Хранители вечности
Шрифт:
Сначала Кевин подумал, что Мелани лет двадцать пять, не больше. Потом, приглядевшись внимательнее, решил, что около тридцати. Еще чуть позднее пришел к выводу, что ей лет сорок, но это было лишь ощущение — выглядела она удивительно молодо.
По сравнению с Амалией Мелани показалась Кевину тихой серой мышкой — очень спокойной, мягкой, добродушной. Лишь во взгляде ее изредка проскальзывала сила — впрочем, глаза Мелани тут же приобретали обычное для нее спокойствие. Мелани очень понравилась Кевину, но такого интереса к ней, как к Амалии, он все же не ощутил.
Что
О делах почти не говорили. Отец Леонид, Мелани и Том о чем-то немного пошептались, после чего все прошли в зал. Никого из дживов Кевин так и не увидел.
Балет ему совершенно не понравился, поэтому известие о том, что после первого акта они уходят, Кевин воспринял с облегчением.
— Возможно, нам удастся предотвратить войну, — сообщил отец Леонид, когда они, уже вдвоем, выходили из здания театра. — Два часа назад Мелани разговаривала с Аткинсоном, он обещал до полуночи передать ей очень интересную видеозапись. На ней запечатлена встреча президента Фергюссона, министра безопасности Гаррисона и Мейлера. В ходе их беседы обсуждался план готовящейся провокации. Если у нас будет эта запись, мы сможем предотвратить войну.
— И кто сделал такую запись? — поинтересовался Кевин. — Кто может следить за президентом?
— Не знаю, Кевин. Возможно, это сделали люди Гаррисона. Может, кто-то другой — они там все следят друг за другом. Нам важно заполучить запись, остальное нас не касается. Кроме того, нам с Томом удалось найти человека, собравшего компрометирующие материалы на Мейлера. Этого человека зовут Ричард Диллан, он личный секретарь Мейлера и знает все о его делах. Диллан готов передать нам собранные материалы. Если у нас будут эти бумаги, мы сможем держать Мейлера на коротком поводке. У него большое влияние, он сможет удержать руководство Компании от попыток развязать войну. Правда, — тут отец Леонид усмехнулся, — Диллан запросил за собранные материалы пять миллионов кредов.
— Так много? — даже опешил Кевин.
— Его можно понять — он многим рискует. Получив деньги, ему придется навсегда покинуть Виолу и скрыться, сменив имя. Он много лет работал на Мейлера, но теперь хочет пожить остаток жизни в свое удовольствие.
По пути домой отец Леонид сказал, что встреча с Дилланом назначена на одиннадцать вечера в Центральном парке, у памятника Первопроходцам.
— А он не обманет? — поинтересовался Кевин.
— Это возможно, — согласился отец Леонид. — Но на кону жизни миллионов людей, поэтому нам приходится рисковать…
В свое время Кевина поразил вид миллиона кредов. Теперь, сидя в кресле маленькой квартиры отца Леонида и глядя на набитый тысячными банкнотами кейс, Кевин уже не ощущал прежнего трепета.
Кейс с деньгами хранился в небольшом тайнике, оборудованном в шкафу. Как пояснил отец Леонид, деньги он приготовил еще
— Диллан должен был передать нам документы еще в прошлом месяце, — пояснил джар, пересчитав пачки денег и закрыв кейс. — Но у него возникли какие-то сложности, поэтому все затянулось. Надеюсь, сегодня все решится.
У памятника Первопроходцам было довольно людно. Подсвеченные прожекторами фонтаны ритмично пульсировали в такт музыке, зрелище показалось Кевину очень красивым. Десятки туристов с других планет фотографировались на фоне фонтанов, неподалеку шла бойкая торговля с уличных лотков — торговцы пользовались моментом.
Отец Леонид был непривычно хмур. Сжимая в левой руке кейс, а в правой трость, он задумчиво смотрел на фонтан.
— Без двух минут одиннадцать, — напомнил Кевин.
— Он придет, — ответил отец Леонид. — Вот что, Кевин, пока я буду разговаривать с Дилланом, ты стой здесь. Давай сделаем вид, что мы незнакомы. И еще: если вдруг что-то случится и мы потеряем друг друга, немедленно отправляйся к Тому — он скажет, что делать. Запомни адрес: улица Парковая, дом двадцать восемь. Это на западной окраине.
— Вы чего-то опасаетесь? — насторожился Кевин.
— Да… — все так же тихо ответил отец Леонид. — Что-то назревает, но что именно, я пока понять не могу. Мне кажется, что дживы узнали о наших планах. Вопрос в том, удастся ли им нас опередить. А вот и он… — Отец Леонид посмотрел в сторону памятника. — Стой здесь, Кевин. И что бы ни случилось, ни во что не вмешивайся.
Кевин хотел было возразить, но не успел — отец Леонид спокойным размеренным шагом направился к памятнику. Тут же Кевин увидел и Диллана — почему-то сразу решил, что это он. Невысокий и сухощавый человечек с папкой в руках подошел к памятнику и остановился, настороженно оглядываясь. Кевину даже показалось, что у него дрожат колени. Вот он увидел отца Леонида и неуверенно шагнул ему навстречу.
А потом произошло то, что впоследствии еще долго являлось Кевину в ночных кошмарах: из темноты подступавшего к фонтану сада к Диллану стремительно метнулся маленький яркий шарик. Как вспышка, как молния. Шедший навстречу отцу Леониду маленький человечек мгновенно превратился в огненный факел — Кевин успел расслышать жуткий крик Диллана, тут же сменившийся треском пожирающего человеческую плоть пламени.
Кевин много слышал о плазменном оружии. И вот впервые увидел его в действии. Если от выстрела из лучевого пистолета еще можно было как-то выжить, то плазменное оружие убивало наповал.
Второй выстрел должен был поразить отца Леонида, но джар успел подставить под плазменный плевок кейс с деньгами. Объятый пламенем кейс упал на землю, отец Леонид удивительно ловко шагнул в сторону, пропуская очередной выстрел. Пролетев сквозь брызги фонтана и подняв облако пара, огненный шарик поразил стоявшую на другой стороне женщину. Послышались крики, люди в панике бросились врассыпную.
— Беги! — крикнул Кевину отец Леонид, в очередной раз ловко уклонившись от выстрела. — Прячься в саду!