И летели наземь самураи...
Шрифт:
Вдруг он нащупал рукой твердую и горячую поверхность дверцы отсека. Он дернул ее и почувствовал, как от резкого движения у него прорвались волдыри. Во время аварии все инструменты рассыпались, и падающая лопата чуть не ударила его по голове, но он успел вовремя схватить ее за ручку.
Терпеть больше не было сил. У него закружилась голова. Слабость окутывала его, как одеяло окутывает спящего ребенка. Проще всего было бы поддаться этому чувству.
Спотыкаясь, Тейлор выбрался наружу, встал на колени в снег, ощутив
Вдали он с трудом различал фигуру Мерри, тащившего на плечах человека.
Тейлор заставил себя встать. Качаясь, он обошел разбитый вертолет, прижимая к себе лопату. К счастью, огонь распространялся очень медленно, благодаря огнеустойчивому материалу, из которого был сделан "М-100".
Сержант стоял спиной к Тейлору и держал наготове автомат. Когда Тейлор подошел к нему, сержант отскочил назад, как будто увидел огромную змею, потом согнулся, все еще крепко держа свой автомат, и рухнул в снег, сразу же обагрившийся кровью.
Он был мертв. Он лежал с открытыми глазами и открытым ртом, а сверху на него продожал падать снег. Враг выпустил по разбитому вертолету еще одну очередь.
Все еще ощущая головокружение, Тейлор вырвал автомат из рук сержанта и выстрелил в белую мглу. Но курок только щелкнул, магазин был пуст.
Тейлор перевернул тело сержанта, обыскал карманы, стараясь найти запасную обойму. Но сержант снял для удобства портупею и поэтому вылез из самолета без боевого комплекта. И сейчас при нем не было патронов.
Тейлор отбросил автомат и вынул пистолет из наплечной кобуры. Он никого не увидел, но тем не менее дважды выстрелил. Затем он сунул пистолет обратно в кобуру и поднял лопату. Скользя по снегу и грязи, он разбежался и ударил изо всех сил по остекленению кабины.
Лопата отскочила от бронированного лобового стекла.
Он бил по стеклу опять и опять. Затем вонзил острие лопаты как можно сильнее в синтетический материал.
Все было бесполезно. Стекло нельзя было пробить даже пулеметным огнем, поэтому его попытки были смехотворны.
Но отступать было нельзя.
Один снаряд попал в нос вертолета, совсем близко от головы Тейлора. Он быстро опустился на колени, отбросил лопату и опять вынул пистолет. "Какого черта, — думал он, — если ему суждено умереть здесь, то так тому и быть. Но этим сукиным детям он так просто не сдастся".
Выстрелы раздались прямо за его спиной. Но его тренированное ухо старого вояки распознало выстрелы из американского оружия — знакомые резкие свистящие звуки. Затем он увидел Мередита, который с автоматом в руках шел вдоль вертолета.
Молодой офицер подошел к Тейлору. Он тяжело дышал.
— Пойдемте, сэр, — взмолился он. — Нам надо отсюда выбраться.
—
— Ради Бога, сэр. Он мертв. Он наверняка уже задохнулся. Это чертово лобовое стекло все закоптело.
— Да, дыму там много. Но лучше уж дым, чем огонь. В каком-то смысле дым сейчас мож но было даже приветствовать.
Вдруг по обшивке вертолета простучала очередь, как будто пианист-виртуоз прошелся по клавишам.
— Давайте, черт возьми, выбираться отсюда, — сказал Мередит.
"Да, — решил Тейлор, — Мередит прав. Торчать тут больше не имеет смысла. Это уже пустой красивый жест, а значение имеют только результаты".
Они будут его ждать. Он знал, что Кребс никогда не поднимется в воздух без него. Даже если бы это означало смерть всех, кто находился на борту вертолета. А ему не хотелось быть виновным в новых ненужных жертвах.
Но что-то внутри него еще не позволяло ему покинуть это место.
Мередит дважды выстрелил в белое марево, затем, подождав, выстрелил еще раз.
— Эй, вы, сукины дети, — выкрикнул он. Мередит, у которого дома была жена, а впереди — блестящее будущее…
— Хорошо, — сказал вдруг Тейлор с внезапной решимостью. Он протянул руку и сорвал с формы мертвого сержанта личный знак. — Давай дадим по ним еще пару очередей и побежим со всех ног.
— Будет сделано, — ответил Мередит.
Они оба чуть приподнялись и выстрелили в снежный шторм, хотя стрелять сейчас из автомата и пистолета было все равно что бороться голыми руками с самым современным оружием.
— Бежим, — скомандовал Тейлор.
Они побежали по снегу, растаявшему вокруг пышащего жаром вертолета. К тому времени, когда они обегали заднюю часть "М-100", Мередит был далеко впереди. Он обернулся и выстрелил из автомата, прикрывая Тейлора.
— Черт подери, да беги же! — закричал Тейлор.
Они бежали прямо к темным очертаниям командного вертолета. Огромные винты рассекали небо, демонстрируя готовность ко взлету. Шум двигателя обещал спасение.
Кребс увидел их. Он увеличил обороты вертикальных винтов, и скоро шум стал настолько громким, что Тейлор уже не слышал выстрелов, несущихся им вслед. "М-100" начал поднимать нос, как испуганная лошадь, но Кребс привел его в равновесие.
Тейлор бежал как можно быстрее. "Я не хочу, чтобы меня убили выстрелом в спину, — думал он. — Только не выстрелом в спину".
"М-100" становился все больше и больше, и скоро Тейлор ничего не видел, кроме него.
Он чувствовал боль в легких.
— Быстрее! — крикнул ему Мередит.
Да, ему очень не хотелось оставлять тела убитых. И без того его вина была очень велика. Ее хватит даже на очень долгую жизнь.
"Только не в спину", — молил он, когда бежал последние несколько метров.