Химеры 2
Шрифт:
– Лишь Холодный Господин может возвращать мертвых. Но он никогда не делает это просто так. Понимаешь, мальчик?
Киаран кивнул, передернул голыми плечами и вдруг хмыкнул:
– Так я что, теперь такой же как Нож?
– Ты давал Холодному Господину вассальную клятву?
– быстро спросила Ружмена.
– Нет. Я… выбирал. Это помню. И выбрал. Но что выбирал и что выбрал…
– Очевидно, жизнь, - сказала Гиивар.
– Все, что произошло, подтверждает пророчество, - заявила Кунла.
– Даже сумеречная скотина сыграла свою роль. Знаешь, что у тебя в руке, братец? Обломок рога, который
– Госпожи мои, - Киаран, сунув обломок подмышку, обхватил себя за плечи, - дайте что-нибудь накинуть, холодно очень.
– Ружмена, принеси ларец, что у меня в сундуке стоит, - голос Кунлы сделался повелительным, - праздничные одежды, я давно их приготовила.
Ружмена вернулась очень быстро - Киаран едва успел слезть с каменного стола. Сделал он это не слишком ловко, руки и ноги застыли от холода. Кунла ему помогла - наверное, впервые в жизни она протянула Киарану руку помощи.
Женщины достали из ларца богатые одежды, щедро вышитые серебром, кованый серебряный пояс, фибулы, заколки и браслеты - и в два счета нарядили Киарана, как игрушку, множеством рук вертя его, опоясывая, шнуруя сапожки и закалывая волосы. Потом все отступили, а Кунла по-хозяйски оглядела его и кивнула удовлетворенно.
– Хейзе, - велела она, - подай мне вайду, я сама нанесу знаки моему брату. И прикажите приготовить зал, мы проведем церемонию сегодня же.
Киаран вскинул голову, нахмурился:
– Что ты хочешь делать?
– Нанести знаки силы и защиты, соответствующие твоему положению, братец.
– Какую церемонию?
– Как - “какую”? Ты теперь мой, Киаран, а я - твоя королева, пророчество свершилось.
– Я не твой, - Киаран непроизвольно вскинул руку, и Кунлу словно толкнуло в грудь, она отступила на шаг.
– О!
– просияла она, - Вот оно! Я знала, что так будет. Вы почувствовали, сестры?
– Недурно, - сказала Хейзе, - Ну-ка, толкни меня, малыш.
– Я не твой, - повысил голос Киаран, - Наш отец жив, и я его верну, потому что твое покушение не удалось.
– Если бы он был жив, он бы вернулся, - Кунла качнула головой, - его забрала инсанья. Пророчество преодолело даже твою смерть, неужели ты думаешь, оно не преодолеет твое упрямство?
– Пусть попробует, - Киаран сунул обломок рога за пояс и шагнул прямо на сестру.
– Пропусти меня, Ночная Гончая. Я ухожу.
– Погоди, - окликнула Гиивар, - Кунла права, пророчество свершилось. Не перечь ему, ибо таким образом ты перечишь Холодному Господину.
Гиивар придвинулась к Кунле - плечом к плечу, с другой стороны встала Хейзе, за ней - Ружмена, Эвина, Дарея.
– Я перечу Холодному Господину?
– взгляд Киарана вдруг остановился, лицо просияло, - О, нет. Нет. Нет!
– улыбаясь, он покачал головой.
– Если бы вы знали его волю, вы бы не перечили мне. Пропустите.
Он сжал кулаки, потом разжал, вытянул руки вперед и сделал такое движение, словно занавес раздергивал.
И их снесло в стороны - троих налево, троих направо, снесло и разбросало по пустому залу, между каменных столов для прощания с умершими - их, шестерых могучих волшебниц, жриц слуа,
Холм Яблок отозвался - словно загудел огромный котел или колокол, словно всколыхнулась чаща, словно камни покатились с горы.
Киаран замер на мгновение, неверяще глядя на свои руки, на налипшие на пальцы тончайшие паутинки, сотрясение которых рушило миры, и медленно, осторожно отнял ладони от сплетения нитей.
И выбежал из зала вон.
***
– Нет, так все-таки нельзя, - сказал Анарен, отбрасывая пустую скорлупку. Мидии и устрицы, испеченные на камнях, оказались отличной идеей. Обед был прерван сияющим щитом молний, возникшим над морем вдали от берега, налетевшими невесть откуда грозовыми облаками и шквалом, который, впрочем, не задел остров, обтек его. Небо меняло цвета, молнии слепили, били беззвучно, а потом завеса их разорвалась, истаяла, и появился найлский флот.
По крайней мере, Комрак утверждал, что это найлский.
– Что нельзя? Энери, немедленно перестань жрать. У тебя на глазах творится история, - Комрак смотрел в монокуляр, прищурив второй глаз.
– Гляди, “Гвимейр” идет. Какая красавица! А на ней… мары меня раздери…это же…
Он протер монокуляр и снова прилип к нему.
Анарен пожал плечами. Солнце жарило довольно ощутимо, и он накинул рубашку, чтобы не обгореть.
– А какое наше место в этой истории. Сидеть и смотреть? Вон твой флот, а там, - принц махнул за спину, - мои родственники. Что-то мне подсказывает, что они не на праздник сюда все прибыли. Я лучше еще поем. Отличные жирные устрицы! Мидии тоже полный отпад. Нежнейшие!
– Иди к своим родственничкам и узнай, что происходит, - зло сказал Комрак.
– Мне не хочется. Я утомился.
– Тогда я набью тебе морду прямо сейчас.
Энери даже отвечать не стал, лениво оскалил зубы и потянулся за следующей ракушкой.
Насытившись, он удовлетворенно вздохнул, лег на горячий песок, закинул руки за голову и уставился в высокое небо. Остров медленно, сонно поворачивался и словно бы позванивал. Потом в небе мелькнула темная тень, то ли коршун, то ли стервятник. Энери вздрогнул, нахмурился, приподнялся на локте. У него было хорошее зрение. Дролерийское.
У стервятника имелись черные перепончатые крылья и длинный хвост.
Пропасть. Делать нечего, придется идти.
Лагерь охранялся не слишком тщательно. Да и от кого - на острове ни души. В конце концов Энери наткнулся на патруль, и мрачные, неразговорчивые дролери в потертом камуфляже отвели его в королевский шатер. Рядом с королевским был раскинут еще один - огромный, ослепительно белый, кажется из шелка. Рядом с белым полотнищем шатровой стены свалены снарядные ящики, наспех прикрытые брезентом. На ящиках сидел полуобнаженный юноша в чем-то вроде длинной синей юбки с разрезом сбоку. Проводил принца взглядом янтарных глаз, оскалил клыки. Голова у него была кошачья, с вытянутой мордой, белая грива спадала на смуглые пятнистые плечи. Королева привела с собой еще сумеречных, из тех, что раньше и знать не желали о мире людей. Ну и чем они лучше фолари? Такие же дикие. Этому - винтовку? Ветпаспорт ему и глистогонное. А на ящике поди расселся, потому что снарядное железо приятно греет задницу сквозь фанерную крышку.