Хирург
Шрифт:
– Потом, Боря, потом! – ответил я. – Приедем и всё вместе обсудим! Сдадите ключи и ждите меня возле машины!
Минут через двадцать мы уже неслись по шоссе Энтузиастов в сторону области и молчали. Разговаривать не хотелось, мысли наслаивались одна на другую, не успевая выдать нужный результат этих самых мышлений. Всё было как-то путанно и тревожно. Я никак не мог ухватить ту самую ускользающую нить, чтобы начать раскручивать клубок всей этой информации. Я чувствовал, что нахожусь на грани срыва и не мог понять, как выйти из создавшегося положения.
– Знаешь,
– И какое же? – усмехнувшись, спросил я.
– Да я вижу, что ты загружен по самые помидоры! – сказал он. – А изречение такое – если много проблем, или работы, то ляг, поспи и всё пройдёт! Вот так, сидя и кубатуря то, что туда влилось, толку мало! Надо беседовать! Орать, злиться, плакать, рвать зубами, но не молчать, это не выход!
– Да пойми ты, чудило! – воскликнул я и, глянув на него с грустной улыбкой, продолжил. – Если бы дело касалось бы нас, то это нормально! Ты знаешь, что мне сказал Ельцин открытым текстом? Нет! Так слушай! Он сказал, что за мою голову объявлена награда в десять миллионов долларов, а это деньги не малые, у любого могут съехать мозги!
Ого! – засмеялся Борис и, обратившись к друзьям, сидящим сзади, спросил. – А может нам самим подзаработать? – на что все засмеялись, улыбнулся и я.
– Куда ж вы будете бежать, агрессоры? – спросил я, поддерживая их игривый тон.
Чуть помолчав, я продолжил. – А если серьёзно, то они попытаются достать меня через Алину! Вот идиот! Ну, зачем я так сблизился? Жила бы она с матерью во Владимире, а мы бы в гости к ним приезжали!
– Всё это ерунда! – воскликнул Борис. – Их бы там ещё быстрее достали и без разницы, женат ты, или нет! Здесь-то мы хоть можем проследить, а там голяк!
Уже подъезжая к дивизии, он проговорил. – Слушай, Лёха! Свяжись с Питерским, попробуй с ним перетереть этот вопрос! Объясни ему, что если что-то случится, мы их будем уничтожать по всей стране, а если будет надо, то и за бугром достанем! Только в лоб! Они это лучше понимают!
– Ты знаешь! – произнёс я. – Я уже именно об этом думал. И ты правильно говоришь, что вопрос этот надо ему преподносить как ультиматум!
– В этой ситуации, Алексей, по-другому никак нельзя! – сказал Борис, наблюдая за тем, как солдаты суетятся у ворот, чтобы запустить нас на территорию дивизии. – А за Алиной пусть пока походит Гоша, он и так уже к ней привязался! С тобой тоже надо будет что-то делать! Может, пока здесь отсидишься?
– Так! Хорош! – возмутился я. – Что ты как ребёнок! Знаешь же, что этого не будет, а язык чешешь!
Остановившись возле нашей казармы-гостиницы, я приказал собраться всем прямо в коридоре, чтобы не толкаться в комнате. На улице стояла мерзкая погода, и всё говорило о том, что зима не за горами. Ребята вынесли свои стулья и расселись напротив дивана, стоящего в коридоре, на котором всегда кто-то из бойцов дремал, выполняя обязанности дневального, но на диване, а не у тумбочки. На нём
– Не буду вас мучить, друзья! – начал я. – Есть несколько новостей хороших, но есть и плохая новость, начну с хороших!
Потом я поднялся и, пройдя немного по коридору, остановился возле бойцов и, стоя, продолжил. – Нас окончательно расквартировывают здесь, в Москву теперь ездить не надо! Для оперативной работы нам выделят отдельный домик, куда и будет, временами, приезжать генерал, чтобы давать нам установки! Он будет координатором наших действий, а подчиняться мы будем непосредственно президенту!
Перебив одобрительный гул голосов, я продолжил. – Второе! Нам дали добро на создание собственной группы разведки, которую возглавит майор Сологуб! Да-да! Майор Сологуб! И это третья хорошая новость, вы все получите очередное, внеочередное звание! Ну и четвёртое, деньжат нам тоже малёк подкинут, надо обновлять наш парк!
Ребята загудели и заулыбались, пожимая друг другу руки.
– Командир! Давай о плохом! – сказал Паша грубоватым тоном. – Не томи!
– А плохая заключается в том, что на меня объявлена охота! – сказал я и улыбнулся. – Десять миллионов американских тугриков такова награда за мою голову, а это значит, что каждый из нас становится потенциальной жертвой!
– Ха! Удивил! – засмеялся Жека. – Да нас уже сотни раз приговаривали и даже в кровники записывали, отбадаемся, командир!
– На этот раз несколько иная ситуация, друзья! – возразил я и, чуть помедлив, продолжил. – На этот раз против нас выступила чуть ли не вся, вновь испечённая, элита олигархов, чиновников и бандитов! В их числе, уважаемые, даже сам первый вице-премьер правительства! Но из всего этого бардака, есть и светлое пятно – это президент! Он за нас, заявил об этом категорически! Он конечно тоже не подарок, но всё-таки наш верховный и это обнадёживает!
– Ну и что ты предлагаешь, командир? – вновь произнёс Жека.
– Да ничего я вам не предлагаю! – психанул я. – Что вы дуркуете? Я вам сказал это не для того, чтобы вы мне вопросы задавали, а для того, чтобы не расслаблялись! С этой минуты оружие носить постоянно при себе, даже ночью, под подушкой! Установить круглосуточный пост дневального и чтобы был не один, а, как минимум, вдвоём! Усилить охрану тех людей, которых подтянули под себя и ни в коем случае не передвигаться по одному, даже в туалет!
От последних слов все засмеялись и, забрав с собой стулья, стали расходиться по своим кельям, шумно переговариваясь и смеясь между собой.
Я посмотрел на парней, и мне стало тепло и спокойно на душе. С этими парнями, все эти неприятности и угрозы превращались в какую-то детскую игру, в которой мы, заведомо, передвигаем фишки.
– Губа! – крикнул я, позвав Сологуба, который уже входил в свою комнату. – Господи! Вот дурацкая привычка, Ваня, подойди сюда!