Чтение онлайн

— А ты тоже в ней играешь?

— Ага. Левый задний нападающий, если припрёт. А так — лавкопротиратель.

— Запасной?

— Ага. Большую часть игр.

— А чего так? Ты же вроде неплохо играешь.

— Есть у нас и получше. Вот сейчас последняя ступень выпустилась, может, буду больше играть, ну а через год, когда нынешний второй этап выпустится, то вообще, наверное, постоянно.

— Понятно. И у меня к тебе ещё один вопрос.

— Какой?

— Кто такой Казаков?

— Ха-ха-ха-ха. Ну ты даёшь! — рассмеялся Михаил, —

телик, что ли не смотришь?

— Смотрю иногда. А что?

— Это выдающийся правый защитник-левша. Идеальный вариант, плюс он ещё талантлив. Раньше было так, что если он на поле, то по правому флангу не пройти. Ни финты, ни хитрости не помогали. Да и левый фланг тоже был под вопросом.

— А сейчас?

— Сейчас приспособились. Игровых схем напридумывали.

— Стали обходить?

— Ну да, иногда удаётся, но всё равно, если Казаков на поле, лёгкого хита не будет.

— Понятно. Круто.

— Ладно, бывай, — Михаил протянул руку, — до вечера.

— Пока. Прости, что так вышло на игре.

— Ничего. Когда-то должен был состояться твой первый провальный матч. Теперь он позади, а играть ты научишься.

— Да.

Томин свернул в сторону своего дома, а Виталий пошёл дальше. Настроение было никудышным, радовало только то, что пока ещё не нужно было делать уроки. Поэтому, придя домой, пообедав и переодевшись, он отправился в свою комнату. И первыми в списке дел были занятия на клавиатуре. Он уже начинал сегодня, но дома нужно было всё делать сначала. Но он знал, что от этого результат будет только лучше.

Он иногда бросал взгляд на фотографию Оли, стоявшую в рамке на столе. Не было дня, чтобы Виталий не думал о ней, но найти её по-прежнему не получалось. Виталий часто размышлял над тем, где она, вспоминает ли его? Может быть, так же старается найти, но у неё это не выходит. От этого становилось ещё грустнее, но он понимал, что в любом случае нужно двигаться вперёд, чтобы добиться успеха. Вечерняя тренировка должна была помочь ему немного развеять грусть.

— Вообще, перехват мяча конкретно не оговаривается, — начал объяснять Михаил, когда они приступили к тренировке, — то есть, можно довольно сильно толкнуть противника. Главное, чтобы судья не счёл это неспортивным поведением.

— Понятно. То есть, мяч можно выхватывать как угодно.

— Почти. Например, уж точно нельзя ставить подножку, хватать за одежду, бить по лицу.

— Ну, это понятно.

— Но всё равно вариантов куча, где можно было бы обойтись легче. Особенно в контрольной зоне — не просто перехватывают мяч, но и нейтрализуют игрока.

— Чтобы он совсем не мог играть?

— Нет. Чтобы не вступать с ним в поединок, в котором он в любой момент может получить мяч и сбросить его, и весь твой проход пошёл насмарку.

— Ясно.

— Конечно, и совсем нейтрализовать тоже стараются иногда. Травмы бывают.

— Травма травме рознь.

— Конечно, есть разница, получить растяжение или лежать месяц в гипсе,

после того, как тебя на скорой увезут с хитбольной площадки.

— А бывает и такое?

— Конечно. Не в школе конечно. В школе всё в основном гладко и тихо. Ушибы, ну, максимум вывих или закрытый перелом.

— Всё равно жёстко.

— А что ты хотел? Под тобой асфальт, приятель!

— Нужно просто играть аккуратней.

— Забей в поиск видео — самые кровавые моменты хитбола. Увидишь, как бывает даже при аккуратной игре.

— А что там?

— Это надо видеть. Бежит, например, нападающий и пытается надурить двух защитников, а тут ещё и контрольный, ну, в общем, столкнулись как-то, у двоих сотрясения, а нападающий чуть было в инвалидное кресло не сел.

— Из-за чего?

— Позвоночник сломал.

— Ужас.

— Ага, еле спасли. Но это было один раз. И очень давно. Сейчас в форме высшей лиги обязательны щитки для позвоночника, так что шансы его сломать почти равны нулю.

— Но всё равно жестоко.

— Привыкнешь, — улыбнулся Михаил, — будешь в отличной форме, научишься играть, и тебе всё будет казаться проще.

— Скорее бы уж.

— Кстати, как-то я всё забываю тебе сказать. Не хочешь в школьную секцию записаться?

— Хочу. А возьмут?

— Конечно. Всех берут.

— Ну, тогда я готов.

— Тут и научат, и поиграть дадут, к площадке привыкать начнёшь. Я просто как-то подзабыл тебе предложить. Увлёкся уличными тренировками. Так что решено.

— Хорошо, — кивнул Виталий.

— Значит, завтра в шесть в школу. Вместе пойдём.

— Скорей бы уж.

— А сейчас пошли качаться, — сказал Михаил, спрятав мяч в карман.

— А тренер меня точно возьмёт? — спросил Виталий.

— Точно. Если хочешь знать заранее, можем завтра на перемене к нему подойти.

— Давай. Так будет лучше.

Виталий немножко волновался, но понимал, что можно рассчитывать на то, что его возьмут. А иначе, как учиться тем, кто вообще ничего не умеет. Конечно, все местные жители с детства ходят в секции, и тот уровень, которым он обладает сейчас, у них был на первых этапах общего образования.

— Играешь ты, конечно, вообще никак, — сказал Семён Степанович, снисходительно оглядев Виталия.

— Но любой же может в секцию записаться, — ответил Виталий, — я очень хочу играть.

— Ну, раз очень, то сегодня приходи с Мишкой, но не жди, что я тебя скоро выпущу на площадку в настоящей игре.

— Конечно, нет, я и не жду.

— Правильно. А дальше уж как пойдёт. Будет прогресс — будешь играть.

— Спасибо.

— Да пожалуйста, — улыбнулся Семён Степанович.

В секции оказалось несколько их одноклассников, которые не совсем доброжелательно восприняли появление Виталия. Ему же было совершенно всё равно, и казалось, что все остальные должны относиться к нему примерно так же. В конце концов, это не игра, и даже не самая важная тренировка.