Хайдон
Шрифт:
Дрэмор развернулся вполоборота ко мне и с безрадостной усмешкой закончил за меня:
– И что они получили взамен? Ту же Империю! Только слабее в несколько раз и без социальной защиты.
Я знаю! Но ведь это же не всё!
Я злился, и это не давало мне чётко формулировать свои мысли. Впрочем, я понимал, что его мне не переспорить. Как-никак он опытный политик, и ему приходилось убеждать и не таких как я. Как ни странно, последнее соображение заставило меня почувствовать затаённую гордость. Осознав это, я тут же занялся самоукоризной, но затем
– Если Хайдон действительно настолько слаб, почему Империя не разделалась с ним за эти шесть лет? – сделал я ещё одну попытку, рассматривая его профиль, пока он разглядывал город внизу.
Не оборачиваясь, он тем же спокойным тоном отбил моё слабое нападение.
– Потому что Империя не тратит все свои ресурсы на победу, как это делает Хайдон. Если противостояние продлится ещё столько же, то Хайдон истощится, и нам уже не нужно будет выигрывать войну.
Обрисованная им картина не совсем согласовывалась с радужными перспективами, которыми нас постоянно пичкали на Рэдоне.
Глубоко вздохнув и восстанавливая дыхание, я решил прекратить пререкаться и вместо этого высказал надежду:
– Возможно, война не будет продолжаться так долго. Когда-нибудь настанет время мирных переговоров.
Дрэмор резко взглянул в мою сторону и сухо заявил:
– Этого не будет. Империя не пойдёт на мирные переговоры, до тех пор, пока Хайдон решит оставаться независимым.
Мне не нашлось чем возразить, да больше и не хотелось, и в расстроенных чувствах я погрузился в размышления.
– Каким образом ты совершаешь прыжок? – неожиданно спросил он, прервав мои мысли.
Я удивлённо взглянул на него и встретился с ним взглядом, но его лицо оставалось невозмутимым, как будто ответ был важен скорее для меня, чем для него.
Постепенно к горлу стало подкатывать волнение, но я пока справлялся с самоконтролем… или я пытался убедить себя в этом. С каждой минутой беспокойство становилось сильнее.
Мне ни в коем случае нельзя допустить, чтобы Дрэмор разгадал мой секрет. Это единственное, что помогало мне раньше, иначе у меня не было бы ни единого шанса против него.
Видя моё молчание, Дрэмор продолжил свою речь, сверля меня проницательно-испытывающим взглядом:
– Я не замечал, чтобы другие рэдонцы пользовались тем же приёмом. Значит ли это, что только ты владеешь им?
Я с трудом сглотнул слюну, пытаясь унять дрожь во всём теле. От моего внимания не ускользнуло, как он внимательно прислушивается к моему эмоциональному фону и делает для себя какие-то выводы. Я изначально пытался экранироваться, но, похоже, это приносило мало пользы.
В какой-то момент он согласно кивнул, будто бы я дал ему утвердительный ответ, и снова заговорил:
– Тебе нужна высота?
На этих словах он быстро взглянул в сторону края платформы и обратно на меня. С таким подходом он скоро выяснит всё, что ему нужно, без единого звука с моей стороны. Я уже открыто сооружал ментальный блок, пытаясь хоть как-то отрешиться от действительности.
Так не должно быть! Это неправильно… так разрывать мою жизнь… не смогу простить…
В этот момент только тоненькая ниточка сознания позволяла мне держаться на плаву.
Прекратилось всё так же незаметно, как и началось. Слегка придя в себя, я сквозь гул в голове услышал, как Дрэмор давал указания по своему коммуникатору. Я себя чувствовал полупридушенной калекой, но, похоже, у меня появились пару секунд, чтобы перевести дух.
С трудом разлепив веки, я попытался сориентироваться и оценить расстояние до края платформы. А теперь … пустота! Нужно освободить сознание и впустить в неё пустоту. Без этого всё закончится, не успев начаться.
Поймав момент и собрав остатки сил, я взял низкий старт и ринулся к закату. В самый последний миг перед прыжком я всё же обернулся. Дрэмор стоял там же, но с взведённым бластером в руке. Он спокойно целился в меня, но не спешил нажимать на курок.
Нет, только не это! Только бы не нажимал! Если он успеет выстрелить, я разобьюсь!
Мгновение стало затягиваться, и я намеренно сильнее сместил центр тяжести назад, чтобы стало очевидно, что в случае выстрела, я упаду не вперёд, на платформу, а назад, в пропасть. Думаю, ему нетрудно догадаться, что парализующий луч окажется для меня фатальным. Выбор за ним… Если он ждёт, что я попытаюсь обезопасить своё падение, сместившись вглубь платформы, то он ошибается.
На секунду мелькнула пугающая мысль, а вдруг он всё же выстрелит?
Нет, не станет. Мне даже захотелось улыбнуться от этого приятного ощущения уверенности, но я только сильнее сжал зубы, чтобы не выдать своих чувств.
Наконец, он опустил оружие, и я, решив не искушать судьбу дальше, слился с сиреневым закатом.
Я не стал задерживаться на Немине, решив, что собранного материала достаточно, а трудоёмкий анализ документов можно сделать и позже. Скорей всего, специально обученные люди смогут разобраться в них лучше и быстрее меня.
Тревожиться нужно о другом. Дрэмор теперь знает чего от меня ожидать, и не стоит больше рассчитывать на возможность застать его врасплох. Уйти теперь будет намного сложнее. На этой мысли я почувствовал скачок адреналина и ощущение азарта, но за этим сразу же последовало раздражение.
Это не игра! Мне не должно нравиться попадать в такие ситуации, ведь никто не гарантирует, что я каждый раз смогу благополучно из них вылезать.
Но меня продолжали раздирать внутренние противоречия. Сложившаяся ситуация действовала на меня как наркотик. Чем чаще я с ним общался, тем труднее становилось заставить себя хотеть этого "благополучного" исхода!