Чтение онлайн

— Да. Только что пришла одна. Отдать мяч назад, но не нападению, а защите.

— Нам? — спросил левый защитник.

— Сдурел? — возмутился капитан.

— Слушай, они устремятся сюда, а ты пойдёшь вперёд, они отвлекут, а я возьму защитника, он, скорее всего, останется на месте.

— С чего ты это решил?

— Да с того. Ему нужен не мяч, а я. А пока я рядом, ты пройдёшь.

— Ну смотри мне, если это не сработает.

— Увидишь.

Так и было сделано. Команда рефлекторно устремилась за мячом, а Виталий

с Железняковым двинулись вперёд. Зарубин знал, что его задача перехватить заднего нападающего, а защиту и контрольного Коля преодолеет.

Выждав нужный момент, Виталий заблокировал свою цель. Но не совсем удачно. Нападающий сильно толкнул его справа, и Зарубин упал, сильно ударившись об асфальт левым плечом.

Рука сразу заныла. Виталий знал, что если не встать и не показать, что всё в порядке, о продолжении игры можно забыть. Он поднялся, и, стерпев боль, подошёл к хиттеру.

Благодаря жертве Зарубина им удалось выйти вперёд по очкам.

— Как рука? — спросил Михаил.

— Нормально, я ж в протекторе, — сказал Зарубин.

— Хорошо.

Как бы Виталию хотелось, чтобы это было правдой. Протектор, конечно, хорошая защита, но удар такой силы он был способен лишь смягчить.

На любую попытку пошевелиться левая рука отвечала сильной болью. И чем больше времени проходило, тем сильнее эта боль была. Виталий и сам был готов сдаться, потому что с одной рукой играть невозможно.

Он был зол на заднего нападающего, причинившего ему эту травму. И тут в голове Зарубина мелькнула мысль снять его с игры, пока он не сделал это с ним. Нужно прыгнуть на него всей массой и свалить, а заодно ударить, как будто случайно. Да. Для этого как раз хватит одной руки. А уж если это удастся, то его команде будет заметно проще победить.

Он размышлял об этом во время того, как капитан обрисовывал стратегию следующей игры.

— Зарубин! — окликнул Виталия.

— Получаешь мяч, потом отдаёшь и блокируешь защитника или заднего нападающего, если он к тебе сунется.

— Понял.

— Поехали!

Эта комбинация подходила как нельзя лучше для плана, который задумал Виталий. Оставалось только выполнить его.

Он принял мяч и устремился к своей цели. Оказавшись между защитником и нападающим, он отдал мяч, и за этим последовало столкновение.

Едва он сделал взмах, чтобы нанести удар, который задумал, ему в спину врезался массивный защитник. Подавшись немного вперёд от этого толчка, Виталий по инерции ударил нападающего серединой предплечья в область ключицы.

Нападающий взвыл. Удар был сильным ещё благодаря тому, что произошёл по инерции массы двух человек. Виталий почувствовал, как прогнулся пластик, и что-то хрустнуло под ним.

Но и сам он не избежал травмы. Руку Виталия тоже пронзила острая боль, но он издал нечто вроде рыка сквозь стиснутые зубы. Из троих участников этого столкновения в нормальном сознании

был только защитник. Он стащил Виталия со стонущего нападающего и аккуратно положил спиной на асфальт.

В глазах Зарубина всё плыло, он слышал только отголоски звуков: «…Носилки… Скорее… Готовьте машину…». После он потерял сознание. Аккуратно положив его на носилки, доктора заметили кровавые подтёки на форме в районе левого плеча.

Сначала к нему вернулся слух…

— Когда он придёт в сознание? — Виталий узнал голос отца.

— Он просто спит. Ему сделали укол снотворного, — этот голос был ему незнаком.

— Как долго он ещё здесь пробудет? — это была уже мама.

— Травмы несерьёзные. Повреждения по большей части поверхностны. Так что недолго. Вот только играть ему не рекомендую минимум месяц.

— То есть, через месяц всё уже полностью заживёт? — спросил отец.

— При правильном режиме — да. Безусловно.

— Мы могли бы применить робота, и всё зажило бы за три дня, но речь идёт о костях, а он всё-таки ещё ребёнок. Поэтому лучше дать время организму справиться самому.

Виталий открыл глаза. Перед ними всё плыло, но скоро он сумел разглядеть три фигуры в белых халатах.

— Мама, — позвал он.

— Виталик! — Елена Николаевна подошла к кровати, а с ней отец и доктор, — как ты?

— Да нормально, — уверенно ответил Виталий и встряхнул голову.

— Ничего не болит? — спросил отец.

— Плечо.

— У тебя сильный ушиб, — сказала мама.

— Я думал перелом.

— Я вас оставлю ненадолго, — сказал доктор, — у вас несколько минут.

— Спасибо, — сказал отец.

— Как же ты так умудрился? — спросила Мама, — когда доктор вышел.

— Упал и столкнулся.

— Это хорошо ещё протекторы помогли, — сказал отец.

— А какой сегодня день?

— Воскресенье. Уже поздний вечер, даже ночь, — сказал отец, посмотрев на часы.

— А я один в палате? — Виталий приподнялся, чтобы осмотреться.

— Это что-то вроде операционной, наверное — заключил отец.

— Мне делали операцию? — возмутился Виталий.

— Швы наложили на руку и на лопатке, обработали и перевязали, — ответила Елена Николаевна.

— Понятно. А вы сейчас домой?

— Только дождёмся, пока тебя осмотрят, — сказала мама.

— Завтра приедем, — сказал Игорь Иванович.

— Что-то я спать хочу, — зевнул Виталий.

— Ничего. Сегодня выспишься, — успокоил отец.

— Время, — в перевязочную вошёл доктор.

— Да, — ответил Игорь Иванович, посмотрев на часы.

— Подождите снаружи десять минут.

— Хорошо.

Родители вышли, а доктор помыл руки и подошёл к нему.

— Сесть можешь?

— Думаю, да, — сказал Виталий, поднимаясь.

Врач осторожно снял повязки и стал осматривать раны, то и дело вызывая боль своими прикосновениями.