Чтение онлайн

Лэмберт вспомнил Полидора.

— Комус Нимет? Так когда-то называли это место.

— Жаль, что я этого не знал, — отозвался Фелл. — Комус был настоящим зверем. Он обожал устраивать засады на молодых женщин. В несколько приглаженном варианте истории, опубликованном примерно сто лет назад, он встречает девушку, идущую на рынок, и ведет с ней торг, предлагая удачу в обмен на ее невинность. Нет нужды говорить, что это выхолощенный вариант рассказа. В англосаксонской версии он предлагает купить ее невинность, а когда она отказывается, он пытается ее изнасиловать. Но во всех вариантах девушка убегает. Она бросается

в реку, лишь бы не подчиниться ему.

— А милосердные языческие боги не превратили ее в форель, чтобы она смогла уплыть? — спросила Джейн. — Или, наоборот, ее сочли христианской мученицей и поклонялись ей у ближайшего святого источника?

— Я еще до этого дойду. — Фелл продолжил свой рассказ: — В следующих историях Комус пристает к любой девушке, которая ему приглянется. Помимо непристойных домогательств он угрожает жертве своими чарами оборотня. В этих поздних рассказах в его власти оказываются только те, кто принимает его предложение. Если девушка ему отказывает, он не может изменить ее облик. В некоторых случаях девушка спасается. В каждом случае, где рассказывается об успешном бегстве, девушка не уступает Комусу и призывает себе в помощь местного духа вод. Дух вод вступается за девушку, и та спасается. В результате ассоциации духа вод отождествляют с первой девушкой из самого древнего предания. Имеет место привычный мотив преображения, но девушка превращается не в форель, а в духа вод.

— Бедняжка, — сказала Джейн.

Судя по виду иллюзии, та была с ней согласна.

— Звучит похоже на либретто оперы, — заметил Лэмберт.

— Итак, в гораздо более недавнем времени, примерно с полудюжину веков назад, в этих местах напали еще на одну девушку. Но обстоятельства коренным образом изменились. Большая часть леса была вырублена: норманны пробивали себе путь, пытаясь покорить валлийцев. Были воздвигнуты огромные замки, в том числе и тот, что до сих пор стоит в Ладлоу. Законы, характер которых мы понимаем лишь смутно, управляли теми, кто жил среди этих холмов.

— Закон! — фыркнула Джейн. — Для некоторых он ограничивался только словами «заслушали и решили».

— Лучше закон для некоторых, чем беззаконие для всех, — сурово заявил Фелл. — На этот раз, когда девушка удрала от оборотня, она не бросилась к реке, а побежала к местным властям и подала жалобу. Власти ей не поверили. Более того, ее на месяц посадили в тюрьму за наговор. Ход событий изменился, как видите. Комус остался прежним: менял облик и пытался торговаться. Однако теперь девушка потребовала вмешательства гражданских властей, а не божественных.

— И они ей не помогли, — сказал Лэмберт.

— Увы, да. Спустя какое-то время срок ее заключения истек и она вышла на свободу. Согласно одной версии, она обратилась к духу реки и призвала на помощь его силу, чтобы научиться магии. Она старалась защитить других от влияния Комуса, и долгое время не сообщалось о том, чтобы оборотень к кому-то приставал. Согласно этому рассказу, когда женщина умерла, ее магические способности укрепили силу речного духа.

— Какая красивая история. — По кислому тону Джейн было ясно, что она все еще переживает из-за несправедливого отношения к той девушке. — Так воодушевляет!

Фелл продолжил свою лекцию:

— Проходит еще несколько веков — пролетают стремительно, как это сейчас бывает со временем,

и в замке Ладлоу появляется семейство Эджертонов. Глава семейства, носящий титул графа Бриджуотера, получил эти земли от короля. У этого человека было трое детей: два сына и дочь. Однажды, отправившись на охоту, они заблудились, потеряли из виду сначала остальных охотников, а потом и друг друга. Вы улавливаете закономерность, правда?

— Как не уловить, — отозвался Лэмберт.

— Комус встретил девушку, пока двое ее братьев разыскивали ее по лесу. Сначала он пытался ее обольстить, потом начал угрожать, но девушка знала местные предания и призвала себе на помощь духа реки. Комус не смог ничего с ней сделать, но и она не могла освободиться, потому что Комус наложил на девушку чары, сделав ее пленницей кресла. И она могла бы остаться в нем навечно, наблюдая за забавами Комуса и теми несчастными, которых ему удалось уговорить и поймать. К счастью для девушки, ее братьев нашел отряд, отправленный на их поиски. Вместе все они отыскали девушку, прервав забавы Комуса. Оборотень и его приспешницы сбежали, но перед этим братья набросились на него и отняли у него жезл. С помощью жезла братья благополучно освободили свою сестру. Трое графских детей вернулись в семейный замок победителями.

Джейн воззрилась на Фелла, и ее иллюзия — тоже.

— Поверить не могу! Счастливый конец?

— Безоговорочно счастливый. К жезлу относились со страхом и почтением, считали одним из семейных сокровищ и берегли. — Фелл посмотрел на Лэмберта с нескрываемым триумфом. — И теперь он известен как «жезл Эджертона».

— А что случилось с Комусом? — поинтересовалась Джейн.

— Он убежал. Без своего жезла он оказался почти беспомощным. Он превратился в легенду, которой можно пугать перед сном детей. Со временем он окончательно исчез, оставшись только библиографической статьей в Словаре фольклорных сюжетов Брауна. Не было больше нападений. Не было похищений. Молодые женщины Шропшира с каждым годом становятся все более бесстрашными. Скоро они уже начнут водить автомобили.

Лэмберт обдумал услышанное.

— Ладно. И какая часть этой истории — правда?

— Кто знает? — Фелл вернулся к своим расчетам. — Возможно, в ней все неправда. Возможно, это просто сказка.

— Наверняка, — сказала Джейн, — если они жили долго и счастливо.

Это заставило Фелла снова оторваться от бумаг.

— На самом деле так оно и было, в конце концов. Все трое детей графа Бриджуотера прожили долгую и счастливую жизнь. Можно заглянуть в приходские книги и это доказать. Но с данным фактом связана еще одна история, которую Браун не посмел включить в свой справочник.

— Ну, рассказывайте же! — в один голос поторопили Фелла Лэмберт и Джейн.

Похоже, Фелл наслаждается тем, что его упрашивают. Наконец он согласился удовлетворить их любопытство.

— Ладно. Но эту историю вы никому не должны пересказывать. Никаких документальных подтверждений не существует, а любые намеки на нее до сих пор влекут за собой обвинения в клевете. Давным-давно, через несколько лет после того, как семейство Эджертон столкнулось с Комусом, началась Гражданская война. Видите ли, король Карл совершенно неправильно понимал природу законов. Он настолько испортил дело, что ему пришлось идти войной на своих собственных подданных.