Чтение онлайн

В коридоре послышался неожиданно громкий перезвон колокольчиков. Выглянула из комнаты. Оказывается, нас позвали в столовую. Быстро накинула алую мантию и увязалась за другими студентами, стараясь не отставать от группы таких же, как я, первокурсников.

Столовая удивила поразительным разнообразием предлагаемых блюд. Тут были и супы, и второе, и даже десерты! Нагрузила себе на поднос всего помаленьку, стараясь брать не слишком много, чтобы еда не оставалась и не пропадала. А

теперь куда? Пока выбирала направление, все столики заняли, и сесть оказалось некуда.

— Новенькая-универсал? — донеслось с дальнего стола. Посмотрела в ту сторону. Мне махала рукой какая-то конопатая растрепанная девчонка, мило улыбалась и звала за свой столик. Улыбнулась в ответ и пошла к ней.

— Привет! Я Лайза! — сразу представилась она, освобождая мне место. — Это Дори, — указала на еще одну сидящую с ней девушку.

— Нови, — представилась, осторожно присаживаясь на стул. Я их не знаю, мало ли чего они хотят!

— Мы уже второкурсницы, но не против того, чтобы в наш коллектив влился еще кто-нибудь. Ты показалась нам весьма милой! — улыбнулась Лайза.

— Спасибо! — сказала я, быстро поглощая пищу.

— Вау! Куда ты так торопишься? Никто не отберет! — прокомментировала Дори, наблюдая за мной. Знали бы они, что это практически первая нормальная еда за неделю!

Я промолчала, а Лайза трещала как сорока, не останавливая словесный поток ни на секунду. Из бессвязной чуши, которую она вываливала на меня, удалось почерпнуть немного полезного. Например, на уроке профессора Брика садиться нужно только впереди — он это любит. У Локмана, наоборот, подальше — он ужасно кричит, если входит в раж. Не знаю, что это за преподаватели, но совету последую.

После обеда девчонки проводили меня до библиотеки и познакомили с милой библиотекаршей. Немолодая женщина мне понравилась, она выписала пропуск в читальный зал и выдала необходимые учебники. Вместе с учебниками я взяла еще пару книг, чтобы прочитать на досуге. Потом мы пошли смотреть мое расписание на неделю, которое уже должны были вывесить на стендах. Оказалось, что первые полгода мы станем заниматься расширением внутреннего источника и контролем над стихией, а вот вторые полгода перейдем непосредственно к приданию магии формы.

День выдался ужасно насыщенным и длинным, так что стоило оказаться у себя в комнате и лечь в кровать, и меня сразу унесло в далекую страну снов.

Дарниэль Рэминиэль эрст Роален

— Дарниэль! — прикрикнул отец, вызывая меня для разговора. Ну вот, сейчас опять начнется. Быстро поцеловал напоследок милую Милу, или Майю, или как там ее, не важно.

— Рэми, ты такой милый! — проворковала красотка, залезая проворными

пальчиками мне под рубашку. Под строгим взглядом отца пришлось убрать ее руки и отлипнуть от девушки.

— До скорого, — шлепнул ее по попе, выпроваживая из комнаты. — Я найду тебя, — шепнул вслед.

Понятное дело, никого я искать не собирался, скорее всего, завтра даже не вспомню, что спал с ней. Они все одинаковые. Воркуют, шепчут, делают умильные глазки, изображая из себя роковых красоток, а через пару десятков лет смотришь и ужасаешься — что осталось от былой красоты! Люди… их век недолог, что с них взять.

Обернулся к отцу, присел в кресло рядом с ним.

— Ты что-то хотел? — взял из бара бутылку скотча, налил себе немного.

— Да. — Отец отобрал у меня стакан, залпом выпил содержимое. Хмыкнул, достал еще один, налил. — Я тебе жену нашел.

Я непроизвольно напрягся. Нет, конечно, уже давно ожидалось что-то подобное. Ведь жизнь ненаследных принцев им не принадлежит. Два моих старших брата уже исполнили свой долг, заключив политически правильные брачные союзы, один я остался непристроенным.

— Когда? — задал вопрос, выпивая свою порцию скотча. Эту новость явно надо запить.

— Через год, — ответил он, прекрасно понимая, что я спрашиваю о дате официальной церемонии. — А приедет она завтра, вместе с послом дипломатической миссии. Говорит, что хочет посмотреть, как живут соседи, так что прекращай свои загулы.

— И сколько она здесь пробудет? — Даже спрашивать не хотел, принцесса какой страны пожелала со мной породниться, плевать. Все равно ведь выбора нет, так чего переживать?

— Около недели.

— Ну, неделю я смогу потерпеть, — прикинул свои возможности. Последний год свободы… надо оторваться как следует. Когда становишься Хранителем, изменять уже нельзя, иначе нарушится правильный баланс сил, который позволяет женщине иметь детей. А детей я хочу. Когда-нибудь. В далеком будущем. — Она хоть адекватная?

— Вполне, — кивнул отец, рассматривая искры огня в камине. Хотя можно было и не спрашивать: пусть он и не оставляет нам выбора в будущей жизни, но все же старается сделать эту жизнь максимально комфортной и подыскивает хороших жен.

И все равно паршиво. Прожить всю жизнь с нелюбимой женщиной, да еще в чужой стране, не имея возможности хоть на пару деньков вернуться домой…

— Хорошо. Спасибо, что предупредил, — кивнул я, намекая, что пора бы и честь знать, сваливать восвояси, но отец не спешил уходить, вальяжно развалился в кресле и глядел на мерцающий огонь. Ну и ладно; я удобно расположился в соседнем, закинул ноги на кофейный столик, плеснул себе еще скотча.

— Мы вымираем. Медленно, но верно, — неожиданно решил продолжить общение родитель. — Никто не хочет этого признавать, но это так. И виноваты в этом мы сами.