Чтение онлайн

— Слушание от третьего июля две тысячи второго года объявляется открытым. Разбирается дело… — заговорил Министр спокойным голосом, так не похожим на голос Корнелиуса Фаджа, судившего в свое время Гарри. Неожиданно для себя самого Гарри облегченно вздохнул при мысли, что с таким судьей у Малфоя определенно больше шансов выйти отсюда свободным, чем если бы на его месте по–прежнему восседал Фадж со своей жабой Амбридж. Или нет? Кажется, Малфои были дружны с бывшим Министром? А, Мерлин, да ему-то какая разница?!

Кингсли как раз закончил перечислять состав судей.

— Впаяли бы ему лет сто

без права на амнистию, — мечтательно разорялся голос Рона где-то на периферии сознания. Гарри слышал его постольку поскольку, все его внимание было приковано к его бывшему врагу. Тот, казалось, и не слушал состав своей вины.

— Подсудимому вменяется в вину следующее: попытка убийства директора школы чародейства и волшебства Хогвартс Альбуса Дамблдора восьмого июня тысяча девятьсот девяносто девятого года; намеренное сокрытие от Министерства фактов, касающихся вышеупомянутого убийства, а также дача ложных показаний по этому делу в нескольких судебных слушаниях того же года. Сговор с последователями Темного Лорда, называющими себя Упивающимися Смертью, а также целиком и полностью осознанное, продуманное и трезвое намерение вступить в их ряды. Неправомерное применение противоядия от сыворотки Веритассерум с целью запутывания следствия. Неправомерное использование непростительных заклятий, направленное против авроров Министерства, членов организации, существовавшей под названием Орден Феникса, а также мирных волшебников и магглов. Пособничество Упивающемуся Смертью Люциусу Малфою и организация в августе две тысячи первого года побега из тюрьмы Азкабан…

Гарри сглотнул. Ничего себе списочек! Да за такое впору сразу к дементорам — и на тот свет! Гарри сам не заметил, как сжал кулаки и затаил дыхание.

— Круто, — лаконично ввернул Рон. Кажется, серьезность обвинения повергла его в шок.

— Вы Драко Люциус Малфой, проживающий по адресу графство Уилтшир, город Траубридж, родовое поместье Малфой–Мэнор?

— Да, — сказал Малфой чужим голосом.

— В июне двухтысячного года вы закончили обучение в школе чародейства и волшебства Хогвартс на факультете Слизерин?

— Да.

— С отличием по всем предметам и превосходной рекомендацией декана вашего факультета Северуса Снейпа?

— Да.

— Признаете ли вы себя виновным по каждому пункту обвинения?

— Нет.

— Признаете ли вы, что восьмого июня девяносто девятого года вы присутствовали в Астрономической Башне школы Хогвартс?

— Нет.

Гарри вздрогнул. Как это нет?

— И вы не угрожали Альбусу Дамблдору смертью?

— Суд в составе прежней коллегии оправдал меня по всем пунктам дела Дамблдора, — произнес Малфой так, словно эта фраза была им заучена. — Не вижу смысла заводить старую песню. Я никого не убивал.

— Министр, — встряла сидящая по правую руку Кингсли волшебница. — Суд в составе прежней коллегии постановил, что убийство Альбуса Дамблдора было делом рук Северуса Снейпа, который преподавал в Хогвартсе, а затем занимал место директо…

— Я знаю, кто такой Северус Снейп, — спокойно перебил Министр. — И я так же знаю, что совершить это убийство было поручено мистеру Малфою. Мы не разбираем сейчас причины, помешавшие мистеру Малфою выполнить задание. Мы всего лишь констатируем тот факт, что приказ

Волан-де–Морта действительно имел место быть.

Малфой сжал челюсти.

— Протестую, — сказала волшебница. — Приказ не имеет значения, если не доказано, что была попытка его выполнить. А поскольку это не доказано…

— Почему же не доказано? — вдруг заговорил Моуди своим обычным густым, рычащим басом. — Драко Малфоя видели выбегающим из Астрономической Башни восьмого июня во время битвы, как раз спустя несколько минут после того, как был убит директор Хогвартса.

— Это ложь, — изрекла волшебница. — Нет ни одного свидетеля!

— Я бы не был столь категоричным, защитник Бесингейл. Свидетели имеются. Более того, один из них сейчас находится в этом зале.

У Гарри кровь застыла в жилах. Ах ты, подлый старый интриган! Стажировка, да? Задание по практике? Да он же знал, что я ни за что на свете не стану выступать свидетелем обвинения — да еще против кого? Против Малфоя?! Знал, что я скорее умру, чем встану на сторону Министерства!

— Неужели? — напряженно осведомилась волшебница. — И кто же он?

— Гарри Джеймс Поттер.

По залу прокатилась волна возбужденных голосов. Волшебники начали озираться по сторонам, кто-то даже приподнялся с кресел. Под ошарашенным взглядом Рона Гарри совершил жалкую попытку съехать с сиденья и вдруг наткнулся на взгляд Малфоя. Тот смотрел прямо, не мигая. Два осколка льда вместо глаз. Впервые за все время его лицо дрогнуло и исполнилось такого отвращения, что Гарри почувствовал, как к горлу подступает тошнота.

— Он вызван в качестве свидетеля? — спросила Бесингейл, не поворачивая головы.

— Что-то не вижу его имени, — сказал Министр, просматривая длинный пергамент.

— Нет, — отмахнулся Моуди. — Он здесь в рамках стажировки в Академии. Я являюсь инструктором по практике в его группе, не более. Но если возникнут трения по вопросу присутствия обвиняемого на месте преступления, то с разрешения Председателя мистер Поттер вполне мог бы дать показания.

— Протестую, — сказала Бесингейл.

— Протест принят, — отозвался Министр. — В следующий раз, обвинитель, продумывайте свою тактику заранее. Не устраивайте в суде балаган.

— Хорошо, — Моуди откинулся на спинку кресла. — Можете продолжать.

— Итак, мы выяснили, что приказ об убийстве действительно имел место, — заговорил Министр после минутной паузы. — Это доказывает, что обвиняемый напрямую подчинялся Темному Лорду.

— Протестую, — воскликнула Бесингейл.

— Опять? — проворчал Моуди.

— Отклоняется.

Гарри на некоторое время потерял нить событий. Моуди не заставил его выступать в суде — что ж, похвально. Гарри содрогнулся от одной мысли, что ему, неподготовленному, вот так, от балды пришлось бы отвечать на вопросы… Что бы он сказал? "Да, я видел, как Малфой угрожал Дамблдору? Да, я видел, как он убегал вместе с Упивающимися и Северусом Снейпом? Да, он виновен во всех приписываемых ему преступлениях, и даже несмотря на отсутствие прямых улик, арестуйте его и упеките в Азкабан, потому что он чудовище, такое же беспощадное, как его отец? Арестуйте просто потому, что Я так сказал! Мне виднее, чем всем вам, ибо я знаю его в тысячу раз лучше…"? Или нет?