Хранители: Город Сновидений

Пролог

Эти выходные мы должны были провести вместе. Я и мой папа, без этой ужасной, придирчивой леди Кристоф, как она требует, чтобы я ее называла, и ее назойливого сыночка Кая, из-за которого я всегда остаюсь дома под домашним арестом.

– Кристоф, это же ее день рождения, пусть поедет с нами, – упрашивая, говорил мой отец, Розов.

– Нет уж, сначала пусть извинится за свое поведение, - сказала леди Кристоф.

– Я лучше останусь дома, чем поеду с такой семейкой, - это было действительно так, я лучше

проведу свой 15-ый день рождения дома, в уютной библиотеке возле камина, где меня никто не побеспокоит, чем с леди Кристоф и ее сыночком Каем.

– Вот видишь, Розов, она сама хочет остаться, - пытаясь скрыть довольную улыбку, сказала Кристоф, - Мы тебя будем ждать в машине, - обращаясь только к нему, сказала она и нетерпеливо убежала к выходу, будто растворилась в плохо освещенной комнате.

Кай, тем временем, ехидно улыбаясь, со всей силы хорошенько наступил мне на ногу. И на прощание прошипел своим голосом: "С Днем Рождения, сестренка! " После чего сразу же вышел из комнаты.

Наглость этого мальчишки меня всегда поражала. Ему было всего 9 лет, а наглости в 10 раз больше. Он был блондином, с густыми волосами, как и его мать. Низким, худым, с голубыми глазами и с отвратительной улыбкой, от чего хочется хорошо врезать по роже. Его мать была такая же, как и он, во всех смыслах этого слова. Только кое-что отличалось. Пухлые губы, грудь третьего размера и высокий рост.

Теперь мы остались вдвоем, я и мой отец. Такое бывает редко, только на мое день рождения, когда он по обычаю, который устроила мама, дарит мне книгу. Это является моим единственным и самым прекрасным подарком.

Раньше, когда моя мама Лили была жива, мой отец был счастлив, всегда улыбался, шутил и играл со мной. Помню мой 6-ой день рождения.

Мама и папа радостно вошли в комнату, в которой всегда цвели розы и пахло мамиными духами. Мама несла торт, который был очень аппетитным и пахнул взбитыми сливками, на которых было 6 свечек и надпись "С Днем Рождения, Энни". Папа же нес книгу, которая стала моей любимой и которую я читала каждый год по несколько раз. Что ж сказать, вся в отца. Он был у меня писателем, много времени проводил в библиотеке, что тоже передалось по наследству мне. Он много читал и всегда рассказывал мне сказки на ночь , которые я помню наизусть. А от мамы мне передалась внешность. Те же густые реснички, карие глаза, тонкие губы, слегка торчащие уши и чуть-чуть вытянутое лицо. Темно-каштановые волосы и ужасные кудряшки, которые явно не от нее и не от отца. Просто не справедливо, у мамы были длинные шелковистые волосы и совсем не посеченные, не то, что у меня. Мама говорила, что у моей прабабушки были такие, но и то, не настолько кудрявые. Меня же из-за них леди Кристоф называет пуделем. Но с годами привыкаешь к ее вечной придирчивости и начинаешь не обращать внимание на ее слова.

***

Находясь в плохо освещенной комнате, мы смотрели друг на друга. У папы были печальный взгляд. Его коричневые волосы сливались с обоями на стене. Деревянный пол слегка скрипел под моими ногами и чтобы прекратить столь неприятный звук, я отошла к окну. За оком шел дождь. Сколько я помню на мое день рождение всегда шел грибной дождь, но в этом году отличился, был ливень. На деревьях опадали последние листья, и голые ветки колыхались во все стороны под сильным напором ветра.

–

Энни мне жаль, что твое день рождение испорченно... – начал папа виноватым голосом.

– Пап, я тебя не виню,- это было действительно так. То что леди Кристоф и ее сын уезжает веселиться мне было только плюсом.

– Правда?
– заинтересовался отец.

– Честное слово. Причем, скоро ко мне придет Кэт, и мы отметим мое день рождения. А они бы только все испортили, - призналась я.

Кэт была моей единственной и самой лучшей подругой, которая никогда не забывает про мое день рождение. Каждый год мы весело праздновали это событие уходив в кофе находящееся неподалеку от моего дома.

– Ну, что ж, хорошо. Только я, кажется, что-то забыл...
– заинтриговал отец.

Сейчас, по обычаю, он подарит мне книжку.

Отец подошел к столу, открыл первый ящик и вытянул оттуда что-то в синем мешочке. Конечно, это была книга, но на этот раз он нес и шкатулку. Интересно, что там.

– Вот это тебе,- сначала он протянул шкатулку,- твоя мама хотела, чтобы ты его носила.

Я открыла шкатулку с интересом и увидела там небольшой ключик на серебристой цепочке. Ключик был тоже серебристый и с очень красивыми узорами, на которых были маленькие камушки, на вид настоящие.

– Какой красивый, - восхищенно сказала я, все еще смотрела на ключ, - а что это за камни?
– уже смотря отцу прямо в его ярко выраженные зеленые глаза, спросила я.

– Лунный камень, - он сделала небольшую паузу, и тут же продолжил, - твоя мама всегда его носила, некогда не снимала и очень берегла. Она сказала, что он тебе очень поможет, Энни.

– Но как?
– не понимая о чем он, спросила я.

Отец подошел ко мне и крепко обнял. Он был высоким, широкоплечим, с зелеными янтарными глазами, в которых можно было утонуть, но при этом они были печальными и усталыми, хотя раньше было все по-другому. Раньше они озаряли радость, а теперь грусть. Его волосы были темно-коричневыми, короткими. Лицо вытянутое, скулы четкие.

– Ты сама скоро все узнаешь - шепотом сказал он.- Береги себя.

– Пап...
– я хотела спросить, что он хочет этим сказать, но услышала:

– Мне уже пора, а то Кристоф будет опять кричать, - Розов шел уже к двери, - С Днем Рождения, Энни, - и тут же исчез, оставив меня совсем одну.

Я сама не заметила, как в моих руках оказалась книжка, завернутая в мягкую ткань, шкатулка и ключик на цепочке, который, по словам моей мамы, должен мне помочь, но в чем?