Чтение онлайн

– Я не замужем, Магистр. Это – ее высочество Фирелла, принцесса Цитиона, а я – ее воспитательница.

– Дочка Норрена! – изумленно произнес Магистр. – Сама ездит в лавку?!

– Я отговаривала ее, но она настаивала, – смутилась Алитея. – Она хочет сама выбрать себе игрушки. Я спрашивала разрешения у его величества, он удивился, но не отказал.

– Хозяин лавки вышел за товаром. Надеюсь, вам не покажется неприятным, что он невольно заставил вас ждать. – Магистр указал на полки:

– Ее высочество может пока посмотреть игрушки.

– Нет-нет,

мы не торопимся, – поспешила заверить его Алитея. – Принцесса никогда не бывала в лавке. Ей будет интересно побыть здесь подольше.

Альмарен не прислушивался к разговору Магистра и дамы, хотя заметил, что она подошла поближе к Магистру и о чем-то бойко болтает, кокетливо поблескивая глазами, а его друг только смущенно усмехается. Внимание Альмарена поглотила эта белолицая высоколобая девочка в одежде придворной дамы, стоящая посреди лавки. Альмарен помнил сестер и их подружек, поэтому его поразило несходство их беспечных детских рожиц и взрослого, сосредоточенного выражения ее лица. Ее светлые волосы, гладко зачесанные назад, были заколоты на затылке и спускались на спину длинными локонами. Эта прическа, резко выделяющая малейшие недостатки внешности, очень шла правильному, точеному лицу девочки.

В девочке не было обычной детской подвижности – она стояла замерев, как кукла, и только пристальный взгляд ее широких светлых глаз переходил с предмета на предмет, как бы впитывая в себя и цветы, и птиц, и, зеркала, и полированные деревянные украшения. Даже плавный наклон или поворот ее головы казался Альмарену значительным событием в мирке ее отношения к окружающему. Альмарен с сочувствием замечал ее длинную шейку, тоненькое тельце, стянутое тяжелым придворным платьем, и думал: «Какой она еще ребенок! В этом платье, пожалуй, не порезвишься». Он увлекся наблюдением и не сразу почувствовал, что она смотрит прямо на него.

Ему стало не по себе от этого взгляда. Ее глаза будто бы изучали, впитывали его, как игрушку или цветной рисунок на стене. Чтобы сгладить неловкость, Альмарен дружелюбно улыбнулся ей. Девочка не ответила улыбкой, но ее глаза приняли иное, мягкое выражение, и Альмарен понял, что его признали как друга. Он подошел к девочке и спросил:

– Ты здесь, чтобы купить что-нибудь, да? – Ее ресницы чуть шевельнулись.

– Мне нужна игрушка. Самая лучшая, особенная игрушка, – тихо сказала она. – Они не знают, что мне нужно. Я сама пришла купить.

– Смотри, какие куклы! – улыбнулся ей Альмарен, – Лучшие куклы в Келаде. Они моргают ресницами и… – Он запнулся, потому что не разбирался в куклах. – …мяукают, что ли.

– Не хочу. У меня таких много. Я хочу настоящую игрушку.

– А украшения хочешь? – слегка растерялся Альмарен. – Бусы, браслеты…

– Нет. Они холодные и тяжелые.

Девочка выжидательно смотрела на него, и Альмарен почувствовал необходимость что-то для нее сделать. Он осмотрел полки, но ничего не нашел.

– Сейчас придет мой отец и найдет тебе то, что нужно, – сказал он девочке. – Подождешь?

Она

утвердительно опустила ресницы, снова подняла их и пристально взглянула на Альмарена.

– А кто ты? – спросила она. Альмарен не сразу понял вопрос.

– Как кто? Я – это я. Альмарен.

– Нет. Что ты делаешь? Ты продаешь игрушки?

– Это мой отец их продает, а я не умею. У меня другие дела, я – маг.

– Маг? – Глаза девочки раскрылись еще шире. – Маги не такие, маги старые.

– Почему старые? – засмеялся Альмарен. – А я вот – молодой. Я так много занимался магией, что забыл состариться.

Широкие светлые глаза выражали недоверие. Альмарен вспомнил про духа и вытащил его из кармана.

– Смотри. – Он показал ей фигурку. – Это сонный дух. Если поставить его рядом с изголовьем, погладить, вот так, и загадать сон – этот сон обязательно приснится ночью. А можно просто попросить его, чтобы показал во сне сказку, – и он покажет.

– Он хитрый? – спросила девочка, внимательно рассмотрев духа.

– Да. Но он добрый. Как мой друг Риссарн, который его сделал.

Риссарн не может сделать злую игрушку.

– Дай его мне. – Она протянула ладошки. Альмарен бережно опустил духа ей в руки.

– Теплый, – сказала она, поднимая глаза на Альмарена.

– Да. Он был здесь, у сердца.

– Он мне нужен. Я куплю его, хорошо?

– Он не продается. Хочешь, я подарю его тебе?

– Хочу. – Девочка благодарно глянула на Альмарена и прижала духа к себе.

Дверь, ведущая из дома в лавку, хлопнула, и вошел Тифен с наполненным ящиком. Он сразу узнал старшую даму. Воспитательница дочери правителя нередко появлялась у него в лавке и подолгу выбирала украшения и безделушки. Купец догадался, кто эта девочка в одежде взрослой дамы, и немедленно подошел к ней.

– Что вы желаете купить, ваше высочество? – почтительно обратился он к девочке. – Игрушки.

Тифен подставил лестницу и снял с полки двух самых больших и красиво одетых кукол, мяукнувших у него в руках.

– Смотрите, ваше высочество. – Он поставил кукол на прилавок. – Настоящие дамы, закрывают глаза и поют песни.

Девочка едва взглянула на кукол.

– Алитея! – сказала она высоким голосом. – Купите их.

Услышав голос девочки, Алитея оставила Магистра и подошла к купцу.

– Позовите нашего слугу, он на улице, – сказала она Тифену.

Купец пригласил слугу и подал, ему кукол, Алитея Расплатилась и вышла с девочкой из лавки, так же плавно и чинно, как и вошла. Уходя, девочка обернулась и посмотрела еще раз на Альмарена. Он кивнул ей на прощанье.

– Забавная девчушка, – повернулся он к отцу. – Есть в ней что-то особенное.

– Это Фирелла, единственная дочь Норрена, – ответил Тифен.

– А-а… – только и сказал Альмарен. Фирелла ехала в карете, по-прежнему прижимая к груди подаренного ей духа. Куклы болтались и подпрыгивали от тряски на сиденье напротив. Алитея, чему-то про себя улыбаясь, не обращала внимания ни на девочку, ни на кукол.