Хранитель клада
Шрифт:
– Да не похудела она, не бойся!
– сказал я ему.
– И через канализацию не уйдет. Я не пущу.
Бурый молча вышел в прихожую, затворив дверь, а блондинка вошла в салон. Но там Бурый поступил по меньшей мере странно - бесшумно установил стул у самой двери, чтобы слышать разговор женщин, буквально прижимаясь щекой к щели.
Дура моя просто расцвела. И защебетала, и защебетала:
– Рада вас видеть, садитесь, будьте как дома! Чайку? Кофейку?
– Кофе, если нетрудно, - тихо сказала гостья.
– Я третью ночь не спала и ничего
– Конечно, можно! Вам с сахарком? С печеньицем? Печенье у меня не покупное, сама стряпаю. А можно с бренди.
Да, стряпать она умела, это я знал точно. Она приносила с собой домашние салатики и котлетки. И печенье, разумеется. Она пробовала разные рецепты и обсуждала их по телефону. В хороших мужских руках дуре цены бы не было - сидела бы дома и обихаживала мужа и деток, для этого лишний ум даже вреден.
– Нет, спасибо, я без бренди, - скорбно произнесла гостья.
– Мне Вера Корчагина сказала, что вы все можете. Если не вы - то уж никто не сможет.
– Ну, это Верочка мне польстила, - с тихой радостью возразила Машка.
– Я многое могу, это правда, я хорошие курсы окончила, диплом с отличием получила. Я даже авторские техники разработала. Приворот на окурок, например. Раньше, скажем, привороты делали на вынутый след. А как ты его из асфальта вынешь? Или там на пряник - а кто их теперь покупает? А окурки - они везде! Вы мне оку-рочек его принесите, а я поработаю, и никуда он от вас не денется.
Гостья слушала с отрешенным видом, возможно, даже не понимая смысла всей околесицы.
– Я знаю, это дорого, - прошептала она, - но у меня есть деньги, я заплачу, только помогите мне.
– Да что хоть случилось? Погодите, не говорите, я сама скажу!
– воскликнула дура, вообразившая себя сейчас по меньшей мере мадам Ленорман.
Она быстро раскинула карты и, бормоча, стала их перекладывать с места на место.
– Десятка бубен, семерка пик - опасное путешествие… - как бы сама с собой беседовала она.
– Ого! Девятка пик, ну, это совсем некстати… Послушайте, вы недавно были на похоронах…
И слепая курица порой зерно находит. Гостья наша выглядела так, будто действительно явилась прямо с кладбища, где ее перекормили всякими успокаивающими снадобьями.
– Да, была!
– подтвердила она.
– Близкий человек? Он?
– догадалась моя дура. А по кому же еще, как не по «нему» женщина так убивается?!
Тут гостья соскользнула с кресла и опустилась перед моей дурой на колени.
– Я все для вас сделаю, все вам отдам, только помогите! Мне Вера сказала - вы умеете! Вы ей делали! Вызовите его! Хоть на минутку!
Вот оно, подумал я, вот оно - и ведь моя дуреха не сумеет ей отказать. Вот она, беда.
– Его?
– переспросила дура, тыча пальцем в карту.
– Его! На минутку! Мне всего два слова ему сказать!
– Вы с ума сошли!
– строго ответила дура.
– Какие еще два слова? Не нужно ему никаких ваших слов, не тревожьте его! Умер человек - и умер! Надо же,
Беда, беда, твердил я. Такие прозрачные блондинки умеют настоять на своем. А когда зазыв с того света делает даже опытный маг, к нему в гости может пожаловать, прикинувшись светлым образом, такая гнусная сущность, что от нее потом всю жизнь не отвяжешься. Это мой дом. Я тут прожил шестьдесят шесть лет телесной жизни, в конце концов! Я имел право тут остаться! Только я имел это право! Выживать, выживать, пока они чего-нибудь не натворили…
– Но вы же Вере показали первого мужа!
– воскликнула гостья.
– Ну, мало ли что я ей показала? Выпили обе, нас понесло! Верка столько на грудь приняла, что ей и полотенце за мужа сошло.
– Какое полотенце?
– Так мы же его в бане вызывали, там в углу длинное полотенце висело, Верка как заорет - смотри, смотри, пришел! А я ей - дура, стой, не выходи из круга!
– Но он ей важную вещь сказал.
– Я ей сказала! А потом у нее все в голове спуталось, она и решила, что это с ней полотенце беседовало. Утром просыпаемся, у обеих бошки трещат, во рту скотомогильник, было что-то, а что - хрен вспомнишь!
Дура говорила правду, и я в какую-то минуту поверил, что все обойдется. Нет, проклятая блондинка знала, чем ответить на правду!
– Вы не думайте, у меня деньги есть! Я заплачу! Вера сказала, что вы дорого берете, мне все равно, только вызовите его!
Дура моя остолбенела. Она пыталась вспомнить, когда это и с кого дорого брала. Но слово «деньги» прозвучало в первый раз - и плохо будет, когда оно прозвучит трижды.
Тем не менее она пыталась сопротивляться.
– Миленькая вы моя, он там, не знаю где, уже давно знает все, что вы хотите ему сказать. Не надо этого, понимаете? Мы с Веркой выпили, дурака валяли, а вы и поверили!
– Нет, Вера все точно рассказала - как он на пороге топтался, в дверь вошел, к кругу подошел, руки тянул, а войти не мог! Я даже знаю, как вы по бане ключи разбрасывали! Я даже знаю, зачем вы их разбрасывали!
Ключи? Это интересно. Если дура знает какие-то приемы работы с ключами, надо их выпытать…
– Ну и зачем я их разбрасывала?
– спросила она.
– Вам же при зазыве злые духи помогали. Так если чего не получится и придется убегать, чтобы их отвлечь. Пока они будут ключи собирать, вы успеете выскочить и дверь закрестить! Что, не так?
Не то, не то, подумал я, при чем тут злые духи? Ключи разбрасывают, скорее всего, чтобы подманить другие ключи. Есть ключи-мужчины и ключи-женщины, но это не каждый видит.
Ключ от моего сундучка - мужчина, значит, приманивать его нужно на женщину. Я уже собрал целую связку, но женщин там - всего две… Однако если она станет разбрасывать ключи, то они приобретут магические свойства, и их души станут моими. Ключики эти будут мои, мои, мне их нужно прибрать к рукам…
– Все так… - печально согласилась дура.
– А, если не секрет, как вас зовут?