Шрифт:
Начало.
Густой туман с небольшими искрами, пробегающими через него - вот они чудесные последствия красной таблетки. Мысли растекаются и начинают течь сами по себе, кружась и взлетая к недостижимым прежде высотам. Кто я? Где я? Почему эта точка на потолке движется на меня? Мышцы расслаблены и пытаются растечься по всему дивану, сквозь тело иногда пробегает энергетический импульс, заставляя испытать невероятное чувство удовольствия.
Музыка долбит на всю комнату, врываясь в уши, словно толпа антилоп, спасающихся от охотящейся на них львицы.
Толпа людей в центре комнаты движется, образуя один большой колеблющийся в одном темпе организм. Испытав очередной энергетический толчок, я поднимаюсь и бросаюсь в танец. Хотя, можно ли назвать мои неловкие движения танцем? С трудом, но сейчас это не важно, мое внутреннее чувство прекрасного, дремавшее где-то глубоко внутри, готово проснуться с новой силой. Руки текут из стороны в сторону, пытаясь попасть в невидимый ритм. Получается? Не знаю, сейчас это не играет никакой роли. Ноги вырисовывают привычные пируэты, выученные еще в детстве у героя одного из модных в то время фильмов.
Голова находится в безбрежном тумане, хочется закричать, хотя может быть я уже кричу - не знаю, время стоит на месте. Где-то на краю сознания я вижу девушку лет тридцати, по-моему, нас познакомили в начале вечеринки. Ее зовут Юкки, блондинка с длинными волосами, красиво стекающими по ее плечам. Я медленно подплываю к ней, говорю, что у нее чудесное платье, затем продолжаю нести какую-то чушь про вечеринку. Она улыбается, задорно смеется и тянется ко мне. В какой-то момент ее тело начинает двигаться в ритм музыки. Она зовет меня, делая приглашающий жест рукой и в тоже время выписывая соблазнительные движения ногами. Мы танцуем, ее тело обжигает мои руки. Мы начинаем целоваться, затем валимся на диван, стоящий в углу комнаты. Любое соприкосновение наших тел доставляет мне неизмеримое удовольствие.
Кто-то говорит, что наркотики высасывают удовольствие из твоей последующей жизни, что несомненно является правдой. Несколько часов своей жизни ты общаешься с окружающими людьми, как самыми близкими в твоей жизни, а затем начинается отходняк - депрессия, недоверие, паранойя к еще недавним собеседникам. Но вот, что я могу сказать, в обыденной жизни у меня и так постоянная депрессия от этой чертовой реальности, и я стараюсь пользоваться любой возможностью окунуться в этот мир наслаждения, необдуманного веселья с этими едва знакомыми мне людьми.
Я лежу на спине, дыша, прерываясь на так необходимые мне вдохи воздуха, голова горит огнем, пот течет по всему телу - все это, легкие последствия тяжелых наркотиков. Пытаюсь насладиться последними часами действия таблетки - слиться с музыкой воедино, хах, жалкая мечта наркомана.
Внезапно мои мысли прерывает вибрация моего эксифона. С трудом концентрируя взгляд на руке, всматриваюсь несколько секунд в надпись, наконец, начинаю что-то различать - экстренный вызов. С трудом поднимаясь на ноги, подмигиваю Юкки, лежащей в легком трансе неподалеку на диване. Еле передвигая ноги, движусь в сторону выхода из квартиры, на ходу роюсь у себя в карманах и достаю синюю таблетку. Ловко подкидываю ее большим пальцем и ловлю на язык, невкусная кругляшка начинает шипеть и быстро растворяется - реальность приобретает прежние краски.
Перед выходом из квартиры, делаю прощальный жест Мерку, позвавшему меня сегодня на вечеринку - "мертвое тело" валяется в темном углу, уставившись в потолок.
Оказавшись на площадке, я вызываю лифт и нажимаю кнопку звонка на руке. Подождав несколько секунд, экси показывает изображение моего сердитого босса.
– Джон, почему так долго?
– сердитый тон начальника мне сразу не понравился, это означает только одно - дело срочное.
– Отдыхал, босс. Я так понимаю, что мне надо сразу направляться в центр?
Глубоко вздохнув, я приготовился к ответу - ехать никуда не хотелось.
– Да, выезжай. Жду тебя через тридцать минут, - на секунду лицо командира смягчилось, и он продолжил, - Извини, что во внеурочное время, но дело не терпит отлагательств.
– Конечно, я все понимаю. Сейчас, буду, - на этой фразе экран погас. Тяжело вздохнув, я облокотился на стенку лифта - работать в субботу ночью ни капельки не хотелось. Голова все еще кружилась после бурного вечера, и быстрый спуск кабины ей ни капельки не помогал. Спуститься с сорок шестого этажа занимает некоторое время, поэтому мой взгляд успел зацепиться за стройно вырезанные на углу двери слова, название какой-то новоявленной группы "Кислотные хомячки". Название мне понравилось, что доказывала появившаяся на лице улыбка.
Дав голосовую команду экси на вызов машины, быстренько забиваю начальное и конечное положение поездки. У меня еще есть несколько минут. Проходя через холл, бросаю быстрый взгляд на нескольких сторожевых роботов, стоящих в углу - издержки профессии. Модель К46, такие бы меня уделали, даже если бы я был в хорошей форме. Не то, чтобы я был фанатом теории восстания машин, но, думается мне, что если меня когда-нибудь и убьют, то это будет по вине компьютера. Хотя, возможно, что это сделает и другой агент - я ведь сегодня уже что-то говорил о паранойе?
Выйдя из здания, я поднял голову и взглянул вверх, небо горело серым цветом, молнии пронизывали весь небосвод. Красивое зрелище меня немного отвлекло, и я не сразу заметил, подходящего ко мне бродягу. Высокий скрюченный пополам мужчина в запачканном грязью пальто брел ко мне неуверенной походкой, что-то бормоча себе под нос и дрожавшей рукой протягивая мне миску с подаянием - убогое зрелище. Окинув его оценивающим взглядом, задержавшись немного на его чистых ступнях, я просунул руку за пояс, в кобуру, достал лазерный пистолет и направил его старику в лоб. Не дрогнув, палец давит на курок и пучок электромагнитного излучения летит в старика. Луч света оставляет круглую дырку во лбу незнакомца, затем голограмма начинает мерцать и рассеивается - краем глаза замечаю, как несколько ребят прячутся в окне соседнего дома. Чертовы подростки со своими игрушками, ненавижу детей.
Достаю сигарету из пачки, подношу ко рту и затягиваюсь. Мрак! Никотиновые палочки преследуют меня уже второй год. Быстрее я сдохну, чем их запас у меня закончится. Проклятый мир, в котором их изобрели - мне пришлось жить там по заданию целых два года. Сигареты хоть как-то скрашивали мое одиночество. Меня передергивает каждый раз, когда я вспоминаю то убожество, в окружении которого мне пришлось жить - тупые вьючные животные, тянущие свою бессмысленную лямку бытия, постоянно снующие туда-сюда.