Хищник
Шрифт:
— Разное в жизни бывает, я на такой случай перо в рукав затарил.
— А я обрез, — хмыкнул Мята. — Так что если базар пойдет не по делу, то валим всех, кого можем, и делаем ноги.
— Как бы нас самих не завалили, — пробурчал Гоблин. — Не нарывайтесь. Говорить буду я, а если разговор пойдет не по понятиям, кивну вот так головой. Тоже не пустой иду, у меня ствол на кармане, который с прошлого дела остался.
— А говорил, что скинул…
— Сначала скинул, потом поднял…
Машина их уже ждала, «тойота» с тонированными стеклами
— Ехать недолго, полчаса максимум, на кармане корочки ментовские, а они скорость любят, по дороге не трепитесь, ваш базар отвлекать будет. Когда доедем, расскажу, как себя правильно вести. Большой пахан гнилой базар не любит…
— Это ты кому сейчас говоришь? — Гоблин сел за спиной Шила, чтобы в случае чего необходимости его придушить. — Нам что ли?
— Вам. Все сделали, как надо?
— А то?! — гордо приосанился Гном. — Для нас это пустяк!
— Оно и видно по вашим рожам какой пустяк, — хмыкнул Шило. — На одного втроем, да еще наверно с трубами, монтировками и дубьем, а он вас отметелил, как хотел.
— Ты езжай, — буркнул Гоблин. — У нас тоже дела на этот вечер есть.
— Это какие? Телок с ног сбивать, да сумочки с телефонами забирать?
— Ты… это… того, за базаром следи, — произнес недовольно Мята. — Сам тем же до армии занимался, думаешь, мы не в курсе?
— Да, ладно, пацаны, — коротко хохотнул Шило, набирая скорость. — Похохмить уж нельзя. Ничего, пахану моему глянетесь, он вас на хорошее дело пристроит, перестанете вечерами гопстопничать, зелень пучками по карманам станете рассовывать, телки на вас сами начнут кидаться, а вы им будете дорогие сотики покупать.
— Да… — протянул задумчиво Мята. — Твой бы базар да богу в уши…
Машина неслась по проспекту, не снижая скорости, свернула в проулок, потом в другой, и так несколько раз, пока приятели не перестали понимать, куда же их везут. Скоро выскочили на широкое шоссе, пролетели немного и свернули на узкую, недавно зашитую асфальтом грунтовку. С обеих сторон потянулись деревья, даже казалось странным, что недалеко от столицы еще имеются такие тихие, незастроенные места.
Солнце стеснительно прикрывалось небольшими серыми тучками, к ночи обещали дождь. А потом дорога кончилась перед высоким бетонным забором, с колючкой по верху и видеокамерами на углах.
Лес обступал забор, и путь был сюда только один — тот, по которому они приехали. Шило просигналил, и перед ними медленно стали раскрываться железные ворота.
— Только пулеметов на вышке не хватает, — задумчиво проговорил Мята, — И совсем станет на зону похоже…
— Говоришь так, словно там бывал, — усмехнулся Шило. — И потом кто тебе сказал, что пулеметов нет? Мой пахан — мужик серьезный, к нему генералы на поклон приезжают и, поверь, не с пустыми руками. Такие бабки ему отстегивают, что не на один десяток таких домиков хватит, да и оружие подгоняют, когда надо, со
Они подъехали к большому трехэтажному дому и остановились прямо у широкой лестницы ведущей верх. На площадке у двухстворчатых дверей, появился здоровый крепкий мужчина и помахал рукой.
— Значит, так пацаны: тише воды — ниже травы, — проговорил Шило, отстегивая ремень безопасности. — Не кипишевать, сидеть в машине, я схожу — доложу.
— Мы тоже хотим свежим воздухам подышать, — недовольно протянул Гном. — За дорогу задницу натерли, уже мозоль чешется.
— Мне-то что? Хочешь — выходи, я не против, — пожал плечами Шило. — Собачкам тоже кушать хочется…
— Каким собакам? — испуганно спросил Гоблин, он с детства боялся всего, что лает. Еще мальчишкой его уронил на землю соседский сенбернар, хоть ничего не сделал, только облизал, а страх остался на всю жизнь. — Откуда они здесь?
— Охраняют территорию, — Шило открыл дверь и вышел. — Есть такая работа — кусать незваных гостей. И учтите, они не лают, сразу за горло хватают. Предупреждаю, песики хуже волков, мы их раз в неделю на бомжей натравливаем, которые живут на соседней свалке, пока ни один живым не ушел.
— Мы не выйдем, — пробормотал испуганно Гоблин. — А когда в дом пойдем, они нас не покусают?
— Нет, их придержат. Ладно, пошел. Отметиться надо.
— Ты заметил? — проворчал Гном. — Он и выражается как лох, и одевается также. А тачка видишь какая? Япошка новая с наворотами.
— Это же твой корефан, ты с ним встретился, и на работу к нему подписался, а сейчас в кусты? — неожиданно встрепенулся Мята. — Мне кстати тоже здесь не нравится, есть ощущение, что валить отсюда надо и быстрее, пока не поздно, а бабки потом отобьем!
— Свалишь тут… как же, поздняк метаться, когда ствол в заднице торчит, — пробурчал Гоблин. — Ворота закрыли, во дворе собаки, а в будке два пацана с автоматами, тут уж не сорвешься, сидеть надо и ждать. Я ствол приготовил и вам советую. Может собачек придется пострелять, а то и тех, кто за ними смотрит…
— Готов, — с готовностью откликнулся Мята, перекладывая обрез под руку. — Скажешь когда, только у меня патронов всего двадцать штук.
— Думаешь, не хватит?
— Для людей достаточно, а на собачек, как знать…
— Прорвемся как-нибудь, — проговорил Гоблин с каким-то облегчением, увидев, как на лестнице появился Шило и помахал рукой. — Чего он размахался?
— Зовет вроде, — неуверенно произнес Гном. — Пойдем?
— А твари эти клыкастые и слюнявые где?
— Пошли, может, их здесь совсем нет, Шило решил нас просто попугать, лая не слышно — Мята приоткрыл дверь. — Я прикрою в случае чего, у меня обрез на веревочке, вытащу быстро, а дробь лучше пули, ею не промахнешься.
— Ладно, выходим, — Гоблин вышел вслед за Мятой, зорко оглядывая окрестности. Насчет собак Шило не наврал, у забора бегали несколько крупных овчарок. — Здоровые твари.