Чтение онлайн

– Ладно, я, пожалуй, пойду, - и Гипнос исчез. Танатос подошел ближе.

– Тебе он нравиться?
– поинтересовался он, подходя ближе ко мне. Я стала медленно отодвигаться.

– Да, - спокойно ответила я.

– Ты его любишь?
– я уперлась в стену спиной. Он расставил руки около моего лица. Его дыхание опаляло мою шею.

– Тебя это не касается, - зло отрезала я. Почему он так надо мной издевается?- Отпусти.

– Я и не держу.

– Руки убери.

– Они тебе мешают?

– Да.

–

Ну что ж...
– он обнял меня за талию и притянул к себе.

– Отпусти!!!
– нет, в его объятиях мне было очень хорошо, но я не собираюсь ему показывать, что что - то к нему испытываю. Не хочу быть слабой.

– Ты его любишь?
– опять этот тупой вопрос.

– Нет!!! Доволен?
– по щеке покатилась слезинка.

– Малышка, что же мы делаем? Зачем ты делаешь мне больно?
– он притянул меня к себе еще ближе.

– А ты - мне?
– спросила я, заглянув в его глаза. Вечно холодные, сейчас они отражали очень много разных чувств.

– Вопросом на вопрос ответа не услышишь, - сказал Тан.

– Милый мой, тебя уже на стихи потянуло. Бедненький, - я искренне над ним потешалась.

– Да, иногда бывает. Кстати, я одно посвятил... неважно кому:

Росчерком стали - кровавый излом пустоты

И полустертые лица в оскале ночей.

Снова танцуешь на острых осколках Мечты,

К небу восходишь по мрамору зимних дождей.

Помнишь? Поломано-тонкими нитями сна

Стягивал сердце безжалостный Вестник Судьбы.

Черной вуалью нас скрыл балдахин колдовства,

Выбив на сердце тесьму бессловесной мольбы.

Снова - в оковах бессмертия, прожитых лет

Я остываю... Как мертвые могут остыть?

В наших мирах амальгамой застыл полусвет...

Сердце мое не-живое умеет любить.

Снова - по следу сгорающих жизней людских

Сквозь зеркала я иду, спотыкаясь о прах...

Слушай, убийца, напившийся крови других,

Ты - насмотревшийся страха в молящих глазах -

Хватит!

Истлевшие чары остынут золой

В пальцах, сжимающих их. И холодная дрожь

В тело впивается чьей-то жестокой рукой.

Слушай, убийца... Хотя все равно не поймешь.

– Красиво, только я думаю, что тебе подойдет вот это:

Бесконечное множество дней проживал я впустую,

Отпуская плясать свою боль по умершим мечтам.

И смывая губительный яд не твоих поцелуев

С этих губ, что шептали в горячке ночей "Не отдам!",

Я молился жестоким богам и Властителям Судеб,

Проклинал эту лживую дрожь и больную луну...

Но расстрелян, повторно убит первым залпом орудий,

Разбиваясь, подобно мгновеньям, о вязкую мглу.

Кто решится назвать

после смерти безумие Раем?

Гулким эхом обрушились своды ушедших времён,

И тоскливо по порванным струнам Прощанье играет

Эти грустные песни из Книги Забытых Имён...

Моя Смерть обнимала меня, словно старая Память

И шептала мне сказки, целуя печально глаза...

Я прошёл сквозь огонь, что расплавил холодные камни

И тянулся руками дрожащими вновь к небесам.

Только грязное небо смеялось... быть может, над нами?

Я пытался дозваться пустыми словами "Ты где?"

Снова Смерть обнимает, как раньше, своими крылами,

Открывая мне Путь к леденяще-далёкой Звезде.

И ступая босыми ногами по лунному свету,

Я роняю горячие слёзы в последний рассвет...

Зимним снегом на плечи нам ляжет ушедшее лето,

Где сгорают страницы растрачено-прожитых лет.

(Автор Ю.Ленков)

– Ты права. Почему ты меня так хорошо чувствуешь?
– растеряно спросил он, так и не отпуская меня, а наоборот прижал еще крепче.

– Быть может, потому что я...
– я уже было хотела сказать " люблю тебя", как в дверь постучали. Танатос отпустил меня, и я рванула к окну.
– До встречи, - сказала я и спрыгнула вниз. На самом деле я осталась в комнате, просто стала невидима и неосязаема.

В комнату вошел демон в черном плаще.

– Она клюнула на тебя?
– спросил Танатос.

– Да я еще и не начинал соблазнять Габриэллу, - он усмехнулся.
– А у тебя как успехи?

– Никак. Она не испытывает ко мне ничего, кроме симпатии. Даже с братом моим встречается. Чем он ее зацепил?

– Да. Что - то ты последнее время не в форме.

– Я ей сам займусь.

– О, а она, похоже, тебя зацепила.

– Нет. Меня никто, кроме Ари зацепить не может, мне нужна только она, а это так, попользовался ей в качестве информатора и бросил. Она больше ни на что не годиться.
– По моим чекам текли слезы. Как это больно. Вновь предательство того, кому ты доверилась, полюбила, кто не один раз спасал тебя. Что ж , я обещала быть жестокой, значит я ей буду. В душе не было ничего, кроме ненависти и ярости.

Черным пламенем в душу врывалось Забвенье -

Как сквозняк в приоткрытое кем-то окно...

Улыбаюсь ему без надежд на спасенье -

Я устал умирать как когда-то давно.

Написать, словно в шутку, смеясь над собою,

"Рай" на пропуске в двери, ведущие в Ад...

После смерти, застывшей над Бездной зимою

Я успею поймать твой насмешливый взгляд.

Обезумев, лететь на огонь, не погибнув.

Написать слово "Рай" на своих пропусках...

Вновь ступить за Порог и, сомненья отринув,