Хранитель
Шрифт:
Глаза этой женщины — старейшины Ао, смотрели на меня с каким-то философским оттенком что ли, сквозь призму прожитых лет… мно-о-огих десятилетий, если не больше, наверное! Моя интуиция вдруг шевельнулась внутри и стала шептать, что если склеить, словно картину-мазаику увиденный мною образ данной «фигуры», то результатом, ни как, не получится… внешне — эта тридцатилетняя женщина, с приятным именем Элис и знатной фамилией Ао.
— Ей в разы больше лет, если не на порядки! Глянь на ее лицо, внимательней. — Еще раз, и громче зашептало подсознание.
Верно. Отдаленно
Я тряхнул головой пару раз, кое-как очищая свой разум, однако… меня опять, против воли, плавно «втянуло» в осознание необычайно загадочного, и полного гипнотической Силы образа этой старейшины:
Элис Ао теперь появилась из тьмы, в моей голове, и это была высокая — метр семьдесят пять высотой, стройная женщина, с нежно-молочными волосами и слегка заостренным лицом, на котором как маска застыл взгляд властительницы и… палача, говорящем о ценности жизни. Она была одета в черную мантию, почти как у наших старейшин, но архаичную, с Вахирскими рунными знаками вдоль груди.
Я ощутил как пальцы ее аккуратно и медленно, процарапали мой камзол по груди, а потом встали у моего сердца, уткнув указательный палец в него.
— О! Хранитель?! Но вместилище мал'o… Унести с-сложно… Твоя голова, подойди ближе! О-о, медитации?! Ты можешь путешествовать внутри себя! Полезный талант, юноша. С-сними блок. — И она протянула руку к моей голове.
Я чувствовал, как что-то пробивается в голову. Энергия запульсировала с утроенной силой, словно борясь с окружающим мраком.
Я сконцентрировался на божественной чакре, и позволил мане струиться через себя, разливая энергию сквозь сушумну по всему организму.
Ощущение спокойствия и безопасности накрыли меня. Я ощутил себя словно светило. Полное плотной энергии! Свет шел из меня во все стороны космоса.
В сознания вспыхнула яркая искра и так же быстро погасла, оставляя инверсию после себя, расползаясь темнотой и стараясь уйти. Свет померк. Вокруг опустилась чуждая тьма!
Но я вернул искру! Хорошая концентрация способна на все. Она возвращает и свет, и форму. Я поплыл за искрой, воскресив себя красками фейрверка в чужой темноте.
Воспоминания о жизни, и теплоте Мидла. И тут я почувствовал, что рука старейшины Элис Ао прошлась по моим волосам. Указательный палец ее провел по лбу, ушел к переносице, и отпрянул.
— О! Ты еще и можешь ис-следовать! Многие постигают после жизни, ты уже видишь сейчас… любопытно. Но ты увидиш-шь тьму и не захочешь света! Уверен?
На тот момент я был в трансе и собственный голос звучал так отдаленно.
— Во тьме мечты исчезают! До них не достать… Просто тоскуешь по свету… Я вернусь, спасаясь от одиночества!
— Ха-ха! Ты такой же, как он, и не такой же — одновременно! У всего есть цена, ты знаешь?
— Кровь — это все! Мое серебро воли, а воля открывает дорогу к душе.
Я достал нож и прорезал ладонь с внутренней стороны, сжимая ее в кулак, а затем, в форму лодочки, и протянул ее старейшине Элис Ао. Страх ушел. Ни боли, ни тьмы, только Свет!
Я понял — мы, как два электрона с одним зарядом,
— Ха! В первый раз мне предлагают кровь добровольно. А я не могу взять. Столь юный Хранитель… столь уверен… Инверссия… с-сияния… сознания… И, кровь! Хорошо! Дотронься до меня своей, волей. Верно! Я дам тебе воспоминания крови. Вот так, дыши через-з кровь, спокойнее, стань кровью, юноша, растворись в ней, ты и есть сама кровь. Оно придет, темнота, во с-сне… ты понял?
— Да, — я медленно кивнул в знак согласия.
— Жаль, что уже не охочусь… столько знаний могла бы тебе передать… Ступай! Я устала.
— Да, старейшина! Спасибо, вам! — я поклонился и медленно пошел прочь, вдоль стен, словно тень, и только сейчас понял, что кровь на руке заледенела, а ладонь заросла инеем.
Чувства крутились об одиночестве и странной старейшине — Элис Ао.
Почему она здесь находится? Она тут живет? О чем ее мысли? Очевидно… ей одиноко, в столь темном месте, без света и лучей теплого солнца.
Сочувствие к этой женщине замкнулось во мне и петляло по кругу.
А тем временем позади, за закрывшейся дверью, зазвучал тихий голос, с безумными нотками:
— Ха-ха-ха! Хранитель! Какой поворот… судьбы… Ты не находишь, а?
Но ответ тишины никто не услышал.
Башня Истин. Восточная часть Школы
Утром следующего дня у старой башни Школы, в полуразобранном проеме восточной стены мягкие лучики солнца лениво игрались и ритуально зазывали яркий рассвет. Сей ритуал обыденно удался, и вот теперь они взялись щекотать шкуру этого каменного гиганта, при этом не забывая осматривать и его нутро. Слабый объемный свет тоже проник внутрь и сейчас освещал часть жилого помещения. Мягко сияя, он согревал деревянный настил пола и худую утварь сей уютной комнатульки, при этом не забывая тонко рефлексировать об оголенную кожу спящего тут человека.
Из-за внешней стены потянул слабый ветерок, пропитанный мягким вишневым ароматом и звуками утреннего сада, который тоже проснулся, признавая вхождение солнца в новый день.
Вдалеке послышалось шорканье материи и эхо шагов, поднимающихся по каменно-спиральной винтовой лестнице, извивающейся с самого низа и далеко вверх сквозь тьму. Постепенно становясь все более слышными, эти шаги подкрались к центру чрева этой сторожевой глыбы.
Незаметно скрипнула дверь, впуская холодный воздух в теплую, наполненную лучами комнату и еще сухую фигуру, облаченную в красный балахон с капюшоном, накинутым поверх головы.
Под этим капюшоном виднелось пытливое старческое лицо, полное прорезей мимических морщин, плюс пара сверкающе-пристальных глаз.
Старик медленно по кругу обошел спящего, что-то нашептывая себе под нос с раскинутыми руками, и замер напротив обрушенной части стены. Левая ладонь старика вытянулась навстречу солнцу, пропуская его теплые лучи сквозь сухие растопыренные пальцы, и отбросила тень на лицо юноши.
Вторую руку он направил на грудную клетку спящего.
Старик встал на колено у изголовья юноши и повторил жесты первой руки. Его правая ладонь легла в область сердца, и прощупала сердцебиение спящего человека, не упуская ни малейшей вибрации или звука.