Чтение онлайн

Серега с Петровичем весело переглянулись, типа, столичные фраеры совсем фишку не рубят.

– На выход без вещей, - скомандовал Петрович.

Они обошли магазин и постучали в заднюю дверь - им открыла дородная женщина в синем фартуке, из головы которой бумажным мусором торчали газетные папильотки.

– Чего в такую рань приперлись?
– недовольно пробурчала она.

– Татьяна, нужен ящик водки, - доверительно положил ей руку на плечо Петрович.

– А цистерна вам не нужна?!
– рассвирипела Татьяна и, передернув плечами, сбросила с себя нахальную пятерню.

– Во, сиськами размахалась!
–

– Погоди, не горячись, - осадил его Серега.
– Мадам, разрешите Вас на пару слов...

Он осторожно взял продавщицу под локоть и нашептал ей что-то на ухо. Та отстранилась, недоверчиво глянула на него и опять подставила ухо. И тут произошло неожиданное - Серега вцепился зубами в мочку татьяниного уха и прорычал сквозь зубы:

– Живее, козлы!

Петрович, сразу смекнув, что к чему, кинулся в подсобку и тут же вылетел оттуда с ящиком водки.

– Кинь ей две сотни, чтоб не плакала, - крикнул он Валюхе, пробегая мимо покрасневшей от злобы Татьяны, крепко зажатой в объятиях Сереги.
– Потом рассчитаемся.

Валюха, недовольно крякнув, засунул за пазуху продавщицы две новенькие радужные бумажки, и вместе с Владом побежал за Петровичем к машине. Петрович загрузил водку в багажник, захлопнул за Владом с Валюхой двери, завел мотор, подрулил к самой двери черного хода и посигналил - все это за одну минуту. Через пару секунд раздался грохот - Серега плашмя прыгнул на передний капот и, схватившись за "дворники", заорал, бешено выкатывая глазные белки:

– Гони!

Петрович, переусердствовав, так резко рванул с места, что Серега вклеился мордой в лобовое стекло - нос его расплющился и свернулся набок, а глазное веко вывернулось и прилипло к стеклу...

– Ну и рожа у тебя, Шарапов!
– заржал Петрович.

Влад, покатываясь от хохота, обернулся назад: в клубах пыли за ними бежала с матюгами расхристанная Татьяна - только папильотки разлетались по ветру карнавальным конфетти. Но куда там бедной женщине тягаться с лошадиными силами!

Отъехав на безопасное расстояние, Петрович затормозил на обочине у горного ручья. Когда все вышли из машины, Серега продолжал лежать на капоте, будто и не собирался с него вставать.

– Понравилось, что ли?
– удивился Петрович.

– Тебе бы так!
– зло заорал Серега.
– Яйца, знаешь, как напекло! Не капот, а сковородка!

– На закуску будет яичница, - рассмеялся Валюха.

– А чего ты не слезаешь-то?
– спросил Влад.

– Да руки занемели, - пожаловался Серега.
– Не могу расцепить. Помогите, что ли...

Пальцы у Сереги оказались сильными и цепкими: ни Петрович, ни Валюха, ни Влад не смогли их разжать.

– Чего делать будем?
– почесал затылок Петрович.

– Эврика!
– обрадованно завопил Валюха.
– Надо его пощекотать.

– Вы чего, дураки, что ли?
– взмолился Серега.

– Точно, - одобрил Петрович.
– Он сам говорил, что ревнивый, значит, щекотки боится.

Он задрал Сереге пиджак и майку и стал засовывать ему под ребра пальцы.

– Ха-ха-ха!!! Убью-ха-ха-козлов! Убью козлов! У-у... Ха-ха-ха-ха!!!

Серега забился в истерике, колотя ногами по капоту.

– Стой, скотина, железо промнешь!

Петрович, взбеленившись, вмазал Сереге кулаком

– У-я!
– взвыл Серега.
– Ну все, лучше не отцепляйте всех поубиваю нахрен!

– Извини, брат, это я сгоряча, - покаялся Петрович.

– О, я придумал. Давайте ему водки дадим, чтобы расслабился, - предложил Влад.

– Не возражаю, - примирительно отозвался Серега.

Только после того, как Сереге влили в глотку полбутылки "Пшеничной", он размяк и его удалось отодрать от "дворников", но пальцы у него так и остались скрюченными до конца дня. А день они провели там же у горного ручья, за водкой под курицу, про которую вовремя вспомнил Влад: ему ее дала мама, чтобы поел в дороге, а он забыл про нее в поезде.

После изрядной дозы Серега разоткровенничался, и очень скоро выяснилось, что никакую гостиницу он для них не нашел и вряд ли найдет, потому что его уже полгода как выгнали из пожарной охраны и он уже не такой уважаемый человек, как был, а точнее, совсем неуважаемый, но и "их" он за это не уважает, и вообще плюет на "них", потому что "все они пидоры" и т.д. и т.п. Дальше уже пошел матерный бред, из которого можно было только уяснить, что жить Валюхе с Владом придется пока у Сереги, потому что больше негде, но у него дома имеется жена, которая не сильно будет рада гостям, поэтому надо дождаться темноты, чтобы "проникнуть в помещение незамеченными". Все это было бы грустно, если бы не было выпито столько водки, и Влад с Валюхой безумно ржали над каждым серегиным словом.

После очередной серегиной байки у Влада началась от смеха икота.

– Иди попей водички горной - должно помочь, посоветовал Петрович.

– Или поблюй, - участливо посоветовал Валюха. Ему и самому с каждой минутой становилось все хуже от теплой водки.

– Угу, - промычал в ответ Влад, держась за вздрагивающий живот.

Влад поднялся с камня, на котором сидел - мир качнулся перед его глазами. Он помотал головой - все вокруг поплыло и завертелось, складываясь в калейдоскопические завихрения: синева неба, вкрапления мелких серых камней под ногами, зелень листвы, бесцветные вспышки солнца, красные круги перед глазами... Влад попытался сосредоточиться и услышал шум ручья - он повернулся и пошел с полузакрытыми глазами на этот шум.

Вода была прохладной и прозрачной - она весело журчала у берега и манила насладиться своей свежестью. Влада охватило веселое радостное чувство: ему вдруг ничего не стало страшно. И горы, и Серега с Петровичем, и друг Валюха, и этот ручей - все любили его бесконечной любовью и все желали ему добра. С улыбкой на лице Влад забрался на большой камень, взмахнул руками и прыгнул в ручей - вода с готовностью подхватила его и понесла вниз по течению, навстречу морю. Море... Теплое и лазурное...

Исчезновение Влада заметили только через сорок минут. Сразу стало ясно, что его унесло быстрым течением ручья. Весь вечер и всю ночь трое его приятелей просидели в машине спорили, что делать. Под утро уснули. Проснувшись относительно трезвыми, тут же заявили в милицию. Группа добровольцев из местного населения прошла вдоль всего ручья - нашли застрявший в небольшой запруде ботинок. Вечером того же дня к городскому пляжу волнами прибило опухшее посиневшее тело Влада.