Чтение онлайн

Джефферсон Дэвис тяжело вздохнул, - Англичане тоже отнеслись к нам с симпатией, но дальше этого дело не пошло.

Майор Семмс отрицательно покачал головой, - Господин президент, русские - это совсем другие люди. Отец сказал, что если они что-либо обещают, то на их слово можно положиться. А адмирал Ларионов прямо сказал моему отцу, что, при достижении определенных договоренностей, кроме симпатии, возможна и более существенная помощь.

Президент Дэвис с сомнением ответил, - Но что может далекая Югороссия противопоставить тирании САСШ, с их современным флотом и армией?

Майор Семмс улыбнулся, -

Когда на два русских корабля, один из которых был югороссийский, напала английская эскадра из семи кораблей, все британские броненосцы были потоплены за несколько минут, а русские корабли понесли минимальные потери. А незадолго до этого они буквально за один день уничтожили турецкие укрепления в Проливах и захватили Константинополь.

– Хорошо, - решительно сказал Джефферсон Дэвис, - Думаю, что мне нужно поговорить с адмиралом Ларионовым. Но когда адмирал хотел бы с нами встретиться?

Семмс младший кивнул, - Адмирал надеется на встречу в начале августа, господин президент.

– Но как мы можем успеть на эту встречу?
– удивился Дэвис, - Тем более, что вам еще нужно съездить за Форрестом.

– Господин президент, 4 июля я еще был во Франции.
– с улыбкой сказал Джон Оливер Семмс, - а сегодня я уже здесь, у вас. Обратите внимание, моя рука все время лежит на Библии. Меня доставила сюда русская субмарина. И она будет нас ждать в маленькой бухточке рядом с Билокси с 13 по 27 июля. Чтобы попасть на нее, вам надо будет всего лишь пройти вон за те холмы.

Джефферсон Дэвис оживился, - Майор, вы сказали, субмарина? Вроде нашей "Ханли"?

Семмс вскинул голову, - Сэр, сравнивать русскую субмарину с "Ханли" - это все равно, что сравнивать винтовку Спрингфилда с луком и стрелами с кремневыми наконечниками. Русский корабль делает тридцать узлов под водой, и имеет практически неограниченный запас хода; мы ни разу нигде не бункеровались, а капитан Верещагин сказал мне, что топлива неизвестного нам типа на борту достаточно на весь срок службы корабля.

– Хорошо, майор, - неуверенно кивнул президент Дэвис, - И куда мы направимся на этой субмарине?

– Господин президент, субмарина доставит нас в Константинополь, прямо к адмиралу Ларионову. А если мы вдруг не уложимся в сроки, и подводный корабль уйдет без нас, то смею вам напомнить слова моего отца про то, что я располагаю более чем достаточными денежными средствами для всех возможных затрат на путешествие Константинополь. В Югороссии же мы будем желанными гостями мистера Ларионова.

Джефферсон Девис нервно побарабанил пальцами по столу, - Значит так, майор. Теперь вы сможете за полтора дня добраться до Мемфиса, где живет Форрест. Два-три дня вам придется провести в Мемфисе. Обратная дорога займет еще полтора дня.Я думаю, мы уложимся в тот срок, который дали вам ваши друзья.

Неожиданно майор Семмс спросил, - И еще один вопрос, господин президент. Не считаете ли вы нужным взять в делегацию кого-нибудь еще?

Дэвис задумался, - Вообще-то я пригласил бы еще Кастиса Ли, старшего сына покойного Роберта. Но, знаете, может, лучше не надо. Во-первых, ехать далеко, во-вторых, он работает ректором Университета Вашингтона и Ли. И даже если он с нами поедет, то появится пища для пересудов - куда это он уехал, и почему это его нет на месте.

Да и чем больше народу знает о нашей поездке, тем труднее будет держать ее в тайне.

Президент Дэвис позвонил в колокольчик, - Ладно, майор, я договорюсь с миссис Дорси, и завтра с утра вас отвезут на вокзал. Поедете до Нового Орлеана, оттуда на поезде - прямо в Мемфис. Вы сможете за полтора-два дня добраться до Мемфиса, где живет Форрест. Какое-то время ему понадобится на сборы, потом обратная дорога. Думаю, шести-семи дней вам хватит на все. До прибытия русской субмарины у нас будет еще неделя. А вы не хотите съездить к семье в Мобиль?

Джон Одивер Семмс тяжело вздохнул, - Хотелось бы, господин президент, да только лучше, чтобы никто не знал, что я здесь. Ведь официально я еще в Константинополе. Думаю, что, как вы сказали, наши планы лучше держать в тайне. А жаль, так хотелось бы увидеть жену и малышек - маленькую Электру и Оливера-младшего... Но, когда на кону интересы Родины, мы себе не принадлежим.

– Да, к сожалению, вы правы, - завершил разговор президент Дэвис.
– Тогда у нас будет время после вашего возвращения, чтобы обсудить, что именно мы хотим, и как этого можно будет добиться. А то и на русской субмарине, и в Константинопольских дворцах у стен будут уши. А сейчас идите - отдыхайте, в ближайшее время силы вам понадобятся.

Я сидел на скамейке, наслаждаясь прелестями раннего утра. Ночью я прилетел из под Шипки, где третий сводный кавалерийский корпус рубился на перевале с турецким арьергардом. Двенадцатитысячный корпус турок, успевший по горным дорогам подойти из Адрианополя, заняв перевал, вышел на равнину. По данным нашей авиаразведки, там в лагере три-четыре тысячи турок, остальные укрепляют сам Шипкинский перевал.

Накал боев не уступает тому, что был в тех краях в нашей истории. С обоих сторон большие потери убитыми и ранеными. Только вот у русских раненых шанс выжить гораздо больше, чем у турецких. Тяжелораненых, которых местная медицина либо угробит, либо сделает калеками, по воздуху перебрасывают к нам в Константинополь. Этим заняты все Ка-29 и Ка-27ПС, имеющиеся в нашем распоряжении. Машины, кажется, насквозь пропитаны запахом йода и карболки. С одним из таких санитарных рейсов прибыл в Константинополь и я.

Несмотря на нашу помощь, дела под Шипкой далеко не блестящи. Прилетающие с "Кузнецова" ударные "вертушки" в несколько налетов уничтожили всю турецкую артиллерию, а вот дальше дело застопорилось. Турецкая пехота зарылась в землю, их командиры сообщили аскерам, что русские не пощадят никого, что все турки в Стамбуле забиты камнями и похоронены, завернутые в свиные шкуры.

По показаниям немногочисленных пленных в этом турецком корпусе много британских и французских инструкторов. Противник быстро учится, и турки больше не лезут под авиаудары густыми походными колоннами. И лагеря свои теперь рассредотачивают, так что одним налетом всех их и не накрыть. "Жирное время", похоже, ушло. Теперь приходится охотится чуть ли не за каждым турком.