Хеллоуин
Шрифт:
Взял тоненькую кисть, макнул ею в склянку с белой краской, и, пристально смотря в зеркало, легкими, едва ощутимыми мазками, тонкими линиями, обозначил контуры своего будущего образа. Тут у него будет рваная рана, тут обозначит трупные пятна, а вот тут…
Он вздрогнул, едва не подпрыгнул
Да. Закрыл. А что за звук? Будто скрежет металла. Будто… Нет… Нет-нет! Тут не может быть никакой мистики, просто где-то, что-то, но никакой мистики! Сколько лет он уже работает с этой весьма спокойной клиентурой, уже знает их «характер», и прекрасно осознает, что это не фильм ужасов, не мистический роман и потому…
Снова обернулся к зеркалу, уставился на свое лицо с белесыми разметочными линиями под грядущий грим. Где же он остановился? Да, вот тут, обозначить большие темные полукружья под глазами, они потом будут обширными, чуть лаково поблескивающими, с сизоватым таким противным оттенком. Такие гематомы, или как они там правильно по терминам называются, его особо раздражали на лицах клиентов. Приходилось класть два, а то и три слоя грунта, чтобы не просвечивала эта темная сизь через краску, не портила общей картины. А тут, на тебе – самому подобное надо сделать.
Всё, все линии обозначены, набросок – выполнен. Теперь надо накладывать на «холст» лица подмалевок. Первый, грубый слой еще без живости, а просто, для обозначения грядущей картины.
Взял черную краску, добавил в нее чуть
Василий Иванович поднялся, глянул шустро по сторонам, ухватил с одного из столиков у секционного стола какую-то поблескивающую хромом увесистую железяку, и бросил в пустоту зала вопрос:
– Кто тут? – вопрос вышел сиплым, негромким, испуганным. Василий Иванович сглотнул, и повторил громче, – Кто здесь?
Конечно никто не ответил. Тишина. Мерный свет ламп. Блеск девственно чистых секционных столов. Ничего.
Василий Иванович, стараясь ступать потише, прошел по залу до двери, замер перед нею, а потом резко распахнул. Ярко освещенный коридор, салатового цвета стены, тишина. Прошел по коридору до лесенки, ведущей наверх, в контору, открыл дверь, посмотрел по сторонам – никаких следов пребывания кого-то чужого, лишнего. Подошел к двери, дернул за ручку – заперто. Конечно же он не забыл закрыть за собою дверь, конечно.
Пошел обратно, в зал, и, проходя мимо шкафа для трупов, остановился, уставился на дверцы. Это в больших, в настоящих моргах, где не один десяток трупов лежат, там да – замки, защелки, ручки, а тут, у них – шкаф простенький. Магнитная захлопушка, не более того. И круглая ручка на каждой дверце. Василий Иванович положил ладонь на одну из ручек, задержал дыхание и резко открыл дверцу, пред ним распахнулась пустота шкафа. На выкатывающейся лежанке не было тела.
Конец ознакомительного фрагмента.
Проблема человека в западной философии
Научно-образовательная:
философия
рейтинг книги
Во власти любви
Любовные романы:
рейтинг книги
«Муромцы» в бою. Подвиги русских авиаторов
Великая забытая война
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги
Сборник статей и интервью 2009г (v1.4)
Научно-образовательная:
политика
рейтинг книги
Годы огневые
Документальная литература:
биографии и мемуары
публицистика
рейтинг книги
Газлайтер. Том 16
16. История Телепата
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
аниме
рейтинг книги
Газлайтер. Том 20
20. История Телепата
Фантастика:
боевая фантастика
аниме
попаданцы
рейтинг книги
Психология национальной нетерпимости
Религия и эзотерика:
самосовершенствование
рейтинг книги
Беседы
Религия и эзотерика:
эзотерика
рейтинг книги
Сыновья
рейтинг книги
И.Бабель. Воспоминания современников
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XV
15. Кодекс Охотника
Фантастика:
попаданцы
аниме
рейтинг книги
Французская новелла XX века. 1900–1939
Проза:
классическая проза
рейтинг книги