Шрифт:
– Ну почему ты такой, а? – женщина средних лет замахнулась зажатой в руке ложкой, мужчина за столом в страхе пригнулся. – Когда ты уже с этим разберёшься? – ложка пронеслась мимо и ударилась о край кастрюли так, что горячие брызги разлетелись во все стороны.
Мужчина скривил рот, нахмурил брови и нервно теребил краешек белоснежной рубашки, на которой
– Вов, ну сколько можно уже это терпеть? Посмотри, и это сейчас день! А у нас словно ночь из–за тех деревьев, – женщина кивнула на окно, выругалась вслух и плюхнулась на стул. Тот грустно заскрипел, подражая настроению хозяев дома.
Муж встал со своего места и приобнял жену, шепча ей в ухо знакомые обещания:
– Милая, потерпи, я же говорил, что всё улажу…
– Вот иди и прямо сейчас с ней поговори, – перебила его жена. – Спили наконец этот орешник, весь вид мне портит!
– Успокойся, успокойся, я всё сделаю, не горячись…
– Но ты каждый раз обещаешь и ничего не делаешь, – она опять перебила его, надув губы, и отвернусь к стене.
Владимир снова взглянул в окно. И чем дольше он вглядывался в густую зелёную стену за сетчатым забором, отделяющим его участок от соседнего, тем яснее становились воспоминания из детства. Он уже не обращал внимание на увещевания жены. В конце концов жене это надоело и она ушла по своим делам, оставив непутёвого мужа одного, в раздумьях.
В детстве он не был послушным мальчиком и вместе со своими приятелями любил безобразничать. Соседний участок как раз подходил для мелких пакостей. Хозяева там редко появлялись, можно было делать что хочешь: хоть пустыми бутылками крышу закидай, хоть все цветы вытопчи – никто ничего всё равно тебе не сделает.
Как–то раз друзья захотели вызвать пиковую даму и в округе не нашлось лучшего места, чем старый соседский дом. Обряд нужно было проводить ночью и ребята договорились встретиться заранее, в одиннадцать вечера. Но пока все собрались, на
Четверо мальчишек прокрались вдоль забора к известному им входу на чужой участок – дыре размером метр в высоту и примерно столько же в ширину. Просочившись сквозь ничтожное препятствие они уткнулись в новое – извилистые ветви орешника хватали друзей своими неуклюжими руками то за футболку, то за штаны. В темноте почти не видно было куда идёшь, деревья выступали невидимыми стражниками. В воображении тут же представлялись разные страшные картинки, вспоминались страшные истории, которые, конечно же, никогда не станут реальностью. Так чего бояться? И они пошли дальше.
Проще всего в дом можно было попасть через окно, но нужно было выбрать какое. Осмотревшись, нарушители никак не могли придумать как открыть окно. Тогда Вова поднял с земли большой острый камень и прицелился:
– Отойдите! – чуть повысил он голос и тут же вжал голову в плечи – испугался, что его услышат не только друзья.
Посмотрел вправо, влево – тьма съедала всё вокруг. Тишина. Друзья разбежались и спрятались за кустами. Вова замахнулся и кинул булыжник. В этот миг раздался звук разбивающегося стекла.
– Дело сделано, – потирая руки, улыбался он.
Друзья одобрительно похлопали друга по плечу. Кто–то из них очистил проход от битого стекла и они, один за другим, пролезли внутрь. В комнате царила тишина и спокойствие. Темно так, что не видно вытянутой руки.
– Подождите, у меня есть фонарик, – сказал один из друзей и потянулся к карману.
– Ты что, дурак? Нас же заметят! – возразил второй.
– А как ты собирался в такой темноте рисовать лестницу? – продолжал первый.
– Да достань ты уже этот чёртов фонарь, я ничего не вижу! – выкрикнул третий.
В глазах вспыхнул яркий свет, ослепив всех вокруг.
– Ты дурак! – одновременно выкрикнули три друга и зажмурились.
Один из них предложил:
– Давайте найдём зеркало?
Конец ознакомительного фрагмента.