Чтение онлайн

Я запираю дверь, и мы идем по тротуару. Ночной воздух влажный и, пока мы в молчании проходим два квартала до бара, пот бисером собирается на лбу. Лето в большом городе отличается от лета в маленького городке, как Нью-Хэмпшир, в котором я вырос. Сегодня вечером нет ни малейшего ветерка.

Когда входим в «Тито» и нас окутывает холодный воздух кондиционера, я вздыхаю с облегчением. Провожу предплечьем по лбу, вытирая влагу рукавом черной винтажной футболки «Роллинг Стоунз», которую мне подарила Дженни на день рождения.

Мы

обходим приличную толпу народа в поисках Татум. В баре берем по бутылке пива, а затем продолжаем поиски. Наконец, замечаем ее и еще несколько человек за столиком в дальнем углу.

– Эй, – с улыбкой кричит она. – Я рада, что вы, ребята, пришли, – она выпрыгивает из кабинки и обнимает нас. – Это мои друзья, Либерти, Мел и Пит.

Мы обмениваемся приветствиями, и я не могу ни заметить, насколько привлекательна ее подруга Либерти. В итоге, я удобно устраиваюсь рядом с ней. Когда она поворачивается, чтобы заговорить со мной, замечаю ее красивые голубые глаза. В сочетании с платиновыми светлыми волосами, они создают поразительную комбинацию.

– Расскажи о себе, – говорит она.

– Что ты хочешь знать?

Она прикусывает нижнюю губу.

– Все, что хочешь мне рассказать.

– Недавно мне исполнилось двадцать четыре, я художник, плюс, художник-татуировщик и новый босс Татум.

– Интересно. Мне нравятся парни, связанные с творчеством. С чем именно ты работаешь? – она наклоняется ко мне ближе.

– Я рисую картины и делаю наброски для татуировок.

– Что ты рисуешь? Я видела где-нибудь твои работы? – она наматывает на палец длинную прядь светлых волос.

– Если ты была недавно в мэрии, то возможно.

– Правда? – задумчиво спрашивает она, прежде чем обхватить соломинку блестящими губами. Она всасывает в рот жидкость, кокетливо глядя на меня.

Так легко поощрить ее и посмотреть, куда все зайдет, но это несправедливо по отношению и к Либерти и ко мне. Я все еще зациклен на Эль. Я, наверное, единственный парень моего возраста, у которого есть гребаная совесть. Кто-то другой непременно воспользовался бы возможностью, окунуть в нее свой член.

– А чем ты зарабатываешь на жизнь? – спрашиваю я, с искренним интересом.

– Я студентка дневного отделения фармакологии в Северо-Восточном университете.

– Мило. Я слышал, что это сложная программа для обучения.

– Да, нелегко, но я люблю учиться. Хотя, не так уж люблю работать.

– Где ты работаешь? – спрашиваю я, наслаждаясь легким разговором.

– В «Джей Стрит Дайнер». Мы открыты двадцать четыре часа семь дней в неделю. Это приличное место, и мне не на что жаловаться.

– Я был там. Черничные блинчики просто потрясающие.

– Так и есть, как и все остальное в меню. Ты должен когда-нибудь зайти, в мою смену.

– Определенно. Какое у тебя расписание? – спрашиваю я. Эта девушка

классная, и нет причин, по которым мы не можем быть друзьями. Кроме того, Эль не будет занимать мое сердце вечно. Не должна.

– Я там каждый вечер с понедельника по четверг, с шести до двенадцати.

– Обязательно загляну. Должен же я убедиться в том, что блинчики так же хороши, как помню.

Поднеся бутылку к губам, я делаю большой глоток и наслаждаюсь, когда холодное пиво попадает на вкусовые рецепторы. Мой взгляд пробегает по нашей компании. Шон и Татум разговаривают, склонив головы. Судя по тому, как Мел вьется вкруг Пита, думаю, они пара. Возвращаю взгляд к Либерти. Она смотрит мне в глаза.

– Хочешь потанцевать? – улыбаюсь я.

– Ты танцуешь? – спрашивает она, раскрыв глаза от удивления.

– Танцую. Люблю танцевать, – поднявшись с места, протягиваю руку. Она вкладывает свою ладонь в мою. Я осторожно поднимаю ее на ноги и провожу через толпу к маленькому танцполу перед баром. Кладу руки ей на бедра, и мы начинаем двигаться. Многие девушки говорили, что я хороший танцор. Мой секрет – забивать на то, что думают другие. Даже если я выгляжу нелепо.

Меня учила танцевать мама, когда я был еще ребенком. Ей нравилось, когда музыка разносилась по всему дому, и всегда пела, пока занималась домашними делами. Когда я или мои братья проходили мимо, она тянула нас за руку и принималась танцевать. Наши движения варьировались от смешных до впечатляющих, в зависимости от настроя. Так что танец сидит в нас с раннего детства.

Я разворачиваю Либерти, и теперь ее спина прижимается к моей груди. Одной рукой, за живот прижимаю ее к своему телу, а другая лежит на ее бедрах.

Она с улыбкой смотрит на меня через плечо.

– Ты весьма ловок.

Я стреляю в нее улыбкой, и резко разворачиваю лицом к себе. Ее груди вжимаются в мою грудь. Я вижу желание в ее глазах, когда она приподнимается на носочках и целует меня.

Сначала я позволяю этому поцелую случиться. Она проводит ртом по моим губам, облизывает нижнюю губу, а затем посасывает ее. Сейчас поцелуй требует от меня усилий, ведь она – не та, с кем хочу этим заниматься. Если я не могу ее целовать, не думая об Эль, тогда вообще в этом нет смысла.

Я отступаю, выпрямляясь.

– Что-то не так? – тревожно спрашивает она.

– Нет, это было мило.

Она кривится.

– Ух, «мило». За этим обычно следует какое-то «но».

– Мне очень понравилось, и если бы мой мозг не был занят кем-то другим, я бы ответил тебе.

Она кивает головой.

– Хорошо. Я это уважаю. Когда перестанешь о ней думать, то знаешь, где меня найти.