Чтение онлайн

Тем временем к ним на помощь пришел один из братьев, и гайка подалась со ржавым скрежетом. Ринн продолжал орудовать ключом до тех пор, пока гайка не соскочила с резьбы и не откатилась в сторону. Тогда он схватил тяжелый деревянный молоток на длинной рукоятке и несколькими ударами вывел большую шестерню из зацепления с малой, а затем сшиб ее с вала.

Как только зубцы передачи прекратили цепляться друг за друга, механизм внизу остановился. Только стальной вал продолжал крутиться вхолостую, стремительно наращивая обороты. Теперь, когда лязг металла затих, стало слышно, как высоко

над их головами гремят лопасти крыльев мельницы.

— Превосходно! — заорал Керил, но Ринн покачал головой.

— Нет, все это очень легко починить.

— А это что такое? — встревожился фермер со шрамом.

Раздался грозный гул, и вся постройка содрогнулась. Механизм насоса под их ногами снова начал вращаться, но уже в обратную сторону.

— Торопитесь! — вскричал Ринн и с трудом приподнял тяжелую шестерню, которую он снял. — Это вода из колодцев и тоннеля пошла обратно и давит на крыльчатку насоса. Если мы скинем эту шестерню в работающий механизм, мы надолго выведем его из строя.

Совместными усилиями шестеренку подкатили к провалу в дощатом настиле и сбросили вниз. В механизме что-то страшно заскрежетало, и в воздух взлетел фонтан горячих искр. Затем еще раз, и еще, и Ринн скинул туда же гайку. С душераздирающим скрежетом и лязгом механизм снова остановился, и его стало заливать быстро прибывающей водой.

— Уф-ф! — выдохнул Керил не без удовольствия. — Вот теперь-то, наверное, все. Мы сделали это!

— Теперь нам осталось только повторить все с самого начала, — устало сказал Ринн. — Еще три раза.

Один из братьев выглянул в узкое окно и повернул к ним бесстрастное лицо.

— Если мы не поспешим, — заметил он ровным голосом, — нам придется выбираться отсюда вплавь.

И верно. Вся вода, которая должна была быть поднята наверх тем ветряным насосом, который они остановили, теперь растекалась по поляне. Конь Керила, флегматичный и хорошо обученный, покорно стоял в воде уже по самые бабки. Увидев эту картину, Керил снова прибег к богохульству.

— Если мы не поторопимся, моя лошадь утонет! — прорычал он.

И они заторопились.

Арлин и Мартен галопом мчались вдоль подножья гор, направляясь к Морскому проходу. Утренний туман уже почти исчез под лучами солнца, и только в складках рельефа всадников и коней опутывали его молочно-белые, соленые языки. Казалось, даже лошади рады возможности поразмять ноги. Серый жеребец Мартена то и дело взмахивал хвостом и издавал короткое радостное ржание.

Как только армия прибыла на место, Мартен немедленно послал отряд солдат, чтобы усилить охрану тропы. Теперь, как ему казалось, пришло время своими глазами взглянуть на армию противника.

На самом деле он решил предпринять эту вылазку ради Арлина. Беспокойному молодому южанину было бы полезно отвлечься, да и сам Мартен, не в силах сложа руки дожидаться возвращения отряда Керила и Ринна или прибытия короля, решил предпринять эту маленькую вылазку. Эрл, впрочем, настоял на том, чтобы оба надели легкие доспехи — шлемы и кирасы — и захватили с собой арбалеты и мечи.

Отлогие, поросшие травой предгорья постепенно сменились крутыми, источенными ветром скалами.

В этом месте высокие Серые горы потихоньку становились ниже, сбегая в море и превращаясь в небольшие, лишенные растительности необитаемые островки, которые грядой уходили далеко от побережья. Здешние утесы были не так высоки, как те, что формировали главный Виннамирский хребет, и до слуха двух всадников доносились крики морских птиц, которые отважно ныряли за добычей в холодные воды Западного моря. Вскоре сквозь остатки тумана показалось и само море — неприветливое, серо-зеленое, неспокойное. Оно находилось теперь гораздо ниже тропы, по которой ехали Мартен и Арлин.

На каменистой горной дороге Мартен придержал коня, и Арлин последовал его примеру. Никто не ждал их появления, и Мартен остановился около одной заставы, выговаривая пожилому командиру отряда за невнимательность. Пока еще ни один неприятель не нашел обходного пути, чтобы провести свои войска через горы, однако Мартен знал, что когда-нибудь все случается в первый раз.

— Привет, Марта! — донесся крик откуда-то сверху, и Мартен, задрав голову, помахал рукой знакомому стражнику, который смотрел на него сверху вниз с какого-то каменного уступа. Затем оба поехали дальше по тропе.

— Давай снова проберемся на ту же самую скалу, — предложил Арлин. —

Оттуда открывается потрясающий вид.

Мартен покачал в ответ головой:

— Нет, впереди есть одно местечко, которое послужит нам ничуть не хуже.

Может быть, оттуда открывается не такая красивая панорама, зато оно гораздо лучше защищено.

Достигнув дальнего конца узкого ущелья с крутыми скалистыми стенами, по дну которого шла дорога, они спешились и спрятали коней в зарослях колючих вечнозеленых кустарников, которым посчастливилось найти немного земли, чтобы пустить корни. Затем Мартен провел своего спутника по разрушенной непогодой тропе, которая огибала восточную стену, а затем спустился по крутому склону, оканчивающемуся каменистой площадкой. Там возвышалась целая груда крупных валунов. Укрывшись за ними, можно было наблюдать за дорогой, а заодно видеть почти всю равнину.

— Боги мои! — пробормотал Мартен, чье внимание немедленно было приковано раскинувшимся на равнине лагерем.

Далеко, насколько хватало глаз, по всему плато были расставлены палатки и шатры армии Роффо. Теперь их было гораздо больше, чем в первый раз, примерно месяц назад. Теперь палатки стояли много плотнее друг к другу — все, кроме аккуратных белых павильонов, которые появились на самых подступах к Морскому проходу. Повсюду между палатками суетились тысячи людей, которые с этого расстояния походили на муравьев.

Арлин пристально следил за движением солдат внизу.

— Как ты думаешь, — спросил он внезапно, — добьются ли чего-нибудь Керил и Ринн?

— Не хотелось бы чрезмерно на это рассчитывать, однако армию, которая страдает от нехватки воды, победить гораздо легче.

— Может быть, нам следовало поехать с ними?

Мартен пожал плечами.

— Кто знает? — в его голосе прозвучали сожаление и сомнение. — У нас были другие неотложные дела. К тому же, если им понадобится помощь, они вернутся.