И она уступила...
Шрифт:
– Шашлык замечательный, – наконец ответила Лилиан. – Просто я вдруг подумала, что эти вкусные кусочки когда-то принадлежали ни в чем не повинной корове.
Фрэнк засмеялся.
– Продолжайте вашу интересную мысль, – поощрил он собеседницу.
– Чем же она вас заинтересовала? – рассеянно спросила она и интригующе, как ей показалось, взглянула на него из-под пушистых, удлиненных тушью ресниц.
Он был раздосадован ее готовностью начать флирт. Фрэнку казалось, что она поведет себя застенчиво и наивно. Но он
– Чтобы ответить на ваш вопрос, мне придется немного подумать.
– Ну что же, это хороший повод для меня еще немного задержаться в Айдахо, мистер Джонсон, – Лилиан нарочито тяжело вздохнула. – Кстати, надеюсь, что у вас нет жены и шестерых детей? Мне не хотелось бы отрывать вас столь пустыми разговорами от исполнения долга отца семейства.
В его глазах мелькнула усмешка:
– Нет, можете быть спокойны. Я не женат.
Лилиан пожала плечами, не зная, как продолжить разговор, начатый в таком странном тоне.
Фрэнк в задумчивости покусал губы, потом взял свою тарелку и направился к Лилиан, обходя стол. Сердце у нее оборвалось, когда он уверенно уселся так непозволительно близко к ней. Он него шел свежий запах одеколона и мыла.
– Вряд ли вы пришли сюда в одиночестве, – предположил Фрэнк, пристально наблюдая за смутившейся девушкой. – Мне надо как следует заправиться, чтобы быть в состоянии в случае необходимости справиться с сопротивлением вашего эскорта.
– Вам повезло, у меня его нет, – заверила его Лилиан, поддерживая немудрящую шутку. – Я пришла с Милли.
– Это сбережет мои кулаки. – Он продолжал наступательный флирт и оправдывал себя тем, что она явно поощряла его. – Вы давно знакомы с Милли? – поинтересовался Фрэнк безразлично-светским тоном.
– Да, очень давно. Мы дружили еще будучи девчонками, когда жили в Небраске.
Фрэнк задал свой вопрос, потому что Милли ни разу в его присутствии не упоминала об этой подруге. Правда, с другой стороны, он не слишком долго общался с этой блондинкой, которая очень быстро стала официальной невестой Лайона.
– Там в баре вы заметили, что не пробудете здесь дольше пары недель. А как давно вы сюда приехали?
Лилиан слабо улыбнулась:
– Совсем недавно, несколько дней назад. – Не могла же она выложить незнакомому человеку, что срок ее пребывания здесь зависит от того, удастся ли ей сохранить в тайне от здешних обывателей, кто она на самом деле и откуда прибыла. Пока она удачно избегала внимания местной прессы.
– Вам уже удалось осмотреть здешние достопримечательности? – Невинность этого вопроса не соответствовала наглой откровенности, с которой его глаза скользили по обнаженным плечам девушки.
– Пока нет. Но мне и без того хорошо здесь. Иногда очень приятно отключиться от
Слова Лилиан прозвучали как-то странно, как будто она вкладывала в них другой, потаенный смысл. Один светло-зеленый глаз прищурился еще больше. Фрэнк скользнул по лицу собеседницы более внимательным взглядом, который затем задержался на низком вырезе платья.
– Позвольте поинтересоваться, чем вы вообще занимаетесь в то время, когда не гостите у старых друзей? – спросил он.
– Я – вампир, – сообщила Лилиан, внутренне обрадованная его заинтересованностью.
Ей показалось, что она актриса, исполняющая далекую от ее истинной сущности роль, и, судя по поведению зрителей, достаточно убедительно. Это помогало ей отключиться от мыслей об ужасах, пережитых в последние месяцы.
– Нет, я на это не куплюсь, – покачал головой Фрэнк. – Шуткой вам не отделаться. Чем вы занимаетесь на самом деле? – Он постукивал пальцами по стоящей на столе кружке.
Лилиан поднесла к губам свою кружку. Это позволяло выиграть несколько секунд.
– Я участвую в организации спасательных работ, – призналась она наконец.
Фрэнк внимательно посмотрел на нее. Она усмехнулась:
– Нет, нет. Речь не идет об искореженных машинах, обломках кораблей или самолетов. Я занимаюсь программами спасения людей. Я… – Лилиан запнулась в поисках необходимых слов, которые не прозвучали бы ложью.
– Что – вы? – агрессивно спросил Фрэнк.
Он слишком рьяно пытался выяснить ее подноготную, и это ей не нравилось. Надо было избавиться от этого допроса, пока он не дошел до той черты, за которой она невольно может выдать опасную правду. Лилиан подняла брови:
– Скажите, вы не были в прошлой жизни каким-нибудь испанским инквизитором?
– Нет, я даже не говорю по-испански, – то ли не поняв ее сарказма, то ли игнорируя его, ответил Фрэнк вполне серьезно.
На его губах наконец появилась улыбка, было ясно, что девушка интересна ему.
– Скажите хотя бы, сколько вам лет?
– Сэр, вы переходите границы приличий, – укоризненно покачала головой Лилиан.
Его глаза передвинулись вниз, на уровень ее нежных губ.
– Это что, приказ замолчать? – промурлыкал Фрэнк.
В его низком голосе было столько сексуальности, что рука девушки задрожала и она поспешила поставить на стол кружку.
– Просто вы слишком торопитесь, – пробормотала она.
Фрэнк смотрел на девушку, сощурив глаза. Она была сплошной загадкой, сосредоточением каких-то противоречий. Но, несмотря на это, мужчина чувствовал, что ее отношение к нему в корне отличается от отношения других женщин, встреченных им в последние годы.
– Хорошо, леди, – проговорил Фрэнк после минутного колебания и улыбнулся: – Я нажму на тормоза. – Он наколол на вилку кусочек шашлыка, и, проглотив, запил его легким подобием пива.