на которой она приходила в себя.

Они все вместе отправились наверх.

– Ведь кабинет - это внутренняя комната, да, Тил?
– спросил мистер Бейли по дороге. (Они прошли спальню и начали взбираться наверх, в кабинет).
– Помнится, на твоей модели это был маленький куб, помещенный внутри большого куба, - он был окружен со всех сторон пространством большого куба, верно?

– Точно, - подтвердил архитектор.
– А теперь посмотрим, так ли это. По моим расчетам, это окно должно выходить в кухню.
– Он поймал шнур от жалюзи и потянул вниз. Окно выходило не в кухню. Охвативший их приступ головокружения был так силен, что они бессознательно упали на пол, беспомощно цепляясь за ковер, чтобы удержаться на месте.

– Закрой, скорее закрой!
– простонал Бейли.

Преодолевая животный атавистический страх, Тил подполз к окну и сумел опустить штору. Окно выходило не наружу, а вниз - с головокружительной высоты. Миссис Бейли снова потеряла сознание. Тил снова сбегал за коньяком, а Бейли в это время растирал ей запястья. Когда она очнулась, Тил осторожно подошел к окну и поднял жалюзи, так что образовалась маленькая щелка. Опустившись на колени, он стал изучать открывшийся перед ним пейзаж. Затем, повернувшись к Бейли, предложил:

– Поди сюда, Гомер, взгляни на это. Интересно, узнаешь ли ты, что перед нами.

– Гомер Бейли, вы туда не пойдете!

– Не волнуйся, Матильда, я осторожно.
– Бейли стал рядом с Тилом и тоже начал смотреть в щель.

– Вон, видишь? Небоскреб Крайслер билдинг, абсолютно точно. А вон Ист-Ривер и Бруклин.

Они смотрели вниз на отвесный фасад огромного небоскреба. Где-то в тысяче футов от них, внизу, простирался игрушечный город - совсем как настоящий.

– Насколько я могу судить отсюда, мы смотрим на боковой фасад Эмпайр стейт билдинг

с точки, находящейся над его башней.

– Что это может быть? Мираж?

– Не думаю - уж слишком он точен. По-моему, пространство сложилось через четвертое измерение, и мы смотрим по другую сторону складки.

– Ты хочешь сказать, что в действительности мы этого не видим?

– Да нет, мы все видим как надо. Не знаю, что было бы, если бы мы вздумали вылезти через это окно, но а, например, не хочу пробовать. Зато вид! Сила! Давай и другие окна откроем!

К следующему окну они подбирались более осторожно - и правильно сделали, ибо то, что открылось перед ними, было еще более невероятным для восприятия, еще более тяжко действовало на рассудок, чем та захватывающая дух высота, от которой они едва не потеряли самообладания. Теперь перед ними был обычный морской пейзаж - безбрежное море, голубое небо, - только море находилось на месте неба, а небо - на месте моря. И хотя на этот раз они были немного подготовлены к неожиданностям, оба очень скоро почувствовали, что вид катящихся над головой волн вот-вот вызовет приступ морской болезни; они поспешили опустить жалюзи, не дав миссис Бейли возможности быть потревоженной этим зрелищем.

Тил посмотрел на третье окно.

– Ну что, Гомер, сюда заглянуть хочешь?

– М-мм... Жалеть ведь будем, если не сделаем этого. Давай.

Тил поднял жалюзи на несколько дюймов. Не увидел ничего и подтянул шнурок - снова ничего. Он медленно стал поднимать штору, полностью оголив окно. Оно глядело в пустоту. Пустота, абсолютная пустота. Какого цвета пустота? Глупый вопрос! Какую она имеет форму? Форму? Но форма является принадлежностью чего-то. А эта пустота не имела ни глубины, ни формы. Она не имела даже черноты. Она была ничто.

Бейли пожевал сигару.

– Ну, Тил, что ты на это скажешь?

Непрошибаемое спокойствие Тила на этот раз поколебалось.

– Не знаю, Гомер, просто не знаю. Но окно лучше зашторить.

Какое-то время он молча глядел на спущенные жалюзи.

– Я думаю, может быть, мы смотрели на место, где пространства не существует. Мы заглянули за четырехмерный угол, а там ничего не было.
– Он потер глаза.
– Голова болит.

Они немного помедлили, прежде чем приступить к четвертому окну. Ведь в нераспечатанном письме не обязательно дурные новости. Так и здесь. Сомнение давало надежду. Томительная неопределенность становилась слишком тягостной, и Бейли не выдержал, сам потянул шнуры, несмотря на отчаянные протесты миссис Бейли. Ничего страшного, по крайней мере на первый взгляд. Простирающийся перед ними пейзаж находился на уровне нижнего этажа, где, казалось, теперь был и кабинет. Но от него явственно веяло враждебностью. С лимонно-желтого неба нещадно било горячее, жаркое солнце. Плоская местность выгорела до стерильно-блеклого безжизненного коричневого цвета, на котором невозможно представить существование чего-то живого. И, однако, жизнь здесь была - странные чахлые деревья поднимали к небу свои узловатые, искореженные руки. На наружных оконечностях этих бесформенных растений торчали пучки утыканных колючками листьев.

– Боже праведный, - выдохнул Бейли, - где мы очутились?

Тил покачал головой, глаза его выдавали беспокойство.

– Я и сам ничего не понимаю.

– На земной пейзаж непохоже. Может быть, мы на другой планете возможно, на Марсе.

– Трудно сказать. Но знаешь, Гомер, это может быть даже хуже, чем ты предполагаешь, я хочу сказать - хуже, чем на другой планете.

– То есть? Говори же.

– Может быть, это совершенно вне нашей вселенной. Я не уверен, что это наше солнце. Чересчур яркое.