Чтение онлайн

– Клянусь брамселем "Морского Змея", первый раз вижу чтобы кто-то так плавал!
– раздался удивленный возглас.
– Тем более орк! Это же просто поразительно!

К братьям подошел человек. Загорелый, почти коричневый от постоянного солнца, о довольно высокий и крепкий для человека, но все равно здорово уступал близнецам в телосложении. Волевое, четко высеченное, но вместе с тем худое лицо обтянуто шершавой кожей, а белок черных глаз покрыт десятками маленьких красных прожилок - соленый ветер, постоянно бьющий в лицо, не преминул оставить на нем отметины. Сегар уставился на него, распахнув рот: он

впервые увидел человека.

– Я Рим Ветер, боцман на вон той шхуне, - сказал человек, показывая пальцем на двухмачтовое судно у причала.
– Ты где научился так плавать?

– Не думаю, Рим, что это именно тот вопрос, который стоит задавать, - Дарр внутренне потирал руки. Ну вот, удача сама идет в руки.
– Я Дарр, это - Сегар, и у нас к твоему капитану есть дело. Очень интересное дело.

Дарр достал из кошеля огромную 'полуночницу'. Глаза человека расширились. Еще бы! Кристалл такого размера - большая редкость.

– Сожри меня Патриарх, - моряк, казалось, сейчас вскипит от возбуждения.
– Думаю, Кадам не будет против обсудить его прямо сейчас!

– Ну, тогда пойдем. А когда отправляетесь домой?

Три дня спустя гафельная шхуна "Морской Змей" вышла в Даранское море. Ей предстоял далекий путь через Карильский пролив, а там и Ларский океан в Дарах, самый большой порт Морской Империи. Капитан шхуны, Кадам Везунчик, радовался хорошей выручке: оружие, одежда пошли по хорошей мене, позволив выручить двенадцать кристаллов среднего размера и четыре большого, что представляло собой невероятно огромную сумму. В Морской Империи за такое богатство можно купить судно, притом не намного хуже его собственного! Последний из больших кристаллов почти даром достался: взяли на борт двух орков пассажирами, с уговором довести до Дараха и сотню золотом отсыпать. Да, необычно - лишь несколько раз на землю Аурлидара ступала орочья нога, но принесенная орками огромная "полуночница" удовлетворяла любопытство не хуже ответов. За такой кристалл Кадам перевез бы в трюме весь орочий табор, и писка не издав. Наказал матросам не болтать лишнего, да и взял на борт. Не стеснят.

Капитан набрал воздуха в легкие.

– Поднять паруса!

Отозвавшийся Рим начал осыпать команду отборными ругательствами. 'Морской Змей' шел в океан.

Нилайх, Синий Домен Девятимечья

Бхирра, столица Абхикарры

Два месяца спустя

Свет свечи отбрасывал на стены тесной комнатки причудливые тени. Они лежали совершенно неподвижно - пламя стояло ровно, не колеблясь. В комнату не проникало и сквознячка; толстые стены и лежащее на них заклятье полностью отгораживали каменный мешок от внешней среды, обеспечивая лежащему на невысоком топчане абсолютный покой. Глубокий транс требовал глубокой сосредоточенности, и достичь ее проще всего здесь, в специальной комнате.

Хранительница все глубже погружалась в глубины медитационного транса; если бы кто-то сейчас наблюдал за Ирой, он мог бы решить, что она мертва: кожа приобрела неестественную бледность, сердце билось едва-едва, сокращаясь лишь пару раз в минуту.

Но в комнате для медитаций Ира находилась

одна - посторонних в столь сокровенный процесс не допускал никто. Нира же, Извращающего Горести, Ира уже считала за часть себя.

– 'Хватит,' - прозвучало в глубине сознания.
– 'Ира, возвращайся!'

Лежавшее без движения тело начало подавать признаки жизни: грудь стала размеренно подниматься, сердце забилось отчетливей и чаще, а кожа приобрела нормальный оттенок. Ира открыла глаза, приподнялась, и села на топчан. Голова еще немного кружилась от долгого транса, но постепенно все приходило в норму и головокружение ослабевало. Ну может хоть на этот раз?

– Ну что?
– Хранительница поднялась на ноги.
– Получилось?

– 'Мне жаль,' - сказал Нир.
– 'Ничего, не унывай, мы попробуем еще.'

Ира невольно скривилась от обуявшего ее бешенства. Задрало уже! Два месяца в лучшем магическом заведении Нилайха, а она так и не научилась классической, самой обыкновенной магии! Хранитель Меча Предела, будущий Владыка, все это множество титулов... чего оно стоит, если до сих пор она неспособна ни на одно заклинание, не в силах даже связать простейший заговор?! Просто курам на смех!

– 'Ну-ну, не нервничай, милая,' - сказал Нир.
– 'Мы обязательно разберемся'.

Да не пытайся ты меня успокаивать! Вроде бы я не вижу сама, что к чему?! Уже разобрались, блин! Ира, со злости разорвав свечу на мелкие части длинным шипом, сотканным из мельчайших частичек Меча Предела, вышла в длинный коридор, ведущий на улицу. Сколько раз уже приходилось шляться по менталу, пока ты препарируешь мое тело? Пять? Шесть?

– 'Шесть. И будем делать это столько, сколько нужно!'

Шесть раз, Нир, шесть! А ведь ты обещал справиться максимум за два! Вот скажи честно: есть у тебя хоть какая-то уверенность, что это чем-то поможет? Быть может, тело не виновато, что заклинания не срабатывают? Быть может, дело во мне?

– 'Нет, не может быть. У Духа Предела не может быть проблем с магией,' - уверенно произнес Меч Предела.
– 'Это могут быть лишь последствия твоего необычного перехода, и причина определенно кроется в твоем теле.'

Надеюсь, ты прав. Коридор закончился дверью, из-под которой в темноту пробивалась ярко-голубая полоска солнечного света. Ира прикрыла глаза и попыталась представить себе, что эта полоска желтая, но у нее не получилось. Почему? Два месяца в этом мире, и она уже не может вспомнить родное Солнце. Мамино лицо совсем стерлось из памяти, и даже чтобы вспомнить папу, приходилось прилагать усилия... Почему? Слышишь, железный?

– 'Потому, что сейчас ты дома. А тогда ты была в чужом для тебя месте,' - ответил Извращающий Горести.
– 'И после того, что мы совершили неделю назад, можешь уже перестать называть меня железным.'

Ира улыбнулась и открыла дверь. Яркий свет ударил по глазам, привыкшим к темноте комнаты. Хранительница прикрылась ладонью и зажмурилась. Да, смогла она удивить Меч Предела... Нир трое суток обдумывал предложение, но так и не нашел никаких изъянов в идее. Ира предложила Мечу Предела разделиться на тысячи мельчайших частиц и свободно циркулировать по ее телу, пользуясь для этого кровеносной системой.

– 'А что ты хочешь? Ты у меня первая такая...'

Какая, железный? Умная? Смелая?