Хранители вечности
Шрифт:
— Например? — тут же спросил собеседник.
— Просто без денег ты никто. Если у тебя солидный счет в банке, то перед тобой открыты все двери. Деньги дают власть, дают возможность жить так, как ты хочешь, ни на кого не оглядываясь.
— Что ж, очень может быть… — Глаза отца Леонида насмешливо блеснули. — Миллион — значит, миллион. Завтра с утра, часиков эдак в десять, приезжай в центр. Для начала пройдись по площади, дальше иди куда хочешь. Просто броди по улицам, ходи по магазинам. Ну а когда получишь свой миллион, постарайся не делать глупостей. Потому
— Что значит — «когда получишь свой миллион»? — не понял Кевин. — Где я его получу?
— Не имею понятия, — пожал плечами собеседник. — Но этот миллион обязательно попадет к тебе в руки, просто поверь мне на слово. Разумеется, — глаза отца Леонида вновь лукаво блеснули, — если ты согласен играть в мои игры.
В какой- то момент Кевину захотелось послать этого типа подальше и уйти — ту чушь, что он нес, нельзя было воспринимать адекватно. Тем не менее Кевин сдержался. Он вырос в трущобах, а законы трущоб предписывали внимательно относиться к словам. Ему надо просто как-то отделаться от этого сумасшедшего старика.
— Хорошо, я согласен, — сказал Кевин. — Что дальше?
— Это зависит от тебя, — ответил отец Леонид. — Просто не забудь завтра прийти за своим миллионом. Если, конечно, он тебе все еще нужен… — Старик вздохнул, задумчиво посмотрел в небо. — Проблема в том, Кевин, что именно деньги приносят людям наибольшее количество бед. Но ты прав, заболтался я что-то с тобой. Мы еще встретимся. Удачи тебе, Кевин…
Подмигнув, старик перекинул трость в левую руку и, не торопясь, направился в глубь парка. Проводив его взглядом, Кевин пожал плечами и пошел прочь.
Нельзя сказать, что встреча с этим человеком сильно повлияла на Кевина. Будучи коренным жителем трущоб, он на своем недолгом еще веку успел повидать множество самых разных людей. Отец Леонид был одним из многих. Ну а то, что он оказался со странностями — так кто сейчас без них? Не сдал он его тогда в полицию, и слава богу…
Словом, вернувшись из центра, Кевин предпочел забыть об этом странном человеке. Зашел в бар к Максиму, поболтал с ним часок. Поинтересовался между делом, не было ли здесь прошлым вечером солидного крепкого бородатого старика. Макс ответил, что были только свои. Это добавило вопросов, но Кевин предпочел о них не думать. Пообщавшись с Максом, отправился к Карине, ее не оказалось дома. По словам Марты, той еще ведьмы, Карина с утра укатила с каким-то хахалем. Сообщила она об этом с явной издевкой.
Безусловно, это испортило Кевину настроение. Впрочем, поразмыслив, он решил не придавать словам Марты большого значения. Для нее соврать, что сплюнуть. К тому же она явно завидовала красоте Карины, и это все ставило на свои места.
Вернувшись домой, Кевин снова сел ремонтировать электронную отмычку, слушая краем уха бесконечное брюзжание Санчеса. В конце концов ему удалось-таки найти неисправность, проблема крылась в одной из микроскопических клемм — та просто отломилась. Кевин даже вспомнил, что на минувшей неделе уронил отмычку
Клемму он подпаял примитивным, но действенным методом — раскалил докрасна обычную иглу и уже ею приладил клемму на место. Включив питание отмычки, удовлетворенно взглянул на загоревшийся зеленый огонек — то-то же…
Остаток дня он тоже провел дома, идти никуда не хотелось. Включив видео, смотрел вместе с Санчесом новостной канал, потом переключился на развлекательный. Спать лег уже в первом часу ночи, размышляя о том, работать завтра или дать себе еще денек отдыха. До дня рождения Карины оставалось еще восемь дней, так что недостающие ей на подарок пятьсот кредов он соберет всяко. А это значит… Это значит, что можно еще денек отдохнуть.
Проснулся он около восьми часов утра. Какое-то время лежал, думая о разной ерунде, потом вспомнил отца Леонида. Попытался забыть о нем, но образ вредного старика упрямо лез в сознание. Может, и в самом деле пойти? Но ведь это глупо, кто и где просто так даст ему миллион? И за что — за красивые глаза? Да ему никто в жизни десятки не дал, все приходилось зарабатывать самому. А тут — целый миллион!
Перевернувшись на другой бок, Кевин вновь попытался заснуть, но сон уже не шел. Да, никто не даст ему миллиона. А если даст? Что, если этот странный старик окажется прав? Ведь отыскал же он его как-то, имя его узнал…
Он ворочался почти до девяти, пока не осознал, что любопытство все же пересилило в нем здравый смысл. Да, никто не даст ему миллиона. Но почему бы просто не прогуляться по городу? Да и день сегодня вроде не такой жаркий…
День и в самом деле выдался хороший. Когда Кевин вышел на улицу, небо затянули дождевые тучки, было свежо и прохладно.
Кевин любил дождь, ему нравилось бродить по мокрым улицам. Нравилось потому, что обычных горожан в такие часы на улицах становилось меньше. И их город на какое-то время становился его городом.
Впрочем, дождя пока еще не было. Да и не будет, иначе об этом непременно сообщили бы в сводке погоды.
Было около десяти, когда Кевин сошел с автобуса рядом с Кремлем. Огляделся, затем, не торопясь, пошел через площадь. Было приятно идти, зная, что у тебя выходной день и тебе совершенно нечего бояться.
Миновав площадь, Кевин остановился, внимательно огляделся — ну и где же он, этот миллион?
Миллиона не было. Обозвав себя идиотом, Кевин медленно пошел прочь, в сторону Арбата. Давненько он там не был, надо бы напомнить Клещу о себе. Пусть не думает, что он его боится…
На Арбате, как всегда, было людно. Кевин любил это место — ему нравились местные лавки и магазинчики, торгующие всякой всячиной, нравилось бродить в толпе зевак и туристов. Чтобы не ходить просто так, он стал приглядывать подарок для Карины, хотя и понимал, что вряд ли найдет здесь что-то стоящее. Просто знал, что в основном здесь торгуют подделками, а дарить Карине ненастоящую вещь он не хотел.
Так прошло почти два часа. О миллионе Кевин уже не думал, занятый своими делами и мыслями. А потом и вовсе появились проблемы.