Чтение онлайн

— Этой информации недостаточно. Так что отыскать неведомую красную машину нам не удастся. Для меня будет удобнее не тратить время на тщательные поиски, а просто оплатить ремонт. И для тебя, кстати, тоже.

— Что ты имеешь в виду?

— А вдруг окажется, что такой машины вообще не существует? Вполне вероятно, что ты выдумала эту историю, чтобы скрыть очередной наезд на ограду или другой автомобиль.

Эмили даже не успела толком сообразить, о чем говорит Колин, как в разговор вступила его мать. Миссис Свенсон в красках описала то, как «эта медсестра специально врезалась

в ее новый автомобиль».

Колин вопросительно посмотрел на девушку.

— Я сделала это нечаянно, — произнесла Эмили извиняющимся голосом. — Я оплачу все затраты по ремонту.

— Несомненно, теми деньгами, которые заплатит вам мой сын! — раздраженно бросила миссис Свенсон.

— Мама, хватит! — сказал Колин. — У меня от тебя голова болит больше, чем от напряженного рабочего дня. И когда ты только поймешь это и поедешь домой! — Даже Эмили, которая была обижена на Кэтрин Свенсон, и то вздрогнула, услышав столь резкие слова из уст Колина.

Гостья побледнела и встала.

— Хорошо, я ухожу, — спокойно проговорила она.

Но Эмили чувствовала, что, если бы не ее присутствие, пожилая женщина обязательно бы расплакалась. Видно, отношения с сыном были ее больным местом.

— Я обязательно свяжусь с вами насчет машины, — обратилась к Эмили миссис Свенсон. — Оставьте Колину ваш домашний адрес, когда будете уезжать отсюда.

— Хорошо, — ответила Эмили.

— Колин… — нерешительно начала его мать, но он не дал ей договорить.

— До свидания, мама. Я позвоню, когда будет время.

Миссис Свенсон ничего не оставалось, как направиться к двери. Эмили и Колин остались наедине. И тут девушка прокричала с болью и обидой:

— Значит, вот как вы обо мне думаете!

— О чем ты? — Видимо, Колин уже совершенно забыл свое высказывание насчет выдуманной машины.

— Вы вправду могли подумать, будто я способна на такое — придумать эту историю с аварией? Да еще и спокойно сообщить номер автомобиля, которого не существует? — Эмили с гневом посмотрела ему в глаза.

Колин попытался что-то сказать, извиниться, но она бросилась вон из гостиной. Поднявшись в свою спальню, Эмили без сил упала на кровать и закрыла лицо руками. Непрошеные слезы потекли по щекам, и она со злостью вытерла их. Ну почему мнение Колина вдруг стало так важно для нее? Да, он привлекает ее как мужчина, но ведь в остальном он для нее посторонний человек! Так отчего же ей сейчас так плохо?

— Эмили…

Колин так тихо вошел в кухню, что девушка вздрогнула от неожиданности. За окном стемнело, и она уже давно спустилась вниз, чтобы приготовить ужин.

— Что вы здесь делаете? — Ее вопрос прозвучал довольно резко.

— Пытаюсь исправить то, что натворил.

— Мне нет дела до того, что вы сказали. Я уже все забыла.

— Неправда, — возразил Колин. Он медленно дошел до дивана и сел, поставив костыль рядом.

— Почему? — задала Эмили совершенно глупый вопрос. Она была настолько изумлена тем, что Колин пришел просить прощения, что просто не знала, что сказать.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, — проникновенно

начал он. — И знаю, что ты очень обиделась. Мне ужасно хотелось постучаться в дверь твоей спальни, но я боялся, что ты меня прогонишь… Эмили, прости меня, — после короткой паузы, говорящей о его волнении больше, чем любые слова, произнес Колин.

В его голосе было столько искренности и тепла, что Эмили не смогла устоять и простила ему все. Но сделала это пока только в своем сердце.

— Почему я должна прощать вас? — уже более уверенным тоном спросила она.

— Хотя бы потому, что знаешь, какой тяжелый день выдался сегодня для меня, — ответил Колин. — Сначала работа, которая отняла у меня больше сил, чем я думал, потом прогулка по парку… Да еще моя драгоценная родительница, которая целый час изводила меня рассказами о том, как ты пошла тратить мои деньги. И, наконец, проблемы с машинами. Я просто переутомился и вспылил. Конечно, этому нет оправдания, но все же…

Эмили задумчиво смотрела на Колина. Ей казалось, что он хочет сказать что-то важное, но не решается. С момента поцелуя между ними не было произнесено никаких слов, которые объяснили бы то, что произошло. И Эмили рискнула начать первой.

— Колин, я уже не сержусь на вас за то, что случилось. Но мне хочется сказать, что тот поцелуй, наверху…

Он не дал ей договорить.

— На самом деле поцелуй и внес самую большую неразбериху в этот день. Но я хочу заметить, что мне ужасно хотелось сделать это с самого первого дня, как ты появилась в доме. — Колин остановился, пристально посмотрел ей в глаза и медленно сказал: — И мне очень понравилось. Правда. Не знаю, что будет с нами дальше, но уверен: я хочу, чтобы это повторялось еще не раз. Потому что ты безумно привлекательная женщина и мне доставляет удовольствие быть с тобой рядом, целовать и обнимать тебя… Словом, делать все, что ты мне позволишь… Эмили отрицательно покачала головой.

— Между нами не должно быть никаких близких отношений, и вы прекрасно это понимаете.

— Но почему?

— Хотя бы потому, что вы мой пациент, а я медсестра.

Эмили решила не называть более серьезных причин, так как не хотела полностью открывать своего сердца и становиться уязвимой для Колина. К тому же она полагала, что он их просто не поймет. А уж вопрос своей полной неопытности в любовных делах она вообще не желала ни с кем обсуждать.

— Но, Эмили, неужели тебе не понравилось? — воскликнул Колин. — Я неприятен тебе?

— Дело не в этом, — возразила девушка. — Разве ваша мама не учила вас, что кроме слова «хочу» есть еще слова «надо» и «нельзя»?

— Но я не понимаю, при чем здесь это! Ты очень нравишься мне, я, судя по всему, нравлюсь тебе. Так в чем же дело?

Эмили вздохнула. Она не представляла, как сможет объяснить Колину свой страх перед интимными отношениями с таким мужчиной, как он. Ведь в его жизни уже было много женщин, и она — лишь еще одна игрушка. Их связь оборвется, как только закончится ее работа. Она почувствует себя униженной, оскорбленной, и сердце ее будет болеть от разлуки и сознания того, что ее просто использовали. Так зачем это нужно?