Чтение онлайн

— Не может быть! — повторил он в отчаянии.

— Так ведь всего семь месяцев прошло, — сказала Тоня. — Чего ты расстраиваешься? Если ты ещё семь лет будешь так

расти…

Она стала подсчитывать, мерить — оказалось, что и дверного косяка Илюшке не хватит.

— Великаном будешь…

В окно постучали. Илюшка выглянул в форточку. На завалинке стоял Мишка Рыбчик.

— Илюш, я за хлебом иду. Пойдёшь со мной?

— Нам хлеба нужно? — спросил Илюшка сестру. — Давай деньги.

— Ещё потеряешь, — сказала Тоня. — Да и холодно очень, я сама схожу.

— Что я, маленький, что ли? — обиделся Илюшка и стал торопливо одеваться. Он боялся, что Мишка уйдёт без него.

Мальчикам пришлось подождать у прилавка: только что привезли новую выпечку.

Поджаристые караваи с шорохом съезжали по деревянному лотку. Продавщица брала их и укладывала на полки.

— Булку белого, — небрежно

бросил Мишка деньги на прилавок.

— Мне тоже, — сказал Илюшка.

От хлеба в авоське шёл пар. Илюшка боялся, что хлеб остынет, пока он добежит домой. Но хлеб не остыл: краюшка, которую Тоня ему отрезала, была тёплая и очень вкусная.

— Теперь садись за уроки, — сказала Тоня.

Илюшка писал, а часы «Софронычи» мерно тикали в тишине, и тиканье их складывалось в понятную только им, старую, как они, и бесконечную песню: «Людям трудиться — вековечно, хлебу родиться — вековечно. Вековечно, веко-вечно…»