Чтение онлайн

— Сейчас я здесь ради тостов по-бомбейски. — Войси провел его по вестибюлю в небольшую комнату, которая, похоже, выполняла сразу две функции: столовой и кабинета. — Я что-то не помню: вы едите анчоусы?

Войси начал складывать карту, которая покрывала весь стол в центре комнаты. Спустя несколько секунд все бумаги уже были переложены со стола на буфет.

— Вообще-то нет. И анчоусную пасту не переношу. — Лэмберт уселся на предложенный ему стул. — Запах у нее как у какого-то кошачьего лекарства. — Он встревожился, обнаружив, что снова потерял ориентацию. Ему казалось, что тесная, захламленная столовая

находится в восточной части здания, но он не был в этом уверен. Этот вопрос не имел особого значения сам по себе, но повторная неспособность сориентироваться его обеспокоила. — Что вы здесь делаете?

— Значит, анчоусы вы не будете. Простите, я должен отдать распоряжения поварихе. Вам подадут тосты с сыром.

Войси ушел в другую дверь.

Даже при дневном свете Лэмберту не удалось точно определить свое местоположение. Выгоревшие занавески на окнах закрывали почти весь свет и вид наружу. Если Войси и наблюдал за приближением Лэмберта, то он никак не мог это делать отсюда.

Похоже было, что книги складывали на буфет задолго до того, как Войси переместил на него свои бумаги. Несколько листов почти выбились из покосившейся стопки. Лэмберт узнал среди них знакомый затрепанный уголок. Он наклонил голову, присматриваясь. Уголок принадлежал поспешно сложенным чертежам устройства «Аженкур», которые он нашел в кабинете Николаса Фелла и передал Роберту Брейлсфорду. Лэмберт почувствовал, что волосы у него на затылке зашевелились, совсем как в тот момент, когда он убедился в неработоспособности компаса. Это ощущение только ухудшило дело. Ловким движением он вырвал план из стопки и спрятал его в карман. Остальные бумаги не посыпались на пол.

Дверь бесшумно открылась: Войси вернулся.

— Все отлично. Скоро нам принесут поесть.

Где-то совсем недалеко завыла собака. Лэмберт наклонил голову, прислушиваясь. Казалось, звук доносится сверху. И, судя по всему, собака была не маленькая. Возможно, даже волк.

Войси улыбнулся тому, как Лэмберт отреагировал на вой.

— У поварихи есть собака. На самом деле — гончая. И я не могу ее винить: место здесь уединенное. Оно было выбрано именно за свою удаленность.

— И вот вы здесь едите тосты по-бомбейски вдали от всего мира, — поторопил его Лэмберт. Чертеж морозом обжигал ему карман, доказывая, что Роберт Брейлсфорд побывал здесь до него. — Что вас сюда привело?

— Мой милый Сэмюэль, ради тостов по-бомбейски я готов ехать практически куда угодно — при условии, что их приготовят как надо.

— Что вы здесь делаете?

Войси перестал улыбаться.

— Вы должны были обратить внимание на то, что я вам этого вопроса не задал, дорогой мой. Я рад вас видеть. Ваша помощь может нам пригодиться. Вы решили головоломку. Это должно убедить моих коллег, что вы достойны того, чтобы к нам присоединиться.

Дверь для прислуги открылась, и женщина, одетая как повариха, внесла поднос. Безмолвно и умело обслужив их, она ушла. Были поданы тосты по-бомбейски для Войси, тосты с сыром для Лэмберта и вечный, неизбежный и вездесущий чайник с чаем.

При виде тостов с сыром у Лэмберта заурчало в желудке. Он взялся за вилку. Никогда еще тосты не казались ему настолько аппетитными. Темная корочка запеченного сыра намекала на растаявшую консистенцию, скрывавшуюся

под ней. Он без усилий смог представить себе смесь наслаждений от первого укуса: хрусткий, но нежный, острый, но богатый вкусовыми оттенками. От запаха у него потекли слюнки.

Тосты с сыром выглядели так, как должны выглядеть тосты с сыром, подаваемые в раю. Лэмберт вдруг сообразил, что в его увлеченности поставленной перед ним тарелкой есть нечто большее чем простое чувство голода. Он вспомнил предостережение Кадвала и положил вилку.

Желудок снова громко запротестовал. Он сурово приказал себе игнорировать блюдо. Осторожно он попробовал задать новый вопрос:

— А почему вы вызвали меня на стрельбу по целям, когда проект «Аженкур» уже был закрыт?

Войси отложил вилку с выражением блаженства на лице.

— Ровно столько карри, сколько нужно. Повариха действительно знает свое дело. А вы даже не попробуете ваши тосты с сыром?

— А вы не намерены ответить ни на один мой вопрос? — спросил Лэмберт.

— Хорошо. — Войси был дружелюбен. — Я вас испытывал. Проверял, искренне ли вы интересуетесь проектом. Я убедился, что это так. Ваша помощь в разработке проекта до сей поры была бесценной. И сейчас у меня есть возможность увеличить роль, которую вы можете сыграть.

— Проект «Аженкур» закрыт, — напомнил ему Лэмберт. Он вспомнил слова Стоу. — Если только вы не занялись каким-то побочным его направлением.

— Это ваши собственные слова, Сэмюэль? — Похоже, что такое предположение позабавило Войси. — По правде говоря, так и есть. То направление, в котором я надеюсь заручиться вашим содействием, на более теоретическом уровне. Но вы не дотронулись до чая, и, наверное, я могу угадать причину. Я знаю, что гораздо больше подходит к тостам с сыром. — Войси позвонил, вызывая повариху. — Пинту эля моему другу Сэму, будьте любезны. — Обращаясь уже к Лэмберту, он добавил: — Тут вдоволь еды и питья, рад вам сообщить.

Когда перед Лэмбертом оказалась пинта эля, он нашел это зрелище зачаровывающим. Это был обычный стакан, однако в нем коричневый эль ловил лучи солнца и приобретал красновато-золотистое свечение. Даже не притрагиваясь, Лэмберт знал, что стакан окажется прохладным на ощупь, но не слишком холодным. Не годится убивать вкусовые оттенки. Он даже знал, каким будет ощущение от прикосновения тонкого слоя пены к губе при первом глотке — мимолетный поцелуй перед покалывающим язык напитком.

Лэмберт с трудом оторвал взгляд от стакана и решительно устремил его на Войси.

— Спасибо, не надо.

— А что я могу предложить вам взамен?

Любезность Войси не знала границ. И, похоже, терпение его было бесконечным.

— Спасибо, ничего. — Желудок Лэмберта снова протестующе заурчал, обнаруживая всю лживость его слов. Лэмберт не стал обращать на это внимание. — Я бы предпочел выслушать ваши объяснения полностью.

— Какой вы настойчивый. — Войси был воплощением благожелательности. — Вам известно, что цель проекта «Аженкур» — это создание оружия. Наши враги создают армии и военные флоты Мы отвечаем тем же. Но армии и военные флоты существуют уже много веков. В этой гонке победить невозможно. Финишная прямая не зафиксирована. — Войси позволил себе еще несколько глотков. — Нам необходим новый вид оружия.