Холжа

ХОЛЖА.

ТАМУОРЕЦ ВОЗВРАЩЕНИЕ.

Этот сон будет преследовать меня всегда, он раскалённым клеймом въелся в память, чтобы изо дня в день приносить жуткие кошмары и более ужасный не разрешимый вопрос почему. Почему, тысячи славных воинов сложили оружие, и отдались покорно на растерзание своре, этого безжалостного, беспощадного зверья. Почему бесстрашные воины Тамуора склонили головы перед ордой кровожадных убийц. Почему? Неужели они дрогнули, неужели ими овладел

страх? Яростная битва, которую я предвкушал, превратилась в чудовищную бойню. Проклятый сон, гнетущее видение, ранящее мой дух. Последние слова всеобщей молитвы, звон брошенного оружия, доспех. Главы трёх кланов склоняют головы.

– Этот день получит нашу кровь и будет проклят тот из нас, чьи руки удержат меч!- тысячи голосов повторяют и повторяют низвергнутое проклятье. Начинается резня.

Я должен был одним из первых внять словам настоятелей, я ослушался. Я не смог покориться судьбе. Я был создан для сражений, я воин, лишь смерть в бою высшая цель моего существования. Скошенными колосьями падали мои братья, полноводными реками лилась кровь, в которой исчезала навеки эпоха владык храма трёх драконов Тамуора. Хазрион торжествовал, его дикие орды бесновались в пролитой крови, эти животные разрывали трупы монахов на куски, вырезали сердца и пожирали их, собирали отсечённые головы и бросали к стопам нового императора Ящера, кровожадного полубога погрузившего мир в хаос и гниение на долгие годы. Хазрины уничтожили всё, пройдя по землям этого мира всепоглощающей волной смерти и разрушения, а после они принялись за междоусобицу, и пришло время, и настал мой час.

– Всё же вы Валдимир потеряли голову, эта проклятая Исхорская ведьма затуманила вам рассудок. Мы третий месяц плутаем в этих песках, я замечу, что это крайне неспокойные земли, населённые свирепыми варварами, которые не прочь отведать человечины. Мы теряем лучших воинов, время и золото, которое просто испаряется, не принося желаемого, и каков результат? Пустота, пески и презренная смерть от камней и дротиков не менее жалких людоедов. В этом нет ничего героического, о таких скитаниях навряд ли будут слагать легенды. Безумная затея замечу я вам. Владыки Тибора никогда не повиновались.

– Мне кажется в своих рассуждениях Брион, которые более походят на вздорные жалобы, вы зашли слишком далеко - резко оборвал говорившего человека всадник, ехавший первым. Они поравнялись.

– Мессир я хотел лишь - попробовал оправдаться Брион.

– Сейчас не время для ссор, тем более что мы уже близки - в разговор вступила девушка скрывавшая лицо за мертвенно бледной маской - Духи пустыни говорили со мной. Он близок. Прикажите воинам разбить лагерь всем нам необходимо отдохнуть. Завтра на рассвете вы увидите развалины Тамуора и последнего слугу Драконов.

– Проклятая ведьма ты погубишь всех нас - Брион пришпорил коня и помчался назад к остальной части Тиборианского отряда.

Топот копыт стих, остались лишь двое, высокий загорелый мужчина в монашеском облачении, на груди которого красовался золотой герб владык Тибора (небесное дерево Олихум) и Исхорская ведьма Илдрин, довольно опасная особа несмотря на свой довольно юный возраст, который она тщательно пыталась скрыть от глаз отчаянных Тибориан. Эти мужчины давно не знали ласк женщины, и даже те невидимые тёмные силы, что

служили ей, не могли оградить девушку от кинжала или грубого насилия, к которому мог склонить остальных Брион сводный брат Валдимира.

– Твои слова содержат хоть крупицу правды?
– Валдимир не сводил с маски тяжёлого взгляда.

– Мой повелитель они есть чистая правда -

– Говори всё - скомандовал он.

– Мы нашли осколок древнего мира - Илдрин сняла маску и Тиборианин замер очарованный её красотой - О Тамуоре не вспоминали тысячи лет. Лорды Исхора изгнали меня только за одно упоминание о храме Драконов. Теперь я страшусь завтрашнего дня, потому что там, мы встретимся или пробудим единственного проклятого без имени.

– Хватит этих страшных легенд о беспощадном воине, не знавшем поражений, ты слишком часто повторяешь этот вздор. Бессмертие и он путь к моему бессмертию и вечности. Моему величию. Божественности.

– Мессир помните, кем были воины Тамуора - напомнила Илдрин.

– Мои солдаты не хуже, они, если помнишь, обратили в бегство легионы Исхора, едва не лишив головы самого лорда Гефроса - Валдимир усмехнулся.

Илдрин склонила голову, шёпотом произнеся - Завтра - о том же думал владыка Валдимир.

– В лагерь, мы слишком отдалились от остальных, не будем рисковать, и испытывать судьбу на пороге будущего - Тиборианин пришпорил коня и рысью помчался к разбитому неподалёку лагерю. Илдрин смотрела вслед отдалявшемуся владыке и в её глазах загорались пляшущие огоньки ярко-алых искорок. Глупец - злобно прошипела она.

– Я всегда утверждал. Лишь этим безмозглым людишкам дана слепая власть осуществлять пророчества во зло себе. Мы демоны сторонимся пророчеств хоть и полны бесстрашия. Но при таких делах, лучше поджать хвост и сделать копыта подальше. Илдрин резко обернулась - Хрок?

– Ну, ну потише и полегче с именем. Я тут инкогнито, а глаза и уши есть повсюду - в темноте появился грузный силуэт на фоне, которого ведьма выглядела хрупким, беззащитным существом.

– Какие дела привели тебя в столь отдалённые края? Любопытство моя госпожа - ответил демон - Не лги мне падальщик - Мертвечина не в моём вкусе и это вам известно - Тогда выкладывай с чем пришёл - гневно произнесла Илдрин. Прохладно в здешних местах, вина бы выпить с дальней дороги - Не зли меня свинорылый - пригрозила ведьма.

– Что ж, дитя обзавелось клыками, но к делу, не буду томить вас разговорами госпожа. Углубимся в древность, а после проясним не далёкое будущее - демон уселся на песок. В племенах, кочующих средь этих дюн, иногда рождаются девочки с молочным цветом кожи. Это замечу я вам большая редкость под палящим солнцем, когда соплеменники черны, словно эта ночь. Дитя укутывают в кожу убитой змеи Чаон, окропляют ядом её клыков и оставляют у развалин храма трёх змей. Болваны просто никогда не видели драконов, одним словом дикари. Вообще они мало о чём ведают, суровая жизнь пустыни, главное вода - Хрок усмехнулся - Но вернёмся к моему повествованию. Странная насмешка судьбы, именуемая смертью, находится среди этих развалин и странным образом они притягивают тебя. Смерть как судьба, а не финал жизненного пути.