Чтение онлайн

— Ужасно! — в отчаянии закричал Фродо. — Зачем мы только пошли в этот треклятый лес! — Он изо всех сил пнул ствол лоха. Едва заметная дрожь пробежала по ветвям, листья встрепенулись и залопотали, но теперь в их шелесте слышалась издевка.

— А топора у нас с собой нету? — спросил Сэм.

— Есть у меня маленький, для хвороста, — отозвался Фродо, — да что с него толку!

— О! Погодите–ка! — воскликнул Сэм, зацепившись за слово «хворост». — Может, огнем его попробовать?

— А Пиппина мы не изжарим? — засомневался Фродо.

— Для начала попугаем эту уродину! — свирепо сказал Сэм. — А если не отдаст, я его свалю, хоть бы мне зубами грызть пришлось.

Он

сбегал к пони и вернулся с двумя трутницами и топориком. Быстро набрав сухой травы и мелкого хвороста, они сложили у ствола костер. Стоило Сэму высечь искру, как сухая трава тут же занялась, огонь и дым рванули вверх. Затрещали сучья. Пламя лизнуло серую кору лоха. Дерево вздрогнуло. Листья над головами хоббитов встрепенулись и, казалось, злобно зашипели. Изнутри дерева донеслись сдавленные голоса Мерри и Пиппина.

— Уберите его! Уберите! — кричал Мерри. — Он же сейчас пополам меня перекусит! Сам говорит!

— Кто? — закричал Фродо. — Кто говорит?

— Уберите! Уберите! — стонал Мерри. Ветви дерева начали яростно раскачиваться. Зашумели и кроны соседних деревьев, словно костерок хоббитов оказался камнем, брошенным в тихую воду. По всему лесу пошли гулять волны недовольного, угрожающего ропота. Сэм быстро раскидал и затоптал костер.

А Фродо, не помня себя от отчаяния, с криком «Помогите!» бросился по тропе. Поднявшийся и вправду ветер зашумел в кронах ив, голос Фродо тонул в сплошном шелесте, и вдруг издали донесся ответ, заставивший Фродо замереть на месте. Звук пришел из–за спины, из глубины леса. Фродо крутанулся на пятках и прислушался. Сомнений не было! Там раздался чей–то голос, глубокий веселый голос, беззаботно напевающий какую–то чепуху:

Динь–денъ, славный день! Солнце разбудило. Трень–брень, серебренъ, бор разбередило. Том Бом, славный Том, Том Бомбадило!

С надеждой и страхом Фродо с Сэмом вслушивались в непонятные слова и вскоре уже легко различали то, о чем пел неизвестный.

Прыг–скок, лес–лесок, рощица–старушка. Здесь порхает ветерок и свистит пичужка. Там — дом под холмом. Ну–ка, это кто там Озирается кругом? Может, ждет кого–то? Это — женушка моя, это дочка речки Дожидается меня, стоя на крылечке. Старый Том спешит домой, он припас для милой Звуки песни озорной да букетик лилий. Слышит песню дочь речная, светит ярче яхонта — Золотая, Золотая, Золотая Ягодка! Старый Лох, драчун лесной, корни прочь с дороги! Том торопится домой — вечер на пороге. Том несется со всех ног к милой и чудесной, Прыг–скок, лес–лесок поднимая песней!

Хоббиты, зачарованные, слушали. Ветер стих. Листья на неподвижных ветвях безжизненно обвисли. Снова зазвенела песня, а потом из тростника на тропинку вышел, приплясывая и подпрыгивая… человек? Да, ростом он был с Верзилу, и шуму от него было не меньше. Голову незнакомца покрывала старая шляпа с высокой тульей и заткнутым за ленту голубым пером. Большими ногами в желтых башмаках он крепко топал по земле, продираясь сквозь тростник, как корова

к водопою. На голубую вылинявшую куртку падала длинная курчавая борода, глаза были ярко–синие, а лицо — красное, и все в морщинах, как печеное яблоко. В руках он держал огромный лист кувшинки, в нем, словно в глубокой тарелке, плавала охапка белых водяных лилий.

— Спасите! — закричали в один голос Фродо с Сэмом, бросаясь к нему,

— Эй, вы, тише там! — крикнул незнакомец, протягивая вперед поднятую ладонь. Хоббиты встали, словно на стену налетели.

Это что за беготня? Стойте, не дрожите! Вы откуда, малышня, и куда спешите? Я— Том Бомбадил. Живо отвечайте: Кто и что здесь натворил? Лилий не сломайте!

— Наших друзей дерево поймало! — выпалил Фродо.

— Мастера Мерри дуплом заглотило! — вторил ему Сэм.

— Что? — воскликнул Том Бомбадил, смешно подпрыгивая. — Безобразит Старый Лох? Только и всего–то? Есть управа на него, песенка найдется. Ах ты, старый серый Лох! Проморожу все нутро, если не уймется. Корни вылезут наверх, песенку заслышав. Ветер песней приманю, сдует листья с веток! Надо же! Старый Лох!

Осторожно пристроив лилии на траву, Том вприпрыжку подскочил к дереву. Из ствола виднелись уже только ступни Мерри. Бомбадил приник к небольшому дуплу и принялся напевать что–то низким голосом. Слов хоббиты не разобрали, но Мерри неожиданно задрыгал ногами. Том отпрянул от ствола, отломил длинную ветку и хлестнул дерево.

Ну–ка, быстро отпустить! Больше не пытаться! Твое дело — воду пить да землей питаться. Что тебя за колдовство нынче разбудило? Спать немедля! Таково слово Бомбадила!

Он поймал Мерри за ноги и единым махом выдернул его из расщелины. Тут же раздался протяжный скрип, распахнулась другая щель, и оттуда вылетел Пиппин, словно ему дали пинка. С громким деревянным стуком обе трещины захлопнулись. Лох встряхнулся от корней до вершины и затих.

— Спасибо вам, — хором сказали хоббиты. Бомбадил расхохотался.

— Ну, мои малыши, — сказал он, наклоняясь и заглядывая им в лица, — пойдемте–ка домой! Стол накрыт, там желтый мед, сливки, хлеб и масло. Златеника ждет–пождет. За столом поговорим, время не жалея. Ну–ка, марш за мной, но — чур! — отставать не смейте!

Подняв лилии, он сделал приглашающий жест и, по–прежнему приплясывая и громко распевая всякую чепуху, пустился по тропинке.

Хоббиты, счастливые и ошеломленные, бросились было догонять своего чудного спасителя, но сразу отстали.

Том уже скрылся из глаз, и только песенка его слышалась впереди.

Эй, не медлите, друзья! Мчитесь, словно ветер! Том отправится домой и огонь засветит. Скоро солнышко зайдет — слышите, герои? Тьма ночная упадет — двери вам открою. Том шагает впереди — значит, все неплохо! Не страшитесь темноты и лихого Лоха! Корни, ветви — чепуха! В окнах свет сияет! Прыг–скок, лес–лесок тоже это знает!