Чтение онлайн

– Как поживает твоя милая женушка?

– Прекрасно, – ответил полицейский.

– Тебе по-прежнему нравятся ее подгоревшие бифштексы? – Экс-губернатор склонился над жарким костром, языки огня опасно плясали у завитков бороды.

– Что у нас сегодня в меню? – Джим Тайл задал совершенно необходимый вопрос, поскольку гастрономические пристрастия Клинтона были крайне разнородны.

– Превосходное филе ламы!

– Ну да, ламы, – задумчиво произнес полицейский. – Стоило ли спрашивать?

– В город приехал цирк. Ей-богу, в Наранжу, там настоящий карнавал.

– Так-так.

– Не

то, что ты думаешь. Бедняга свалилась с пандуса грузовика и сломала передние ноги. У девчушки-хозяйки не хватило духу самой прикончить животное.

– Представляю.

– Ну, я оказал услугу. К тому же, ты знаешь, я терпеть не могу, когда пропадает мясо.

– Да как ты в цирке-то оказался? – спросил Джим Тайл.

Сцинк заулыбался – та самая обаятельная улыбка любимца публики, что помогла ему выиграть выборы.

– Любовь, лейтенант. Недолгая, но, тем не менее, весьма приятная.

– Это она тебе бороду обработала?

– Так точно, сэр. Нравится? – Сцинк погладил пышные седые косы. – Клювы предложил я. Недавно добыл.

– Я заметил.

– С птицами была небольшая стычка. Проявили нездоровый интерес к моей ламе.

– Ты ведь знаешь, что канюки под охраной закона, – покачал головой Тайл.

– Не очень-то он их охраняет, как я погляжу. – Сцинк бросил куски мяса на сковородку и отпрянул от жирных брызг. Краем килта протер стеклянный глаз. – Ты здесь из-за японцев, да?

– Нет, – ответил полицейский. – Но интересуюсь.

– Знаешь, на кого они работают? На «МацибуКом», этих жадных недоносков, которые сводят леса и поганят реки. А япошки – крепкие засранцы, все как один, даже бабы. Стеклопластиковые байдарки не такие уж легкие, Джим. Они тащили их на плечах две мили по весьма густым зарослям.

– Что именно ты с ними сделал, губернатор?

– Ничего. Мы болтали, гуляли, катались. Побаловались котлетками из ламы. Я показал им несколько достопримечательностей: молодого лысого орла, выводок бабочек, детенышей крокодила. – Сцинк пожал плечами. – Полагаю, расширил их кругозор.

– Они были не очень-то разговорчивы, когда вернулись.

– Я так и думал, поскольку объяснил им, как сильно ценю свое уединение. Знаешь, из освежающего у нас только старая добрая аш-два-о. Сгодится?

– Превосходно, – ответил Джим Тайл. Он уже давно не видел приятеля таким разговорчивым. – Приятно видеть тебя в цивилизованном настроении.

– Отголоски моего романа, – грустно сказал Сцинк. – «Женщина-змея» – ее цирковое амплуа. Говорила, может прогнуться в местах, каких у других женщин вообще нет. Смешила меня. Знаешь, это мне было нужнее, чем… все остальное. А значит, я либо действительно старею, либо шибко умнею. Бренда тебя смешит?

– Постоянно.

– Невероятно. Хватит болтать, давай поедим.

Умело приготовленная лама была отменного вкуса. После обеда Сцинк подхватил автомат и бодрым шагом повел полицейского по извилистой тропинке мимо заброшенного ринга для петушиных боев к месту своего нового становища. Он устроил его в тени кроны старого мангрового дерева, где кружили насекомые. Здесь слышался шум океана. Полога не было, но зато стоял настоящий гоночный болид

«додж» под номером 77. Золотисто-голубой, от бампера до бампера покрытый цветастыми рекламными наклейками: «Масляный фильтр «Пьюролейтор», «Стартер «Делко», «Летние шины «Файрстоун», «Автошампунь «Рейн-Х», «Свечи «Автолит», «Аудиосистема «Боуз», «Компьютерная компания «Белл-Саут», «Система ресторанов «Аутбэк Стик Хаус», «Мочегонное «Судафед» и всякими другими. Джим Тайл уставился на машину, а губернатор сказал:

– Она с этого непотребного гоночного трека в Хомстеде, на который истратили пятьдесят миллионов долларов налогоплательщиков.

– Ты ее угнал!

– Точно.

– Потому что…

– Ужасно шумела. Ее везде было слышно. У меня начиналась страшная мигрень, а ты знаешь, как я ею мучаюсь.

Ошарашенный полицейский обошел вокруг элитной машины.

– Это только кузов, – сказал Сцинк. – Без двигателя и начинки.

– Как же тебе удалось?

– Она стояла на тягаче. Команда после гонок наклюкалась и припарковалась за Мьютиниром. Полагаю, они победили, потому что повесили на антенну клетчатый флаг, благослови господь простаков. – Сцинк полюбовался килтом. – Зато теперь я сплю в машине.

Джим Тайл предпочел бы не знать об угоне.

– А где тягач? – встревоженно спросил он.

– Дальше по берегу, у заброшенного причала. Я там храню свои книги, кроме Грэма Грина. Он всегда со мной. – Сцинк забрался на сверкающий капот «доджа» и поиграл клювами в бороде. – Ну, выкладывай свою плохую новость, Джим.

Полицейский в упор посмотрел на губернатора.

– Они хотят, чтобы ты выследил одного человека. Неуправляемого парня, он скрывается в окрестностях. Похоже, он напоминает им молодого Клинтона Тайри.

– Они – это…

– Наш действующий губернатор, досточтимый Дик Артемус.

– Никогда о таком не слышал, – фыркнул Сцинк.

– А он о тебе знает и хочет как-нибудь встретиться. – В ответ прозвучал смешок, но Тайл продолжил: – Парень, которого тебе нужно найти, пытается остановить строительство моста.

– Наверное, у парня есть имя?

– Его никто не знает.

– Где хотят строить мост?

– В Заливе есть такой Жабий остров. Парень выкрал собаку у важной шишки – дружка губернатора. И теперь тот получает пса частями. «Федерал Экспрессом».

– «ФедЭксом»? – поднял брови Сцинк. – Это может обойтись в кругленькую сумму. Смотря какая собака.

– Сказали, лабрадор. – Джим Тайл дотянулся до фляги и сделал большой глоток. – Дело в том, что губернатору Артемусу кровь из носу нужно, чтобы мост был построен…

– Мне-то что…

– …и он хочет, чтобы ты выследил и задержал этого смутьяна при первой же возможности. Пожалуйста, не смотри на меня так.

– Я не наемный охотник, – сказал Сцинк.

– Знаю.

– Больше того, Дик Артемус мне нужен, как слону геморрой. Клал я с прибором и на него, и на мост. Вот только жалко, что псину уродуют. Так что, мой большой черный друг, – Сцинк спрыгнул с капота гоночной машины, – можешь возвращаться в Таллахасси и передать от меня губернатору, чтобы засунул в задницу свои пожелания. Неоднократно и без смазки.